Будь моим мужем
Шрифт:
— Вот чего ты хочешь от меня…
Его нежный натиск застал Натали врасплох. Она не успела сказать “нет”, потому что мягкие губы прижались к ее губам, и она ощутила их солоноватый вкус. Чуткими пальцами Этьен провел сверху вниз по ее спине и слегка отстранился, словно выжидая. Натали тихонько застонала.
Оказалось, достаточно одного ласкового прикосновения, чтобы разбудить дремавшее в ней желание. Страсть обрушилась, как гроза, как ливень на пересохшую, жаждущую влаги землю. Натали закрыла глаза и, словно в забытьи, потянулась к губам Этьена. Поцелуй
Но Этьен не торопил события, как будто хотел поддразнить или наказать. Чуть откинувшись назад, так, что Натали могла видеть только пульсирующую голубую жилку на его шее, он торжествующе рассмеялся. Потом наклонился, и его мягкие губы скользнули по волосам Натали, а потом ниже, горячим дыханием согревая кожу.
— Ты сама видишь, какое пламя вспыхивает между нами. С ним бесполезно бороться…
— Не надо! — Протест Натали был едва слышным. Потому что ей совсем не хотелось протестовать: ее разгоряченное тело желало только ласк.
— Что, любимая? — Этьен вновь отстранился и сверху смотрел на нее. Он, кажется, понимал, какая борьба происходит в Натали, и знал, какая часть ее сознания победит. — Скажи мне, чего ты хочешь, и я с радостью исполню любое твое желание.
Это было мучительно и сладко. Уже чувствуя, что окончательно сдается, Натали все же нашла в себе силы открыть глаза и отступить на шаг. Этьен, мягко улыбаясь, стоял перед ней — беззащитный и могущественный. В его власти было подарить несказанное блаженство. Натали ощущала тепло, исходившее от его стройного тела, видела, как дрожат ресницы.
— Скажи мне! — Его бархатистый голос, аромат дыхания, чувственные губы звали забыть обо всем.
— Этьен! — Натали будто таяла под его лучистым взглядом. Она почувствовала, как медленный жар поднимается от кончиков пальцев вверх, по спине, затопляя тело волной желания. — Поцелуй меня! Обними и держи крепко-крепко!
— Твои слова — закон для меня, любимая, прошептал он.
И в следующее мгновение Натали оказалась в его объятиях. Он обнял ее крепко и в то же время бережно, прижал к груди… И поцеловал так, что у Натали закружилась голова.
Если бы не сильные руки Этьена, она бы упала, потому что чувствовала необычайную слабость в ногах. Натали обхватила плечи мужа, он почти держал ее на весу, покрывая нежными и легкими поцелуями запрокинутое лицо. Губы Этьена скользили по разгоряченной коже и наконец встретились с губами Натали. Уступая нежному напору его языка, они раскрылись, как розовые лепестки.
— О Боже! Целуй меня еще!
Натали казалось, что она ощущает все более быстрый ток горячей крови по венам, что каждая клеточка ее тела напряжена. Сладкая дрожь от умелых и чутких прикосновений Этьена прошла по спине, и Натали не смогла сдержать стона.
На какое-то мгновение она погрузилась в чувственное забытье. Пальцы Этьена, ласкавшие ее шею и плечи, медленно опускались и скользили по шелку, пока его ладони нежно не обхватили
Страсть Этьена так же сильна, как и ее, это не притворство и не игра! Значит, и Натали не совсем беззащитна перед ним. Эта мысль оглушила ее, возвращая к реальности из вихря наслаждения. Она с отстраненным любопытством посмотрела на пылающее страстью лицо мужа, на его сомкнутые, чуть дрожащие веки. Как немного, оказывается, нужно, чтобы этот мужчина потерял свою маску хладнокровного, трезво мыслящего человека.
Теперь уже не важно, что он говорил о причинах, вынудивших Натали выйти за него замуж. В той или иной степени это, наверное, соответствовало истине. Когда Этьен впервые поцеловал Натали, он разжег в ее сердце прежде неизведанную страсть, которая не погасла и месяцы спустя. Ей достаточно было взгляда, олова или, как сейчас, прикосновения ласковых губ к коже… Натали теряла себя, тонула в море чувств и ощущений. И ей совсем не хотелось, чтобы кто-то ее спасал.
— Господи, Натали! Из-за тебя я теряю голову! — Горячечный шепот Этьена обжигал ее шею. — Забываю, что я цивилизованный человек. Твое тело пробуждает во мне дремучие инстинкты пещерного существа. Мне безумно хочется затащить тебя в постель или просто упасть вместе с тобой на ковер…
Щеки Натали вспыхнули ярким румянцем, и она, обхватив голову Этьена, прижалась ртом к его зовущим губам. Сейчас никакая сила на свете не смогла бы заставить их разомкнуть объятия. Сердца бились слитно, руки сплетались, рыжие волосы Натали разметались по груди Этьена. Не осталось ни мыслей, ни сомнений, единственное острое желание пронзало ее тело. Дрожащими пальцами Натали начала расстегивать пуговицы на рубашке Этьена.
— Девочка моя!
Он тоже хотел большего. Задыхаясь от страсти, с затемненным желанием взглядом, Этьен пытался развязать тоненькие тесемки, на которых держалось платье.
— Натали, ты моя — только моя! Ты никогда не будешь принадлежать никому, кроме меня!
Они были так поглощены друг другом, так страстно желали слить свои тела в одно, что совершенно забыли, где находятся. И вдруг сквозь приоткрытую дверь послышались чьи-то шаги. Потом раздался громкий голос, мгновенно вернувший Этьена и Натали с небес на землю.
— Не представляю, где они могут быть! Я все обыскала. Может быть, здесь…
Застигнутые врасплох, они застыли на месте, глядя друг другу в глаза в полнейшей тишине.
— Элиза!
Этьен так резко отскочил от Натали, словно его ужалила змея. Отвернувшись к стене, он панически пытался привести себя в порядок, одергивая рубашку и нашаривая непослушными пальцами расстегнутые пуговицы. Только теперь Натали заметила, какой урон нанесла ее страстность всегда безупречному внешнему облику Этьена. Волосы, обычно гладко зачесанные назад, растрепались, галстук съехал на сторону, белая рубашка выбивалась из брюк.
Натали пунцово покраснела, представив, в каком виде могла застать их мать. Да кто угодно…