Бренд.
Шрифт:
Иногда, кроме везения, ничего больше не нужно.
Ричард Бротиган
Factum: Esquire – мужской глянцевый журнал.
Esquire был основан Арнольдом Джинричем в 1933 году.
Esquire – это журнал для чтения, который отражает современные тенденции культуры и общества. На страницах Esquire соседствуют качественная художественная проза и публицистические статьи на самые разнообразные темы, от политики до моды.
В Esquire печатались Эрнест Хемингуэй, Френсис Скотт Фицджеральд и другие известные американские авторы.
Один из самых известных редакторов Esquire
В 60-е годы Esquire стал одним из прародителей так называемой Новой
Журналистики в лице Нормана Мейлера, Тома Вулфа, Тима О’Брайена и других.
Дизайном Esquire в разное время занимались такие люди, как Жан-Поль
Гуд, Пол Ранд, Роджер Блэк и Джордж Лоис.
Две обложки Esquire (за апрель 1968 года с Мохаммедом Али и за май
1969 года с Энди Уорхолом, тонущим в банке Campbell’s Soup) вошли в пятерку лучших обложек за последние 40 лет.
Сейчас Esquire принадлежит американской медиаимперии Hearst
Corporation.
Ежемесячный тираж Esquire в США составляет 700-000 экземпляров.
Кроме США Esquire издается еще в 12 странах мира (включая Россию и
Китай).
Слоган: “Мужчина в своем лучшем виде” (original version: “Man at
His Best”).
Punctum: Я каждый месяц покупаю пять глянцевых журналов: Playboy,
GQ, Hustler, Penthouse и Esquire. Но читаю я только Esquire.
Esquire – это типично нью-йоркское изобретение – сочетание моды, стиля и интеллекта. Я не хочу сказать, что все статьи Esquire мне нравятся. Не знаю почему, но я недолюбливаю всех главных редакторов всех журналов. Поэтому их авторские колонки я никогда не читаю. Я уверен, что среди них есть и неплохие статьи, но я этого знать не могу, потому что никогда не читаю.
Я всегда очень внимательно смотрю каждую рекламу в глянцевом журнале. Реклама – это почти половина любого глянцевого издания, поэтому я не могу ее пропустить. Хотя ничего полезного я для себя там не нахожу. В глянцевых журналах больше всего рекламируют часы, парфюм и крепкие спиртные напитки. Я не ношу часы, не пользуюсь туалетными водами и пью только Jameson. Реклама в Esquire для меня абсолютно бесполезна. Хотя мне очень нравится смотреть на эти глянцевые лица глянцевых мужчин и женщин в глянцевых интерьерах.
Наверно, реклама – это самое актуальное из искусств. Во всяком случае, за нее больше всего платят.
Мне нравится, что в Esquire печатают художественные рассказы. Я не люблю рассказы, когда они в книжках, а журнал – это как раз для рассказа. У меня никогда не получалось прочитать полностью какой-нибудь сборник рассказов, как будто это роман. Я всегда читал рассказы между прочим, от случая к случаю.
Иногда я думаю, что если бы в мире было побольше журналов для чтения, таких как Esquire, то я перестал бы читать книжки. Esquire гораздо интереснее Чехова. Наверно, современному писателю нужно писать так, чтобы у читателя вообще не было желания взять в руки глянцевый журнал. Сейчас глянцевые журналы начинают забирать все время людей, которое они способны выделить на чтение. Когда я покупаю Esquire, я откладываю все книжки. Когда я покупаю Esquire, я читаю его везде и всегда: в метро, в ванне,
В Esquire пишут только известные люди. Известным человек становится только потому, что ему повезло. Сначала ему повезло, что он стал известным, потом ему повезло, что его напечатали в Esquire.
Известные люди могут нести всякую чушь, но они известны, и это гораздо важнее. Известного человека читают иначе, чем неизвестного.
Известные люди обладают той аурой, которая заставляет к ним прислушиваться всех неизвестных. Это основной принцип любого глянца: должно быть много известных людей. Причем – в любом виде.
За известность платят больше, чем за интеллект. В Esquire, наверно, больше всего интеллекта среди всех глянцевых журналов. Хотя если мне что-то приносит удовольствие, то я не смотрю, насколько это интеллектуально. Поэтому я покупаю Hustler и смотрю Comedy Club.
Esquire хорош тем, что в нем нет слишком уж заумных статей (как в журнале “Искусство кино”) и нет пошлости (как в журнале “Cool”). Мне хочется найти ту точку, которая на равном удалении находится и от заумности, и от пошлости. Но меня постоянно заносит – то в заумь, то в пошлость. Esquire тоже, бывает, заносит, но гораздо реже, чем меня.
В Esquire моя любимая рубрика – “Правила жизни”. Это такая полупсихоаналитическая рубрика, где известные люди говорят обо всем, что взбредет в голову, но обязательно в афористичной форме. Мне никогда не попасть в эту рубрику. Мне не очень-то везет. Поэтому я вынужден создать ее себе сам. Я сделал ее в виде конспекта дневника за год. Итак: “Правила жизни”:
Январь. В начале месяца я купил журнал Esquire.
Я не люблю свой день рождения, потому что приходится думать о гостях. Я не привык о ком-то думать, я привык никому не мешать.
Февраль. В начале месяца я купил журнал Esquire.
При знакомстве с людьми я сразу показываю им все свои отрицательные качества: лень, неспособность заботиться о другом, неумение водить машину; между телевизором и человеком выбираю телевизор и т. д. Если люди примут меня таким, то я буду им благодарен и попытаюсь исправиться. Если они меня не примут, то так оно и лучше. Незачем держаться за людей, которые не оценили твои недостатки. Достоинства они тоже не оценят.
Март. В начале месяца я купил журнал Esquire.
Между любовью и малиновым вареньем почти нет никакой разницы. Очень красиво выглядит и вкусно есть, но в зубах всегда застревают мелкие косточки. В случае с малиновым вареньем можно обойтись зубочисткой.
А как быть с любовью?
Апрель. В начале месяца я купил журнал Esquire.
Недавно я перестал думать о себе как о человеке и стал воспринимать себя как произведение искусства. Это значит, что я не осознаю себя целостным универсумом. Если человек рождается сразу и целиком