Бугор
Шрифт:
– Слышь, мужик, ты не кипишуй! – угрожающе сказал круглоглазый. – Постанова реальная, тебе от нее не отвертеться. Это наша земля, и любой, кто здесь работает, должен нам платить. Мы много не возьмем, всего двадцать процентов с дохода…
– Это твоя земля?! Что-то я не видел тебя здесь в дождь и слякоть, когда сеять пора. И когда урожай собирать надо, тебя тоже не видел… Эй, откуда ты такой лихой взялся?
– Слышь, мужик, зря ты так! Есть правила, мы по ним работаем…
– Работаете? Что-то не видел я, как вы здесь работали,
– Ты это, от темы не отходи. Есть постанова, за которой реальные люди стоят. Они сказали, что вы должны платить, и вы должны платить, понял? Мы вам дали подняться, теперь вы платить будете. И ты, Уваров, будешь платить! И ты, Комаров!
– Вы нам подняться дали? Ничего себе заявы! Ты с какого дуба рухнул, пацан?
– Слышь, мужик…
– Да нет, это ты, пацан, меня послушай! – надвинулся на бандита Демьян.
Он почти уверен был в том, что Комарову не хватит духу, чтобы прийти ему на помощь, если вдруг начнется драка. Если это случится, то битва будет жестокой – не на жизнь, как говорится, а на смерть, и Юра это понимает, потому и дрогнет его душонка. А если он все-таки встрянет в драку, то положение этим вряд ли спасет. Так что Демьяну надо рассчитывать только на свои силы.
– Я человек простой, я в зоне бугром был, я на ваши блатные постановы всегда клал с прибором. Ты меня понимаешь? И на твоих серьезных людей мне хочется плевать с высокой колокольни. Но если у вас есть к нам претензии, давай забьемся на стрелку, проведем разбор. Я мужиков соберу, ты соберешь братву. Вы стволы возьмете, мы – вилы. Я знаю одно безлюдное место, там болото рядом, трясина там глубокая, трупы в нее хорошо бросать, всю вашу кодлу в себя втянет. Мужики мы крутые, да и повеселиться любим. Насадим вас на вилы, в болоте утопим, а потом три дня пить-гулять будем… Ну так что, на стрелку забиваемся?
– Кто ты такой, чтобы с тобой на стрелку забиваться? – в бессильной злобе прохрипел браток.
– Я кто? Крыша я. Своему колхозу крыша… Ну так что, где, когда?.. Только учти, вилы у нас со снайперским прицелом…
– Думаешь, напугал?
– Ну, так что?
– Завтра подъедем. Завтра я тебе скажу, где и когда… Но ты зря все это затеял, мужик. Мы от своего не отступаемся…
– От своего? Да нет, это все наше. Это мы своего вам просто так ничего не отдадим. А если наезд будет, если хотя бы одна корова у меня сдохнет… В общем, угрожать я не буду, беспонтово это. Но совет дам. Не будите, пацаны, лихо, пока оно тихо…
– Считай, что мы разбудили тебя, лихо, – зло сощурился небритый. – И теперь тебя на свое лихо будем накручивать. Так что запасайся вазелином, пока мы тебя не прижали. А мы тебя прижмем.
Браток резко повернулся к Демьяну спиной и вышел из кабинета, увлекая за собой своих дружков.
Они сели в старенький черный «БМВ», стоящий за окном. Демьян запомнил марку машины и номера.
– Надо будет пробить, что это за клоуны, – сказал Демьян.
– Да не похожи
– А то я смотрю, не смешно тебе… Валерьянки накапать?
– Да нет, не надо… Блин, знал, что рэкет есть, но не думал, что до нас докатится…
– Теперь думаешь?
– Теперь вижу.
– Знают, на кого наезжать. Знают, кто я такой. Знают, кто сельсоветом рулит. Все про нас знают. Может, уже и опись нашего имущества у них имеется?
– На то они и паразиты, чтобы богатые места искать и осваивать.
– Они нас так просто в покое не оставят…
– Я это уже понял, – горько вздохнул Комаров. – И с тебя скачают, и с меня…
– Насчет тебя не знаю, а я своего не отдам.
– Ты что, Дёма, правда разбираться с ними будешь?
– Да, и на вилы их посажу. А ты что, в стороне останешься?
– А что я могу сделать? Они же сила!
– А какая у них сила? Ты выяснял?
– Зачем выяснять? И так ясно! Это же мафия! Она только тем и занимается, что деньги из людей выбивает…
– Там в этой мафии такие же люди, как и мы. Им тоже хочется жить, им тоже проблемы не нужны. И если мы сможем создать им проблему, то к нам они не сунутся. Поверь, я эту шушеру как облупленную знаю…
– А как им проблемы создать?
– Мужиков соберем, на стрелку выведем. У кого ружья, у кого вилы…
За окном послышался треск неисправного мотоциклетного двигателя, а спустя несколько минут в кабинет ввалился запыхавшийся участковый. Толстый он, потому и повышенная потливость у него. На дворе август – не жарко, но далеко и не холодно. Хоть и не на своих ногах шел сюда капитан Игнатов, но лицо у него красное и мокрое от пота, намокающий платок у лба он держит.
– Ты чего такой взмыленный?
– Так это, говорят, люди к вам какие-то приезжали. Бандиты, да?
– И кто ж такое говорит? – с сарказмом спросил Комаров.
Похоже, он совсем не прочь был сорвать зло за свою неловкость на участковом.
– Да неважно…
– Неважно, – согласился Юра. – Важно то, что на твоем участке беспредел творится. Приезжают какие-то отморозки, требуют с нас деньги. Как это называется?
– Вот я и говорю, меры надо принимать.
– Надо, Миша, надо.
Демьян подошел к капитану и сунул ему в руку сложенный вчетверо листок бумаги.
– Что это?
– Номер машины, на которой братва подъезжала. Пробей по своим базам, кому она принадлежит. И вообще, узнай, что это за люди были. Может, шушера какая-то, может, мы зря тут переживаем…
– А вы переживаете?
– Нет, радуемся! – нервно хмыкнул Комаров. – Всю жизнь мечтал с бандитами делиться! Об одном только переживаю, почему они всего двадцать процентов с дохода запросили! Могли бы все пятьдесят заломить! А что, я ж ради этих уродов только и работаю!
– Это вымогательство. Заявление писать надо, – участковый в растерянности промокнул платком проплешину под фуражкой.