Бугор
Шрифт:
– Пошел к черту!
Она резко скинула его руку со своей коленки, решительно поднялась и направилась к себе в комнату.
Надо бы сказать ему, что он уволен. Но ведь одной фразой не отделаешься, надо будет вдаваться в объяснения, втягиваться в разговор с ним. А огонь внутри все жарче, и в следующий раз она может не устоять перед его напором… Ей нужен этот напор, иначе она выгорит дотла…
Но уж лучше сгореть изнутри, чем пасть под пожарным, как последняя шлюха. Лариса закрылась в своей комнате, разделась, прошла в ванную, встала под душ
Но стоило лечь в постель, как желание, чтобы ее утешили, вернулось. И голова такая пьяная, как будто поступающая туда кровь прошла через литр самогона. Да и какое-то странное это опьянение, какое-то безумие в нем, так и тянет на безрассудные поступки. Заорать бы во всю мощь своих голосовых связок, позвать Олега, пусть он ломает дверь, пусть врывается в спальню, пусть заполняет собой ее горящие теснины…
Орать Лариса не стала. И Олега не позвала. Ей очень нужен был мужчина, который мог бы усмирить нахлынувшее безумие, но вместе с тем ее клонило в сон. И это желание спать помогло ей справиться с самой собой…
Она уже спала, когда появился Алик. Сквозь сон она услышала, как во двор заехала машина, поэтому зашедший в спальню мужчина мог быть только ее мужем.
Алик очень обидел ее. Он погряз в изменах, ему хватило ума подсунуть ей этого придурка Олега, и в обиде на него Лариса не захотела поворачиваться к нему. Но и прогонять она его не хотела.
Он не пытался вступить в разговор. Не хочет слышать от нее упреки, потому ложится в постель молча. Не так давно она проснулась под ним, когда он делал свое дело. Что ж, ему не впервой входить в спящую женщину…
Первое время Лариса лежала неподвижно, как будто действительно спала. Но Алик затягивал время. Спору нет, разогревающие ласки в его исполнении – это нечто, но нельзя же увлекаться, когда женщина и так распалена. Поэтому ей пришлось покрутить бедрами, чтобы подать ему знак. Таким же движением она поторопила его, и тотчас ласки сменились логическим и очень крепким продолжением. А еще она призвала его к активности, заполнив комнату протяжным стоном…
Именно в это время и услышала она голос Алика. И не над ухом, а откуда-то со стороны дверей.
Благодатные движения вдруг прекратились, и Лариса осталась в постели одна. Она повернулась и увидела Алика, который стоял в дверях. В костюме, застегнутый. И взбешенный.
А возле кровати стоял Олег, руками закрывая орудие преступления. Его трясло от страха. А Ларису заколотило от возмущения.
– Алексей Вениаминович, я не хотел, она сама!
От столь вопиющей наглости Лариса лишилась дара речи.
– Пошел отсюда, урод! – заорал Алик. И даже ударил Олега, когда он проходил мимо него. Кулаком его двинул, в спину, но парень этого как будто и не заметил.
– Молодость решила вспомнить? – презрительно спросил Алик.
– Я?! Я думала, что это ты… – выдавила из себя Лариса.
– Умней ничего не придумала?
– Эта скотина чем-то
– Опоил. Вином… Да, Лариса, не думал я, что ты такая шлюха!
– Я правда думала, что это ты!.. Я слышала, как ты приехал, я думала, это ты ко мне зашел.
– Хорошо, что Костика нет. Ему не надо знать, что его мать – шлюха!
– Алик! Это недоразумение!
– Недоразумение – это ты!
– Алик, я тебе сейчас все объясню! Алик, ты должен во всем разобраться!
В этот момент Лариса верила, что ей удастся оправдаться перед мужем.
– Объяснишь. В письменном виде. Завтра подъеду. И ты мне все объяснишь… Да, не думал я, что можешь мне изменить.
– Это ты мне изменяешь. А я тебе не изменяла.
– Только не надо с больной головы на здоровую, – поморщился супруг. И повернулся к ней спиной.
– Алик, ты не можешь так просто уйти! Я должна тебе все объяснить.
– Я уже все видел, – поворачиваясь к ней, сухо сказал он. – Не надо ничего объяснять.
– Ты должен понять…
– Я все понял, – перебил Алик. – И теперь буду решать, что делать. Завтра я скажу тебе о своем решении…
– Не надо завтра…
– Хорошо, раз ты так настаиваешь, скажу сегодня. Я решил с тобой развестись.
– Но я же не виновата! – схватилась за голову Лариса.
– Ты мне изменила, и я с тобой развожусь, – безжалостно посмотрел на нее Алик. – Это по логике вещей. Но есть еще брачный договор, там четко написано, если ты мне изменила, я вправе требовать развода. Если ты внимательно читала текст договора, то должна знать, что я вправе оставить тебя ни с чем. Но у тебя будет квартира, ты будешь получать средства на содержание нашего сына. Я не сволочь, как ты думаешь, у меня есть понятие чести… Прощай!
Он ушел, а Лариса головой зарылась под подушку. Сознание какое-то ватное, такое ощущение, что все происходит во сне… Может, ей действительно приснился кошмарный сон? Нереальные события, сопряженные с натуральным страхом и возмущением… Она успокоилась на удивление быстро, а затем погрузилась в сон, с ядовито-яркими красками…
А на следующий день Лариса узнала, что Алик действительно подал на развод.
Глава 30
Весеннее солнце ярко светит в окно, но не согревает оно и даже не радует. И дело не в том, что зима отступает неохотно, огрызается, потому и холодно еще на улице. Семейная жизнь закончилась, и Лариса осталась одна.
Квартира четырехкомнатная, с просторным холлом, светло в ней, комфорт и мебель на уровне бизнес-класса. Иметь такую квартиру в Москве за счастье. Только почему-то не радостно на душе.
– Вот видишь, все не так уж и плохо, – сказал Алик. – Я мог бы оставить тебя ни с чем, но у тебя будет все, что тебе потребуется.
– А у твоей новой жены будет еще больше, – с горечью усмехнулась Лариса.
– Моя новая жена мне с прислугой не изменяет, – холодно посмотрел на нее Алик.
– Зато ты с прислугой изменяешь.