Браслеты
Шрифт:
— Мы вынуждены вам отказать, 256-ой. Пока враждебный браслетчик не будет устранен, мы не сможем прилететь за вами. Отбой.
— Стойте! — рация выключилась. Спец-человек с ярости пнул, лежавший около него, камень, — ты сама все слышала. Одна надежда на вашего ученика, — успокоившись, сказал он.
Женя села рядом с Робертом и следила за его состоянием.
— Я верю в Лешу, — с улыбкой сказала она, — он обязательно победит, я знаю.
256-ой лишь недоверчиво посмотрел на нее. Его взгляд устремился на самое высокое захоронение, перед которым происходит последняя битва в городе Мертвых.
***
Взмах алебарды
Очередное блокирование горизонтального удара алебарды двумя саблями, и они тут же разрушились, но атака Королевы Мертвецов продолжалась и топорище вонзилось в плоть парня до древка. В след пошел дикий смех врага и продолжение быстрых и причиняющие увечье атак. Следующие удары прошлись по левой стороне живота, обеим трапециям[3] и последний вонзающий прямо в живот.
Руки парня расслабились и выпустили рукояти саблей. Он слабо схватился за древко алебарды, пытаясь его вытащить, но Королева Мертвецов крепко его держала.
— Has luchado muy bien, pero tu derrota merece la gloria. !Porque yo te mat'e, la Reina de los Muertos! (Ты сражался очень достойно, но и твое поражение заслуживает славы. Ведь тебя убила я — Королева Мертвецов!) — дикий смех разразился по всей округе.
«— Малыш, вот теперь пора выпускать в ход крюки, — еле сдерживая смех, сказал голос.
— Наконец-то!»
Схватив крепко древко алебарды так, что Королева Мертвецов при легком рывке, а потом и сильном не смогла его вытащить, она вопросительно посмотрела на парня, затем на те раны, которые сама же и нанесла ему. Они были затянуты и ничто не напоминала он них. Алексей вытащил оружие из своего тело и, преобразовав в свободной руке большой крюк, разбил его на две части. Королева Мертвецов, поняв кто перед ней, упала на лопатки и поползла назад, смотря в глаза, презирающие, ненавидящие и готовые убить ее.
– !Para! !Para! !Por favor! !No mates! (Стой! Стой! Прошу тебя! Не убивай!) — умаляла она Лешу, но тот, будто не понимая ее, шел, раскручивая крюком, — tonto (дурак), — шепотом проговорила Королева Мертвых.
Проскользнув мимо удара Алексея, женщина схватила поломанную алебарду и восстановила ее, прокрутив над собой несколько кругов и с громко стукнувею об землю.
— No me llaman la Reina de los Muertos. (Меня не просто так зовут Королева Мертвых!), — снова рассмеялась она.
Женщина, встав в стойку, ходила кругом возле Леши, который стоял на месте и спокойной следил за ней.
– ?Crees que si tienes su poder, puedes asustarme? !No, de ninguna manera! !Ya no tengo miedo! !Creo que hiri'o el Vac'io! !Pi'ensalo! !Lo hiri'o, pero no lo mat'o! (Думаешь, если обладаешь его силой, то сможешь напугать меня? Нет, ни за что! Я уже не боюсь! Подумаешь, он ранил Пустоту! Подумаешь! ОН его ранил, но не убил!) — крепко сжав в руках древко алебарды, кричала женщина.
«— Про что
— Потом расскажу, — с улыбкой ответил он, — а сейчас, дай я с ней поговорю».
Не дождавшись разрешения, существо захватило лицевые нервы и голосовые связки. В ответ на ее крики, Леша начал смеяться, очень громко и безумно.
— Надо же! Не думал встретить здесь свою старую знакомую! — со смехом сказал Леша.
— A pesar de tanto tiempo en el exilio, no has olvidado nuestra lengua, Garfio. (Несмотря на столь длительное время в изгнании, ты не позабыл наш язык, Крюк), — успокоившись, а скорее всего, смирившись с тем, что сражается с ним, сказала Королева Мертвецов.
— Родной язык, забыть невозможно, — с наслаждением проговаривая каждое слова, говорил Леша, а в конце засмеялся.
Для наблюдателей, если бы они были, будет явно видно, что эти двое говорят совершенно на разных языках, но между собой, эти два существа общаются на понятном для их языке.
— Mira, lo que pas'o entonces… !de verdad que no quer'ia! !Me oblig'o! (Слушай, то, что было тогда… я, правда, не хотела! Он меня заставил!) — дрожь в голосе была слышна, даже глухому. Королева Мертвецов быстро замолчала, после того, как острие крюка оказалась возле ее горла.
— Что было тогда, меня не волнует. Сейчас, ты загипнотизировала этого человека, а потом прибыла сюда и убила всю эту деревню, — Леша засмеялся, — знаешь, за несколько сотен лет жизни здесь, на Земле, я понял вот что: каждый поступок окупается, несмотря каким именно он был, — убрав крюк и закрутив его, Леша снова засмеялся, — но убить тебя, как скотину, я не могу, честь не позволяет, так что, даю тебе шанс умереть в прекрасном бою!
Лицо Леши сразу приобрело привычный мрачный и суровый вид, отчего Королеве Мертвецов стало не по себе. В другой руке он преобразил второй крюк, и прокутив их, встал в стойку. Женщина, слегка остепенила, но взяв себя в руки, сказала, что является Королевой Мертвецов и никакой человек с двумя огромными крюками ей не помешает добиться того, чего она хочет, и встала в стойку. Она и первая напала.
От каждого удара исходили искры, звон металла раздавался на многие километры. Леша, иногда раскручивая крюки, тем самым увеличивая силу удара, причинял больше вред оружию противницы, чем ей самой, а Королева Мертвецов, всегда целилась то в голову, то в живот, во все точки, которые должны были убить обычного человека, но, к сожалению для нее, Алексей не такой.
Очередной удар, задержался на скрещении топорища алебарды и крюка. Кряхтение, тяжелые вздохи слышались лишь от женщины. Леша сурово и презрительно смотрел на нее, не подавая вид, что устал. Скрежет металла о металл заставлял уши моментально гнить. На лице парня мгновенно пронеслась лицо презрения и одним движением отправил ее оружие в землю, затем тупой стороной крюка ударил по маске, отчего та разбилась толи от сила удара, толи от староватого вида. За ней скрывалось вполне молодое и красивое лицо, волосы брюнетки, светло-синие, или цвета озера, находящегося в девственных лесах, белоснежная кожа и светло-красного оттенка губы. Любой мужчина бы остановился и загляделся к ее красоте, но она имеет дело с Лешей, а Леша ненавидит женский род, кроме Жени.