Бригада
Шрифт:
Пэт показал на небольшие группы всадников, снующих вокруг города. Там, где они натыкались на бойцов конной пехоты, вспыхивали огоньки выстрелов. Среди все еще дымящихся разрушенных вилл и маленьких деревень, расположенных на холмах к востоку от города, время от времени разгорались стычки.
Даже невооруженным глазом Пэт видел на гребне холмов колонну конных бантагов, направляющихся к одному из трех акведуков. К ночи они перекроют акведуки. Каждую емкость в городе было приказано заполнить водой для тушения пожаров. Если бы это не было сделано,
Пэт поднес к глазам бинокль и посмотрел на окопы, окружавшие город. К счастью, Эндрю приказал их вырыть еще осенью. Правда, работы были проведены кое-как, поскольку никто не ожидал, что уже к середине зимы враг доберется до городских ворот. Поэтому последнюю неделю несколько десятков тысяч человек, занимались тем, что сгребали снег в кучи, утрамбовывали его и заливали водой, чтобы хоть немного усилить оборонительные сооружения. Покрытые льдом земляные укрепления выглядели как в сказке, как будто это была ледяная крепость, в которой дети собирались обстреливать друг друга снежками, а не пулями и артиллерийскими снарядами.
Семь корпусов было размещено вокруг города. 1-й, 3-й, 9-й и 11-й, а также подразделения, которыми Пэт руководил в битве у Шенандоа, заняли окопы по периметру. От их первоначального состава осталось чуть больше половины. И оказалось, что сорок тысяч человек должны были обороняться на двадцатимильной линии.
Основная задача возлагалась на 4-й, 6-й и 12-й резервные корпуса, тщательно укрытые во внутренней части города. Сорок тысяч как следует отдувших и готовых к бою солдат. 10-й корпус выведен за пределы города для обороны восточного побережья и южной части Рима. Вместе с инженерными и вспомогательными войсками численность его армии доходила почти до ста тысяч человек. Кроме того, Пэт запросто мог мобилизовать гражданское население, дав ему старое оружие ополченцев, заряжающиеся с дула «спрингфилды» и кремневые ружья, сохранившиеся со старых времен.
Бантаги превышали по численности армию публики в три раза, что было не так уж плохо по сравнению с осадой Суздаля во время Тугарской войны и даже с битвой под Испанией, где каждого бойца приходилось по пять мерков. Однако различие состояло в том, что в данном чае соперник был также хорошо вооружен, а военачальник использовал современную тактику ведения войны.
— Гаарк попытается сразу же войти в Рим, — заявил Пэт, — он не станет ходить вокруг да около и оттягивать наступление. Он хочет найти укрытие в городе и сломить нашу волю. Так что до штурма осталось максимум два дня.
— Ты собираешься придерживаться своего плана? — спросил Марк.
— Это наш единственный шанс.
— Ты же знаешь, в каком сейчас состоянии бойцы.
— Наслышан, — ответил Пэт, — поэтому я надеюсь, что Гаарк
— А что Калин? — спросил Марк.
— Ты о чем? — Пэт сделал вид, что ничего не понимает.
— Я знаю, что ему предложили, — ледяным тоном заявил вице-президент.
— И что же это?
— Русские выходят из боя, а Гаарк дает им спокойно уйти и захватывает Рим.
— А что предложили тебе? — резко бросил Пэт.
Марк растерянно молчал.
— Гаарк достаточно умен и наверняка попытался натравить вас друг на друга. Так что он тебе предложил?
— Если мы сдадим Рим, он не станет по обычаю забирать десятую часть населения для Праздника Луны.
Пэт выругался и со всей силы стукнул кулаком по каменной стене смотровой башни.
— Кто-нибудь в армии об этом знает?
Марк отрицательно покачал головой.
— И ты ему поверил?
— Я верю в это, — сказал Марк и показал на рыщущих возле римских позиций бантагов. — Через два дня они нападут на мой город. В прошлый раз, когда нас захватили карфагеняне, это были цветочки. На этот раз Риму, городу, где жили мои предки в течение двух тысяч лет, грозит полное уничтожение от рук рассвирепевших варваров.
В его словах были горечь и боль.
— Даже если мы выиграем, что здесь останется, кроме обгоревших руин?
— Свобода. Город можно построить заново, а свободу мы потеряем навсегда.
Марк кивнул, но его черты были по-прежнему искажены болью.
— Неужели ты не понимаешь, что, если мы выиграем это сражение, мы выиграем войну?
— Да? Но даже если мы разобьем эту армию, Гаарк вернется назад, к своим заводам в пятистах, а, может, и в полутора тысячах миль отсюда. Мы что, пойдем за ним?
— Конечно.
— Тогда война будет продолжаться вечно.
— Чтобы сохранить свободу, нужно всегда быть начеку, как однажды сказал Эндрю.
— Эндрю, — вздохнул Марк. — Если бы он сейчас командовал, все было бы иначе.
Пэт проигнорировал выпад в свой адрес, потому что сам думал точно так же.
— Извини, но тебе придется меня потерпеть.
Марк улыбнулся и почти отеческим жестом похлопал Пэта по плечу.
— Ты молодец. Никогда не забуду, как ты воевал в Испании. Эндрю всегда говорил, что тебе нет равных в оборонительной тактике.
Пэт облокотился на парапет и похлопал в ладоши, чтобы согреть замерзшие без перчаток руки. Он посмотрел на небо, которое с утра было чистым, а сейчас затянулось дымкой. Глядя на солнце, можно было подумать, что смотришь через матовое стекло.
— Сегодня пойдет снег, а я надеялся, день будет ясным.
— Паршивая погода.
— А каково там этим гадам? Нам хотя бы не нужно тратить много топлива, чтобы согреться, и у нас, по крайней мере, есть крыша над головой.
— Пока они ее не сожгли.