Шрифт:
Юлия Резник
Буду тебе женой
История Карины Каримовой
Пролог
— Коллекцию Веджвудского фарфора восемнадцатого века завещаю моей жене Аманде Льюис Уэллс… Ей же завещаю особняк в Бейкон-Хилл, апартаменты в Нью-Йорке и…
Потеряв интерес к происходящему, Логан сместился в кресле и бросил взгляд в огромное от пола до потолка окно. Даже у неба, очевидно, не нашлось поводов грустить по его старику. Шикарную библиотеку, в которой они собрались, заливал
— Моему верному помощнику Генри Олсену младшему завещаю сто пятьдесят тысяч долларов в ценных бумагах… — продолжал свою монотонную речь адвокат. Логан сверился с часами и перевел взгляд на мачеху. Хмыкнул. Вот, кто старательно делал вид, что скорбит. Но хищный блеск голубых глаз выдавал ее с головой. Впрочем, все могло быть намного хуже. Перед тем, как жениться на наследнице многомиллионного состояния, имеющей право голоса в их компании, отец дважды сочетался браком с нищими грудастыми шлюхами из шоу-герлз. Так что Аманда была действительно не самым худшим вариантом. По крайней мере, Логану не было стыдно за ее поведение.
— Принадлежащий мне пакет акций… — Логан внутренне напрягся, но ничто в его позе этого не выдавало, — завещаю моему пасынку Томасу Паркеру третьему.
Логан медленно сглотнул. Пальцы вцепились в подлокотник кресла, но он заставил их разжаться, чтобы не дать насладиться противнику своим поражением. С виду холодный, внутри он пылал адским пламенем ненависти.
Старый ублюдок! Чтоб тебя черти жарили…
Превозмогая непреодолимое желание действовать, Логан досидел до конца представления. На Томаса он не смотрел — боялся вцепиться в глотку и кулаком стереть сальную улыбочку на его безвольных губах. Ему даже хватило сил попрощаться. И медленно отъехать от дома. Дергающая боль в виске распространилась на всю левую часть головы. Он нащупал телефон и перевел звонок на громкую связь. Его помощник ответил практически сразу. Как будто все это время не отходил от телефона в ожидании новостей.
— Ну, что там?
— Ничего хорошего. Этот мудак оставил свою долю Паркеру.
— Мне очень жаль, Логан.
— Мы это предполагали, — отмахнулся тот, щурясь от невыносимо яркого света.
— Совет акционеров уже завтра.
Завтра… Завтра… Завтра… — билось в мозгу. Завтра он может потерять свое кресло. И дело, которому посвятил последние пятнадцать лет жизни.
— Спасибо, что напомнил, — саркастически заметил Логан. — А то я забыл, что для переизбрания мне не хватает одного чертового голоса! — к концу предложения Логан сорвался. Зарычал. Съехал, от греха подальше, на обочину и, отбросив солнцезащитные очки, устало растер переносицу.
— Может быть, еще не все потеряно. Мы до сих пор понятия не имеем, как проголосуют представители Кей-инвестинг.
— Дерьмо!
Не сказать, что раньше его не напрягала эта темная лошадка, появившаяся в реестре акционеров. Но представители Кей-инвестинг не лезли в дела его компании, и до поры до времени Логана это устраивало. Но не теперь. Когда на кону были такие высокие ставки.
— Объясни, как так получилось, что мы до сих пор не встретились с их главным?!
— Не так давно там поменялся председатель правления. Информации о нем днем с огнем не сыщешь, но если они до сих пор играют на рынке — значит, к документам не прикопаться.
— Потрясающе. Держите меня в курсе.
Опасаясь наворотить дел, до дома Логан добирался
На обочине у ворот, ведущих к его особняку, стоял припаркованный Мерседес. Логан насторожился. Сбавил скорость. Опустил стеклоподъемник и высунул руку, чтобы ввести код доступа. Дверь Мерседеса открылась. Из машины вышел водитель в форме. Обошел тачку и распахнул заднюю дверь. В образовавшемся проеме мелькнули шикарные женские ноги. А потом показалась и вся их обладательница. Логан нахмурился и вышел из машины. Он понятия не имел, кто эта женщина и что она здесь забыла. А потому с легким недоумением на лице просто наблюдал за приближением незнакомки.
Хороша… С виду ничего вызывающего. Все в рамках приличий — и струящаяся юбка чуть ниже колена, и строгий пиджак, и не слишком высокие каблуки. А все равно секс в чистом виде. От неё им несло за милю. А может, у него просто давно не было женщины.
— Логан… — она заговорила и одновременно с этим сняла очки, которые до этого закрывали добрую половину её лица.
— Кори? — Логан неверяще уставился на девушку. Сердце подпрыгнуло и отчаянно застучало в горле. Неудивительно, что он ее не узнал. Она так сильно изменилась за то время, что они не виделись! В ней вообще ничего не осталось от той неуверенной в себе раздавленной жизнью девочки. Девочки, которую он однажды трахал. — Кори? Это действительно ты?
— А что? Не похожа? — она закусила нижнюю губу и дурашливо развела руками.
Логан проследил взглядом за этим движением. Сглотнул. Темные цвета воронова крыла волосы раздувал ветер. Поднимал в воздух закрученные концы и плавно опускал на шикарную, обтянутую шелковым топом грудь. Тонкую талию подчеркивал лакированный поясок. Юбка стекала вниз по крутым сочным бедрам. Из угловатой, иссушенной наркотой девчонки, Карина превратилась в по-настоящему шикарную женщину.
Его как будто пнули под дых. Дерьмо. Логан нахмурился.
— Какими судьбами? — спросил он, полностью игнорируя вопрос самой Карины. Хулиганские искры в ее глазах потухли. На застывшее лицо наползла тень.
— Я по делу.
— По делу? — удивился Логан. — Прости, но ты выбрала не самый удачный момент.
Какие дела у них могут быть? Пять лет прошло с их последней встречи. Пять гребанных лет.
— Я в курсе, что сегодня состоялись похороны твоего отца. Но не думала, что ты скорбишь по этому поводу.
— Послушай, мне сейчас действительно не до…
— Это в твоих интересах.
— Что, прости?
— Мой визит. Он в твоих интересах.
Глаза в глаза. А в них больше нет ни щенячьего обожания, ни бескорыстной любви, ни смешинок. Ничего из того, что он привык там видеть.
Стоп… Привык? Да он знал ее от силы неделю!
Злясь на самого себя, Логан все-таки ввел код. Ворота гостеприимно открылись:
— Проезжайте, — небрежно кивнул мужчина и скрылся за темными стеклами своего Ауди.
Они устроились на летней террасе перед домом. Тут же подали чай. Непонятно, почему сейчас Логан нервничал больше обычного. Он следил за тем, как длинные с аккуратным розовым маникюром пальцы Карины скользят по краю чашки, и все сильнее бесился. То ли от того, что она молчит, то ли от того, что он вообще тратит на неё свое время.