Бригада
Шрифт:
Завороженный происходящим, он прильнул к смотровой щели, позабыв обо всем. Неожиданно между двумя машинами возникли два бантага. Ганс убил обоих. Наконец более быстрому броневику людей удалось зайти в тыл машине противника. Бухнуло орудие, и стальной снаряд, прошив заднюю броню бантагского броневика, угодил в паровой котел. Прогремел взрыв.
К этому моменту Ганс уже совершенно потерял ориентацию и даже не знал, в какую сторону они едут. Невесть откуда прилетевшая ракета срикошетила от лобовой брони их машины и пронеслась мимо его орудийной башни, исчезнув в небе.
Водитель,
— Мы подбили его! — восторженно проорал Юлий.
Широко ухмыльнувшись, Джек наклонился и поощряюще похлопал по спине склонившегося над «гатлингом» Федора.
Он еще раз бросил обеспокоенный взгляд на левое крыло своей машины. Пока что оно вроде бы держалось, хотя бантагский снаряд проделал в нем большую дыру, из которой торчали обрывки проводов, а кожух третьего двигателя был изорван в клочья. Второй вражеский дирижабль завершил разворот и устремился в лобовую атаку.
Джек уже не успевал уйти в сторону, и ему ничего не оставалось, кроме как принять вызов бантагского пилота. Первым выстрелил артиллерист противника. Джек задержал дыхание. Промах! Федор ответил длинной очередью, трассирующие пули со свистом прошили носовую обшивку вражеской машины. Ее капот открылся, крылья сложились, и объятый пламенем и дымом дирижабль вошел в штопор и рухнул на лед Эбро.
— Оба готовы! — с гордостью воскликнул Федор. — Здорово!
«Слишком здорово, — подумал Джек. — Теперь наше новое оружие больше не является секретом для бантагов. Что будет в следующий раз — если мы вообще до него доживем?»
Заложив крутой вираж, он направил «Орла» обратно на юг. Внизу царил сущий хаос, над землей плавали густые клубы дыма, раздавались выстрелы из пушек, горели подбитые броневики. Джек мог отличить своих от чужих только по одному признаку: из труб бантагских машин поднимался антрацито-черный дым, а броневики Республики, использовавшие в качестве топлива керосин, значительно меньше загрязняли воздух. Зато когда в их паровой котел попадал неприятельский снаряд, машины людей мгновенно превращались в огромный огненный шар. За превосходство в скорости и мощи приходилось платить высокую цену.
Джек подсчитал потери обеих сторон, и на душе у него стало тоскливо. У бантагов все еще оставалось больше броневиков, чем у Ганса, а целый умен вражеских солдат обходил холм, где шло сражение, с фланга, стремясь выйти к реке.
Джек бросил взгляд на восток, и по его коже пробежал мороз. Во время его воздушного боя с дирижаблями противника бантагские кавалеристы успели перестроиться и теперь галопом неслись к мосту. Они были уже менее чем в миле от переправы, а тысячи чинов еще оставались на восточном берегу.
— Мы возвращаемся, — произнес он.
— И что дальше? — спросил Федор. — У меня уже почти кончились патроны.
— Тогда мы сымитируем атаку. Нам надо задержать этих ублюдков.
Кетсвана чувствовал,
Зулус проскакал вдоль строя своих солдат, за спинами которых чины продолжали переправляться на западный берег реки.
— Мы должны сдержать противника! — проревел он. — Нельзя пропустить его к мосту!
Авангард спускавшейся в долину бантагской колонны был уже в восьмистах ярдах от моста. Вражеские кавалеристы продолжали оставаться в седлах.
Единственным местом, где они могли держать оборону, был выход скальной породы, примыкавший к дороге. Кетсвана скомандовал своим людям выдвинуться вперед, спешиться и укрыться за валунами. Солдаты в нерешительности замерли на месте, но Кетсвана первым подал им пример, поскакав к скалам вместе с зулусами из своей штабной роты. Уверенность, излучаемая чернокожими воинами, была настолько сильной, что кавалеристы без колебаний последовали за ними. У валунов они спешились и разбились на группы по пять человек, один из которых держал под уздцы лошадей своих товарищей, а остальные четверо притаились среди покрытых коркой льда камней, сжимая в руках винтовки шарпса.
— Подпустим их поближе! — крикнул Кетсвана. — Берегите каждый патрон!
Он оглянулся на скопище чинов у моста. На утоптанном снегу лежали десятки тел тех, кого насмерть задавили в этой толпе.
В воздухе просвистела первая пуля. Бантагские кавалеристы открыли огонь из винтовок по чинам. Промахнуться в такой ситуации было невозможно. Впавшие в панику люди из последних сил устремились к спасительному мосту.
Ублюдки! Расстояние до бантагов составляло еще целых четыреста ярдов.
— Разрешаю вести одиночный огонь, только не тратьте заряды впустую.
Его солдаты начали отвечать бантагам, тщательно прицеливаясь. Большинство выстрелов было удачным, и всадники орды стали падать со своих седел. Несколько секунд они пребывали в замешательстве, но потом спешились и продолжили атаку. Вниз со склона холма спускались все больше и больше вражеских кавалеристов. Оказавшись на дне долины, бантаги пустили своих коней кентером, а затем перешли на галоп.
Отлично, пусть подойдут поближе.
— Огонь!
Приказ Кетсваны был лишним, его солдаты и без указаний своего командира дружно вскинули винтовки и нацелили их на дорогу. Прогремел залп, и всадников орды словно срезало гигантской косой. Передние ряды бантагов были разорваны в клочья, а кавалеристы, скакавшие сзади, в панике разворачивали лошадей, спеша убраться с дороги под защиту леса. Раненые кони сбрасывали своих хозяев в снег и топтали их копытами. Атака противника захлебнулась в ста ярдах от валунов, за которыми засели стрелки Кетсваны. Остальные бантаги спешились, рассыпались среди деревьев и, прекратив обстреливать чинов, стали медленно приближаться к скалам.