Британия
Шрифт:
— Во втором кабинете, — пробормотал он. — Он что-то натворил?
Мейзерс не удосужился ответить и сделал знак Кейтлин, чтобы она шла за ним. Глядя им вслед, клерк открыл было рот, чтобы что-то спросить, но, подумав, закрыл его и снова склонился над бумагами.
Покинув арену, Мейзерс и Кейтлин двинулись по темному коридору, мимо деревянных дверей, обшитых стальными панелями, пока не дошли до двери, на которой была грубо выведена краской цифра «2». Без лишних раздумий полковник заколотил
— Кто там приперся?
— Мейзерс, — с хитрой улыбкой ответил военный и, обернувшись к Кейтлин, добавил: — Он работает по ночам, а днем спит и очень не любит, когда его будят.
Дверь распахнулась, и на пороге возник высокий темнокожий человек, заросший жесткой бородой. На нем были сильно поношенные кожаные штаны, подвязанные бечевкой, и тяжелые сапоги; моргая спросонья, он натягивал через голову дырявую серую футболку, которая, вероятно, когда-то была черной.
— Полковник, вот так радость! — сказал Томас, широко улыбаясь Мейзерсу и еще шире — Кейтлин.
— Томас, у меня к тебе просьба…
— Так-так… — отозвался тот и пристальнее присмотрелся к девушке. — В танцовщицы?
— Нет, ей нужна другая работа.
— Точно? А то у крошки все данные…
Полковник откашлялся.
— А, ладно, как скажете… — махнул рукой Томас и подмигнул Кейтлин, которая стояла с открытым от возмущения ртом. — Какая работа?
— Вот с ней это и обсудишь, а я пошел. — Полковник повернулся к ним спиной.
— Ах, вот какая работа… Черт, ты помнишь, как мне в прошлый раз из-за тебя досталось?
Мейзерс обернулся и строго посмотрел на Томаса.
— Ты передо мной по-прежнему в долгу и не скоро расплатишься.
Тот смиренно вздохнул, и полковник обратился к Кейтлин:
— Удачи тебе, девочка! Надеюсь, увидимся в лучшие времена… — и ушел, не оглядываясь.
Томас смотрел ему в спину, пока он не скрылся за углом, а потом снова широко улыбнулся девушке:
— Может, все-таки танцовщицей?
— Вот уж нет!
— Мое дело — спросить. У нас тут девушки, не вымазанные в дерьме, — большая редкость.
— Очень милый комплимент, — съязвила Кейтлин.
Томас улыбнулся, на этот раз вполне искренне.
— Ну что, много ты тут собираешься разнести?
— Пока не знаю.
— Понятно. Каков вопрос — таков ответ. И какая же работа тебе нужна?
— Любая. Лишь бы стоять у ограды, когда начнется бой.
Томас прищурился:
— Говорят, тот парень, что пристрелил солдата, был с девчонкой. Выходит, с тобой.
Это было утверждение, а не вопрос, поэтому Кейтлин решила, что можно не отвечать. Томас посмотрел на нее иначе, почти с уважением.
— Все понятно. Поставлю тебя
— А что делает колотилка?
— Ясный пень, колотит! — ответил Томас и усмехнулся при виде ее возмущенного лица. — Да, у нас жестокие порядки, но нельзя, чтобы участники покидали ринг во время соревнований.
— Какое же это соревнование? Это просто бойня!
— Называй, как хочешь, но людям это нужно, а значит — все не зря.
Кейтлин покачала головой:
— Те, кто у вас на арене, — тоже люди.
— Не спорю, бывают и люди. Но в основном — двуногие звери, в которых так мало осталось человеческого, что лучше бы лаяли и бегали на четвереньках.
— Кто вы такой, чтобы их судить? — зло спросила девушка.
— Я наблюдаю за ними каждый день. Вижу, как они крадут друг у друга, избивают друг друга до смерти из-за пустяков.
— И все-таки они — люди, — упрямо повторила Кейтлин, но собственный опыт скитания по туннелям пришел ей на ум, и слова прозвучали уже не так убедительно.
Томас решил не продолжать этот спор.
— Я так понимаю, что твой друг — из тех, за кого не жалко отдать жизнь?
— И жизнь, и даже больше, — торжественно сказала Кейтлин.
— Похоже, сегодня ты тут устроишь переполох… Ладно, работа твоя, а я навещу друзей на другой станции. На любой другой станции… Иди за мной.
Он повел Кейтлин обратно на арену и, как бы невзначай, обратился к человечку за столом:
— Выдай дубинку, поставь у ограды, и без вопросов.
Человечек поднял пухлый палец.
— Хорошо, один вопрос разрешаю.
— Вы сегодня навещаете друзей, босс?
— Да, что-то посетило такое желание.
— Черт…
Человечек грустно опустил руку и понурился. Томас повернулся к девушке.
— Красавица, посиди пока в моей комнате. Только ничего не сломай!
И он ушел.
— Возьмите дубинку у стены, — послышался голос клерка. — И, будьте добры, наденьте вот это, — он передал ей запачканный ядовито-желтый жилет с надписью «ОХРАНА» на спине.
— Спасибо, — сказала Кейтлин, но человечек перебил ее.
— Не надо меня благодарить. Стойте у ограды, не двигайтесь с места и, ради бога, не подходите ко мне.
Кейтлин открыла рот, но человечек протестующе поднял ладонь.
— Томас все для меня сделал и дал мне эту работу, но, ей-богу, ваша братия его погубит!
Они помолчали.
— Вы знаете, где его комната? Там вас никто не побеспокоит, пока я не позову вас на выход.
Кейтлин молча повернулась и ушла.
Она не спала и слушала далекий шум толпы, когда в дверь постучали.