Бред Тьюринга

Сольдан Эдмундо Пас

Иногда его охватывает мучительное беспокойство: а вдруг его парализует, и он не сможет писать до конца дней своих? А ведь ему еще не исполнилось и двадцати пяти лет…

Он вздыхает, и ночь озаряется голубым светом экрана его компьютера. Ураганный ветер бьется в окна; Кандинский надел шерстяной свитер, но все равно мерзнет. Он прошел огромное расстояние за короткое время. Сейчас ему уже приходится отказывать некоторым, желающим вступить в ряды "Созидания". Он проводит все дни в режиме online. Каждый раз он принимает все больше предосторожностей; это попахивает паранойей, но существует постоянная опасность внедрения в их ряды секретных агентов, ведь в Плейграунде так легко придумывать

новые личности. Но эта же самая легкость служит для него хорошей зашитой: он создал более пятнадцати аватаров, с помощью которых постоянно проверяет как новых членов "Созидания", так и тех, кто давно входит в его ряды; он проделывает это даже с самыми доверенными аватарами. Ему удалось обнаружить пару лазутчиков и вовремя их уничтожить. Кандинский мало спит – и все меньше и меньше, но он знает, что единственный способ сохранить целостность структуры их организации – это вот такая неустанная работа. Плох тот лидер, который предпочитает сидеть и ждать. А немного паранойи (или даже побольше) никогда не помешает.

Он снимает наушники и потягивается, разминая мышцы, которым недостает физической нагрузки; все суставы хрустят. В полной темноте он на ощупь пробирается к холодильнику за едой. Выливает суп из картонной упаковки в глубокую тарелку, ставит ее в микроволновку. Он уже много дней не выходит на улицу. Отросшая борода и грива волос требуют стрижки.

Кандинский смотрит в окно на смутные очертания цитадели на вершине горы. Там располагаются местные филиалы Министерства информации. Если бы они только знали, что в его компьютере информации больше, чем во всех их отделениях, вместе взятых…

На его столе лежат диски с полной информацией об ограничении подачи электроэнергии, взятой из Интернета. Предприятие, несущее за это ответственность, – "Глобалюкс", итало-американский концерн. Кандинский воспринимает эту организацию как один из наиболее грубых символов нелиберальной политики Монтенегро. В своем бесконечном движении к полной приватизации это правительство продолжает дело, начатое его предшественниками, распродавая направо и налево стратегические объекты национальной экономики. Их осталось немного: железные дороги переданы в руки чилийцев, телефонный сектор принадлежит испанцам, государственные авиалинии куплены бразильцами, которые, по слухам, собираются перепродать их местному отделению крупной аргентинской компании. Американцы уже нацелились на газ и бензин, а сейчас уже вместе с итальянцами владеют электроэнергией в Рио-Фугитиво. Правительство окончательно капитулировало перед надвигающейся глобализацией. И когда будет нечего продавать, настанет время перенести действия "Созидания" из виртуального мира в реальность.

Суп кончается. Пора выходить на улицу и начинать Сопротивление. На самом деле "выходить на улицу" – всего лишь метафора. Вернее сказать: пора взламывать компьютеры и начинать Сопротивление.

Еще со времен Фибера Ауткаста Кандинский делал все для того, чтобы стереть все следы своего существования в реальном мире. Сейчас он даже не встречается с женщинами; ему претит их кокетство, недалекий ум, сентиментальность, хотя он уверен, что, избегая встреч с ними, теряет нечто очень важное; но миссия, которую он добровольно возложил на себя, делает потенциально опасным любой вид общения. Даже анонимный, говорит он себе, когда ему хочется прошвырнуться по улицам Плейграунда в поисках аватаров женского пала. Это изобретение XXI века – его личный монастырь, где он может уединиться, не прилагая к этому особых усилий. В прежние времена ему пришлось бы постричься в монахи…

Кандинскому очень помогает то, что никто не знаком е ним лично. Мистический ореол, созданный в Плейграунде вокруг BoVe, помимо всего прочего,

способствует сохранению инкогнито того, кто на самом деле за ним стоит. Но как осуществить нападение на "Глобалюкс" и правительство, если не быть знакомым с хакерами – членами "Сопротивления"? Это невозможно: личность некоторых из них совершенно не соответствует их аватарам в Плейграунде. Плейграунд – это мир фантазий, вселенная где каждый может принимать столько обличий, сколько ему вздумается; он надевает их, словно костюмы на уличный карнавал, и избавляется от них по окончании праздника.

Глубокой ночью Кандинский гуляет под дождем по полупустым улицам города. Приходит на улицу, где живут его отец с матерью, и подходит к своему дому. В окне вырисовывается неясный силуэт – это его брат. Кандинский убежден в том, что он сам выбрал свой путь и нет возврата назад. Слишком далек он от своей семьи; так далек, что уже нет никакой возможности блудному сыну вернуться, как ему этого хотелось уже много лет…

Но он борется и за них. За то, чтобы у родителей была достойная высокооплачиваемая работа. Чтобы у брата было будущее. Когда-нибудь они это поймут.

Длительная прогулка идет ему на пользу. Возвратившись в свою квартиру, он решает, что еще не время показывать свое истинное лицо. После многих часов компьютерного наблюдения за людьми, чьи аватары – его доверенные лица в "Созидании", он пришел к выводу, что может доверять четверым. Один из них – Рафаэль Корсо, Крыса; он работает в компьютерном центре в цыганском квартале. Другой – Петер Баэс, студент-программист, обслуживающий Плейграунд. И еще двое – Нельсон Вивас и Фредди Падилья; оба зарабатывают на жизнь в электронном издании "Эль Лосмо".

В эту же ночь он отправляет им всем зашифрованные сообщения, просит связаться с ним через его секретный почтовый ящик в Плейграунде. Он рассказывает им о своих планах. Долго уговаривать не приходится никого из них.

Группа Кандинского под названием "Сопротивление" начинает свою деятельность две недели спустя. Совершены первые нападения на крупные корпорации: вирус запущен в компьютерную кредитно-финансовую систему компании "Кока-Кола" в Буэнос-Айресе; прекратила свою работу служба электронных денежных переводов в Бразилии и "Федерал-Экспресс" в Санта-Крусе. Лана Нова, чье изображение теперь стало трехмерным, что делает ее еще больше похожей на женщину из реальной жизни, сообщает, что полиции известно лишь то, что атаки исходят из Рио-Фугитиво. Некоторые печатные издания даже с гордостью пишут: "Наша молодежь ничем не уступает своим сверстникам из стран так называемого первого мира.

Проходят месяцы. "Глобалюкс" завладевает энергией Рио-Фугитиво и первым делом повышает тарифы до 80 % (а для некоторых организаций – до 200 %). Правительство не обращает внимания на первые симптомы назревающего народного недовольства – бурные манифестации у офисов компании "Глобалюкс". Чуть позже СМИ сообщают о создании в Рио-Фугитиво Коалиции – группы, в которую входят члены разных политических партий, представители синдикатов, фабричных рабочих и крестьян, готовых выступить против правительства.

Кандинский, решивший объединить силы "Сопротивления" и Коалиции, смеется, когда представляет, что за разношерстная компания возникнет в результате такого союза. Старые и новые формы протеста соединяются во имя победы над общим врагом. И если задуматься, он идет дальше, чем члены той же Коалиции: он восстает против сил глобализации, действующих в стране. Но в результате молоденькие хакеры у экранов своих компьютеров и члены рабочих синдикатов с обветренными лицами, выходящие с динамитными шашками на уличные демонстрации протеста, будут действовать сообща.