Бригада

Форстен Уильям P.

— Ганс, это бунт!

— Называй это как хочешь, — усмехнулся старый сержант. — В Тире ничего не случится, и какое-то время они без меня обойдутся. А вот ты нужен в Суздале. И еще одно. Буллфинч получил приказ забрать отсюда тебя, а не меня, так что вопрос решен. На моей стороне адмирал и солдаты.

Брызжа слюной, Винсент начал было громко протестовать, но Ганс ответил на это отеческой улыбкой.

— Мистер Готорн, хотите, дам вам совет как генерал генералу?

— Какой еще, к дьяволу, совет?

— Вступайте

в бой, только если вы можете его выиграть. Если нет, отступайте быстро, но с достоинством.

Плечи Винсента опустились.

— Тебе нечего стыдиться, парень. Предлагаю в официальном рапорте президенту написать, что после долгого обсуждения мы признали необходимым твое личное присутствие в Суздале для обеспечения безопасности Руси и управления военными заводами. А поскольку наши войска в Тире отвлекают на себя крупные силы противника, но пока что не имеют возможности вести наступательных действий, мы сочли возможным отправить в эту вылазку одну тирскую дивизию со мной во главе.

— Звучит так, будто ты все это уже написал, — хмыкнул Винсент.

— Так и есть, — усмехнулся Ганс, протягивая ему готовый рапорт.

Лицо Винсента покрыла свинцовая бледность, и Ганс едва успел подхватить его, помогая сползти с коня.

— Должен признаться, — прошептал Готорн, — я не уверен, что выдержал бы этот поход, но у меня не было другого выхода.

— Ты бы просто вогнал себя в могилу, сынок. Я в этом не сомневаюсь, и солдаты тоже сразу бы это поняли. Отправляйся домой, полечись. Нам еще предстоит немало сражений этой весной.

Винсент неохотно кивнул. Сняв с плеча планшет, он открыл его и вытащил детальную карту местности.

— Этот залив находится в ста пятидесяти милях к юго-востоку от Рима, — начал объяснять он, водя пальцем по карте. — Вот здесь проходит древняя дорога к старым римским каменоломням. Она ведет отсюда на северо-восток, а ее длина составляет восемьдесят с небольшим миль. Я скажу моему проводнику Тигранию, чтобы он сделал тебе подробный доклад. Он здесь вырос и работал возницей на этой дороге.

— А ты уверен, что по ней пройдут броневики? Узкоколейка ведь не доходит до самих каменоломен.

— От конечной станции до месторождения остается пройти всего тридцать пять миль. Римляне возили по этой дороге повозки, груженные десяти- и двадцатитонными глыбами мрамора и известняка, так что я не думаю, что у тебя возникнут трудности с броневиками. Тиграний клянется, что большинство переправ возведено из камня, а ты ведь сам знаешь, какие у римлян отличные дороги и прочные мосты. Каменоломни находятся у самых вершин Зеленых гор.

— И ты считаешь, что бантаги их еще не захватили?

— Возможно, там есть их патрули, но мне представляется это маловероятным. Во время нашего отступления к горам оттянулись несколько римских подразделений, которые нападают на обозы бантагов и удерживают горные перевалы, давая возможность беженцам укрыться

в безопасных долинах. В последнем сообщении, пришедшем оттуда, говорилось, что бантаги заняли перевал в десяти милях от каменоломен, в том месте, где протекает река Эбро. Очень может быть, что они даже не знают о существовании этих месторождений. Бантаги боятся отходить слишком далеко от железной дороги.

Винсент прочертил пальцем линию на карте.

— Это будет самый трудный участок пути. Вы оставите каменоломни за спиной и отправитесь вниз по дороге, которая ведет дальше на северо-восток. Здесь она спускается с гор в долину Эбро. Дорога проходит в паре миль от реки, а затем поворачивает к северу. Скорее всего, именно тут вы впервые столкнетесь с бантагами. После того как вы встретитесь с их дозорными патрулями, бантаги поднимут тревогу. От этого места до железнодорожного моста через Эбро лежат двадцать пять миль голой степи. Там есть хорошие дороги, построенные римлянами, поэтому вы сможете двигаться быстро.

Ганс кивнул, не отрывая взгляда от карты.

— Тебе нужно будет добраться до главного моста через реку. Его длина равняется почти двумстам ярдам. Наверняка там находится много рабов. Я подозреваю, что здесь же располагается крупное депо со множеством стрелок и объездных путей. Мы возвели там довольно большой городок, когда прокладывали свою железную дорогу. А в округе было немало деревень — в этих местах много возделываемых полей.

— А разве мы не взорвали во время отступления вот этот мост? — спросил Ганс, ткнув пальцем в карту. Переправа, о которой он говорил, находилась ровно посредине между последним горным перевалом и линией железной дороги, проложенной на восток в открытой степи. В этом месте река Эбро вплотную подходила к подножию Зеленых гор.

Винсент покачал головой:

— В этом не было никакого смысла. Здесь нет железнодорожных путей, а помешать бантагам форсировать реку мы все равно не могли — слишком много бродов. По моим данным, мост остался цел.

— Если я смогу здесь переправиться через Эбро, разделить свое войско на два отряда, обойти бантагов спереди и сзади и зажать их в клещи…

— Ты не сможешь координировать свои действия, — перебил его Винсент. — И у бантагской кавалерии будет перед тобой преимущество в маневренности.

— Суть твоей идеи заключается в том, что Гаарк не ждет от нас рейда по своим тылам в ста пятидесяти милях от передовой. Так давай сделаем наш удар более сильным и нападем на бантагов и с запада, и с востока. Может, нам удастся пустить под откос пару их поездов, а я подозреваю, что у бантагов не должно быть здесь много составов.

Склонившись над картой, Ганс начертил на ней пальцем две стрелки, уходящие в стороны от реки.

— Мы разделимся на два отряда, дойдем до железной дороги и двинемся навстречу друг другу. Встретимся у переправы через Эбро.