Бронзовый топор
Шрифт:
— Кто вы такие? — громко спросил охотник. Взгляд его был прям и дерзок. Он был высок и строен. Меховая рубаха из шкуры оленя мягко облегала его сильные плечи, на ногах были чулки из золотистой нерпы и такие же штаны.
— Мы пришли к вам из Края Лесов. Мы принесли мир.
— Вы пришли, чтобы попросить у нас плошку нерпичьего жира? — со смехом спросил охотник.
Щеки Мизинца загорелись. В словах охотника была злая насмешка. Но он сдержал себя и сказал как можно спокойнее:
— Разве у вашего племени появился обычай угощать
Молодой охотник с ног до головы пристально осмотрел Мизинца и сказал, показывая в недоброй улыбке крупные белые зубы:
— Когда у нас слышат такие слова, говорящего забрасывают камнями. Но уж если вы пришли с миром, пойдемте в стойбище.
Друзья подняли с земли копья и луки и, скрывая волнение и страх, внешне спокойно и неторопливо пошли за хозяевами. Сбывалось предупреждение Укушенного Морозом, что от Берегового племени можно ждать чего угодно и потому надо быть всегда наготове.
Стойбище Береговых людей мало чем отличалось от зимнего стойбища их племени. Это Мизинец отметил сразу. Только Лесные люди на лето покидали его и уходили бродить по тундре, а эти жили в земляных дымных жилищах круглый год. Поразило друзей только одно: крыши жилищ были сделаны из ребер незнакомого им огромного животного, а стены подпирали серые позвонки величиной каждый с большой камень. Позднее они узнали, что кости эти принадлежали китам, живущим в Холодном море. Каждый такой кит был величиной с гору, и Береговое племя иногда находило дохлых китов на берегу.
Друзей привели к большому жилищу, у входа в которое на китовом позвонке, как на пне, сидел тощий маленький старик. Ветер с моря шевелил его жесткие белые волосы, и лицо его было все в мелких морщинах, как озерная вода под ветром.
— Кто вы такие? — спросил он, разглядывая друзей крохотными зелеными глазками из-под насупленных бровей.
— Мы люди из племени Лесных охотников.
Старик отвернулся и долго смотрел в сторону, словно забыв о стоящих перед ним.
Это тоже был жест неуважения.
— Ты будешь Маленький Остров? — нарушив молчание, смело спросил Мизинец.
Старик быстро обернулся. Лицо его сделалось злым.
— Маленький Остров ушел к Верхним людям еще зимой, — крикнул он. — Ему давно пора было уйти в Страну Мертвых!
Молодой охотник, который привел друзей, громко захохотал:
— Отец говорит правду. Маленький Остров слишком задержался на земле и надоел нам всем.
Вокруг уже собралась толпа. Лица Береговых людей были угрюмыми, щеки ввалились, а в глазах стоял голодный блеск. Старик вдруг заговорил:
— Видите, пришельцы, люди скоро станут умирать! Маленький Остров виноват, что льды в это лето долго стоят у берега и в стойбище поселился Голод!
— Но ведь он ушел в Страну Мертвых.
— Все равно!
— Там, в тундре, — Мизинец махнул рукой, — в двух днях пути пасутся стада оленей. Им нет числа. Пусть ваши охотники пойдут туда. Рядом на скалах живут несметные стаи птиц. Их можно душить руками, и каждый охотник сумеет набрать там полную сумку яиц.
Молодой охотник презрительно усмехнулся.
— Олень — земляная вошь. Это не пища для Береговых людей.
Мизинец знал — охотник врет. Нежное мясо оленя любят все племена, живущие на земле. Причина здесь, видимо, была в другом.
— Разве лучше умирать с голоду? — спросил он.
— Кто ты такой?! — снова закричал старик. — Тебя послали злые духи, чтобы заставить людей глотать слюну! Нет в тундре никаких оленей, нет на скалах птиц! Ты все лжешь! Это говорю я, Великий Заклинатель! Люди, вы верите мне?!
— Верим, верим, — покорно и недружно донеслось из толпы. На миг наступила тишина. И в этой тишине всякий, кто имел уши, услышал приглушенный гомон птиц, доносящийся с Каменного мыса.
— Нет ни птиц, ни оленей! — кричал старик. — Вы верите мне, люди?! Только меня должны вы слушать!
— Мы верим, мы слушаем! — вздохнула толпа.
— Голод туманит разум, — примирительно сказал Мизинец. Он хорошо знал, что голодные люди становятся злыми. — Но если льды не уйдут, вы все равно пойдете за оленями.
— Мы не умеем на них охотиться, — сказал кто-то. — За ними надо гоняться по тундре, и они не всегда подпускают так близко, чтобы можно было бросить копье.
— Мы научим. Мы люди Леса…
— Нам не нужна ваша помощь, — возразил старик и ударил себя в грудь кулаком. — Я Великий Заклинатель. Я стану сегодня говорить с духами-пособниками и побываю у Великого Морского Духа! Я все могу, я сильнее всех! Видишь, люди верят мне. Голод не враг, а друг наш — он проверяет веру. Наступит время, и я пригоню сюда столько тюленей, что охотники устанут колоть их, а животы их раздуются от обильной еды. Они станут есть мясо от восхода и до заката, и каждый будет греть на солнце пузо и спать сколько захочет.
— Быть может, это время наступит, когда все умрут, — робко вмешался в разговор Птенец Куропатки.
Старик бросил на него быстрый взгляд и с глубокой уверенностью возразил:
— Кто-нибудь да останется. Люди нашего племени умеют ждать. Их желудок станет есть их самих. Они будут только худеть. Но зато те, кто дождется, будут самыми счастливыми!
Очень тощий, высокого роста охотник потянул Мизинца за руку.
— Пойдем в жилище, гость…
Юноши пошли за ним. Никто не остановил их, не окликнул. Старик и молодой охотник — его сын словно забыли о друзьях. Толпа поредела. Люди разбредались по берегу, понуро опустив головы. Они шли дожидаться Великого времени Сытой Жизни.