Братство волков
Шрифт:
– Понял… Так и будем действовать!.. Алло! Алло?!
– Минутку, товарищ полковник… тут кое-что происходит.
Волков, повернув голову к стене чутко прислушивался к звукам: к тем, что доносились из-за за стены, равно как и к другим, что звучали и из рации и в наушнике гарнитуры…
Высокий мужской голос, перемежаемый слитно звучащими голосами молящихся – стих. И почти в ту же секунду заработала трофейная рация! Некто на своем родном языке сначала произнес какую-то фразу. Затем – несколько раз подряд – прозвучало мужское имя с явной сердито-вопрошающей
– Эльдар?.. Эльдар?.. Эльдар??!
Волков облизнул пересохшие губы. Похоже, кто-то пытался дозваться по рации того самого Эльдара, у которого Волков разжился оружием и амуницией.
Он отошел чуть в глубину гаража.
– Николай Андреевич, они только что закончили молитву…
– И что дальше? – после паузы спросил полковник. – Что, по-вашему, они предпримут далее?
– Я нашел метки на карте. Я вам о ней уже говорил.
– Так-так…
– Я также рассмотрел среди гоблинов в соседнем дворе одного… хм… Короче, я подозреваю, что это – шахид!
– Смертник? То есть…
– Теракт в Назрани в августе две тысячи девятом…
– Понимаю. Понимаю, – повторил Никитин. – Думаете, они планируют послать транспорт со смертником в райотдел полиции?
Волков глянул на наручные часы – без двадцати восемь.
– Именно так, товарищ полковник! Развод у них бывает в девять?
– Обычно в это время. Как и что у них сегодня, пока не знаю. Связаться с коллегами?
– Чуть позже… Это лишь мои предположения, но я думаю, что это только начало.
– Почему так думаете?
– А зачем их здесь столько? Достаточно было бы шахида и пару наблюдателей!
– Логично. Но что они намереваются предпринять?
– На трофейной карте зеленым фломастером отмаркированы еще два объекта!
Волков снова сверился с картой; и лишь после этого назвал улицу и номера строений, рядом с которыми кто-то поставил жирные толстые точки.
– Я сейчас же сообщу коллегам! – сказал Никитин. – Пал Палычу в первую очередь, он рядом… Он быстрее нашего переориентирует местных!
– Товарищ полковник, нам важно понять, что это за объекты! Тогда мы, может быть, будем лучше понимать логику этих гоблинов!
– Добро, Волков, я понял.
Фомин вытащил из кармашка смартфон… Ответив на вызов, жестом показал Волкову, что звонят ему.
– Минуту, товарищ полковник… Мне тут по другой линии звонят.
Алексей поднес к уху – смартфон.
– Слушаю, – приглушенно сказал он.
– Алексей, – ворвался в ухо возбужденный женский голос, – будьте осторожны!..
– Что случилось?
– На крышу поднялся какой-то человек… Вот сейчас… да… он передвигается по той стороне боксов, где строение с замурованными окнами!.. Прямо по крышам идет!..
Волков невольно поднял глаза к потолку. Возможно, ему только показалось – а может, и нет – но он слышал чьи-то легкие крадущиеся шаги – прямо у себя над головой.
Он перевел взгляд на Фомина. Медленно поднял вверх указательный палец правой руки, выразительно показав им на потолок. Тот кивнул – мол, все понял, на крыше
– Саныч, включите в «Соболе» радио.
– Радио?
– На волне местной радиостанции… – вновь зашептал Волков. – Или «Маяк», если найдете… Пусть думают, что здесь все идет своим чередом… А то вот эта тишина в соседнем с ними боксе, при том что ворота открыты, может их насторожить.
Фомин, кивнув, направился к стоящему на яме микроавтобусу. Из трубки, прижатой к уху, вновь зазвучал возбужденный женский голос:
– Ой!.. Он в нашу сторону смотрит!
– Светлана, не смотрите сюда! – быстро произнес Волков. – Отвернитесь… Смотрите в другую сторону!
– Что? А… Да… Я поняла! Все, не смотрю!..
– Вы где сейчас? Вы не в машине, я так понимаю?
– Нет… Я чуть отошла…
– Как это?
– Я стою на этой самой дороге, метрах так… в сорока от «Форда»… Тут остановка была… Сейчас ее нет, но лавочка осталась.
Волков видел этот «карман» с лавочкой на ведущей к пищекомбинату дороге. Раньше там, должно быть, действительно была автобусная остановка, но сейчас ее перенесли чуть дальше – метров на триста примерно. Ему стало тревожно (хотя и без того уже обливался холодным потом). Уж слишком близко находится сейчас Анохина к гаражам. От этой бывшей остановки по прямой до въезда в гаражные боксы всего каких-то метров сто, не больше.
Он хотел сказать Светлане, чтобы она уходила оттуда, что далее там находиться опасно… Разве что на «Форде» ее отправить? Но, кроме патрульного, что остался в машине, да ветерана Фомина, он сейчас не располагает более никем.
Только он подумал о сержанте, оставшемся в патрульной машине, как ожила рация:
– Товарищ начальник, – послышался взвинченный мужской голос. – Там по крыше ходит кто-то… С виду работяга… в спецовке или комбинезоне! Оружия при нем не наблюдаю.
Волков достал из верхнего кармашка разгрузки рацию. Поднес ее к губам, и, дождавшись, когда из включенной только что Фоминым автомагнитолы зазвучит бодрый голос ведущего местной радиостанции, отозвался:
– Понял тебя, сержант! Ты вот что… Ты сейчас не смотри в нашу сторону!
– Ясно! Не буду пока смотреть!
– Нет… не так!
– Э-э… не понял? А как?
– Открой капот!.. Типа проблема с движком!
– Ага… Открыть капот…
– И наблюдай… но осторожно! Особо головой не верти. Аккуратно, короче, себя веди.
– Понял!
– И помни, что я говорил тебе про девушку… За нее тоже отвечаешь!
Никитин по-прежнему находится на связи. Волков слышал через наушник гарнитуры, как тот с кем-то разговаривал по другой линии. Николай Андреевич через референта оставил этот канал для Волкова постоянно открытым (очевидно, чтобы тот был в курсе всех его переговоров). Причем разговор уже велся на повышенных тонах… Похоже, руководство округа и края очень серьезно восприняли информацию, получаемую в нынешнем своеобразном формате, фактически режиме on-line из Краснореченска…