Бриллиант Хакера
Шрифт:
– Ты молодец, – похвалил я его и, на всякий случай напомнив, что выхожу на связь через двадцать минут, спрятал телефон в куртку.
Катя сидела на кушетке, развалившись. Ее рот были широко раскрыт, кончик язычка нетерпеливо облизывал губы и постукивал по верхним зубам.
– Ну же...
Но я отрицательно покачал головой. Что бы такое изобрести, чтобы не выглядеть полным идиотом? Или хуже того – импотентом. Впрочем, еще неизвестно, что хуже, если серьезно подумать.
– Видишь ли, сегодня я немного не в форме, – не нашел я ничего лучше этого
– Я тебе сейчас помогу, – рванулась ко мне Катя, но я остановил ее жестом руки.
– В другой раз, – беспрекословно отрезал я. – Сейчас нам пора сматываться.
– Другого раза не будет, – с сожалением произнесла Катя. – Впрочем, как знаешь. За кассету я с тобой расплачусь, не сомневайся. Как только Павлика увижу – расхвалю тебя с ног до головы. Может, он тебя к себе в фирму на работу устроит...
– Вряд ли, – усомнился я, но не стал вдаваться в подробности.
Наша сегодняшняя встреча вряд ли оставила обо мне у Павлина хорошшее впечатление. Впрочем, у него и без меня дел хватает. Тем паче, что у шоколадного короля скоро появятся новые заботы и ему придется нанимать частного врача-венеролога.
– Пока два-два, – бросила прощальный взгляд на телевозор Катя. – Кто же победит?
– Узнаешь из газет, нам пора идти, – тянул я ее за рукав.
По дороге – из бомбоубежища в полуподвальное помещение школы, а потом мимо котельной на свет Божий – Катя рассказала мне, как все произошло.
Начала она, как водится у женщин, с конца. Причем, не с моего.
– А этот парень, что жратву и пиво приносил, очень даже ничего, – мечтательно произнесла Катя, бросив последний взгляд на место своего заключения. – Говорят, что молодежь неопытна в е..., но Буба искупал определенный недостаток техники темпераментом.
«Бедный Буба», – подумал я, но Кате ничего говорить не стал.
– Он, кстати, был в этой кодле, которая набросилась на меня возле подъезда, – Катя передернула плечами, вспоминая эту сцену. – Буба, потом, значит, еще такой коротко стриженый... Андрон, что ли?
– Дрон, – поправил я. – Вряд ли вы с ним еще раз увидитесь.
– Оно и к лучшему, – не стала сожалеть Катя. – С ними была какая-то швабра, которая меня и сбила с толку: Павлик, мол, просил тебя к нему срочно доставить. Ну я и села в их таратайку.
Мы быстро пересекали пустынный школьный двор. Я слегка поддерживал Катерину под руку, щурясь от тусклого осеннего солнца, которое после мрака бомбоубежища казалось нам ослепительным.
– Привезли, суки, бросили в подвал. Сиди, мол, и не рыпайся. Телек хоть, говорю, дайте, – продолжала Катя. – Дали.
– Ваша бабушка очень волновалась, – напомнил я девушке о ее родственнице. – Кстати, по какой статье сидела Ида Яковлевна?
– О-о, целый букет и еще сорок три цветочка, – как ни в чем не бывало отозвалась Катя. – Тут и мошенничество, и валюта. Помнится, была даже статья о незаконном отлове котиков и бобров. Вам она, небось, наплела, что политзэчка со стажем?
Я кивнул.
– Однажды бабка
Тем временем мы уже вышли на оживленную улицу. При повороте за угол я краем глаза заметил милицейский «форд» возле распахнутой настежь двери дома Горбачева. Буба оказался не промах, как я и предполагал.
– Куда вы теперь? – спросил я девушку, когда мы благополучно миновали несколько кварталов и шли возле городского сада.
– К Павлику я не поеду, – немедленно заявила Катя. – Если он позволяет со мной так обращаться, пусть сначала побегает сам.
– То есть?
– Ну, он же не обеспечил мне охрану! – пояснила девушка. – И благодаря ему мне пришлось куковать в этой каменной яме.
– Ах вот как!
– Да-да, именно так, – непреклонно заявила Катя, как будто я битый час уговаривал девушку немедленно отправиться к ее дружку. – Домой тоже не хочу, пошел он в жопу... А, вот что! Вспомнила, мне же нужно в поликлинику, за анализами!
– Очень правильное решение, сударыня, – похвалил я ее, сочувственно вздохнув. – Забота о здоровье важнее всего на свете.
– Ну, тогда до встречи, – подала мне руку Катя. – Спасибо за чудесное избавление, меня можно не провожать, я поймаю тачку. Значит, за мной... Кстати, сколько я вам должна? Лимон, два?
– Лимон-два, – пожал я ее руку. – Если вы не объявитесь, позвоню сам. Впрочем, не исключено, что мы сегодня еще увидимся, я сейчас собираюсь нанести визит вашей бабушке. Что-то передать?
– Скажи бабке, что она старая сука, – нежно улыбнулась Катя и начала голосовать.
Кате повезло и она деловито уселась в первую же остановившуюся автомашину, на прощание помахав мне рукой из окошечка.
Я посмотрел на часы. Со времени нашего расставания с Горбачевым и компанией прошло не больше сорока минут. Наверняка сейчас вся братва заваливается к Французовой и начинается самое интересное.
Я просто не мог бросить ход дела на самотек и пропустить такое значительное событие и решил присоединиться к своим знакомым.
Мне всегда нравилось, когда много людей, имеющих друг к другу некоторые претензии собираются в одном помещении. Обычно в таких случаях переговоры значительно упрощаются и стороны достигают консенсуса. В том случае, конечно, если после переговоров остаются как минимум две стороны, а не одна.
По пути я решил продолжить беседу с Приятелем и, достав телефон, говорил, – а, вернее, больше слушал, – прямо на ходу.
Информация была настолько важной и интересной, что мне приходилось то и дело уклоняться от прохожих, так и норовивших толкнуть меня то в плечо, то в спину. Наверное, я казался им новым русским, ведь сотовые телефоны у нас – знак преуспевания, хотя на мой взгляд это не больше, чем производственная необходимость.