Букет
Шрифт:
ФЕКЛА. Сыночек мой… Сыночек мой… Сыночек мой…
ГАЛЯ и ИГОРЬ стоят, не двигаясь. Смотрят на ФЕКЛУ и МИНЮ.
ГАЛЯ и ИГОРЬ в другом конце сада, сидят на бревне, курят, смеются. ФЕКЛА под марлей. МИНЯ рядом, листочки перебирает. Как собака к ногам прижался.
К дому снова подъехал автобус. Другая ЭКСКУРСОВОДША, другим голосом сообщает почти то же самое, что и первая:
ЭКСКУРСОВОД. …Хоть и не велик город Дощатов, но в нем достаточно достопримечательностей. Тысячная история смешала в себе и старину, и вчерашний день,
АНЯ что-то делает на кухне. ИГОРЬ и ГАЛЯ слушали ЭКСКУРСОВОДШУ.
ГАЛЯ. Видал, как здорово? Мы в центре внимания! Каждый день – автобуса два-три бывает. Они, конечно, монахов приезжают смотреть, а им Бородаева нашего подсовывают, культурненько так. Надо время с пользой проводить! (Смеется). Фекла Бородаева на божничку ставит. Книжки его собирает! Обе! (Хохочет). Она тебе ничего не показывала разве? Она что-то не в настроении сегодня, дерганная. Умереть-не встать какая… Да ну ее. Вот так и живем. Баня —рядом. Ходим мыться туда. Как на даче. (Смеется). Мой городишко тоже – как деревня, меньше Дощатова. Сюда приехала – столица прямо! Привыкла за год. Дома не могу, ненавижу. Мать, отец, сестра, три брата – двухкомнатная квартира. Предки на заводе всю жизнь. Да ну их! Пошли потихонечку во флигель свожу, покажу там… Пока спит… Я туда забираюсь иногда, от всех прячусь, но она ругается… Пошли, пошли …
Идут ко флигелю. Входят в него.
ФЕКЛА отбросила марлю с лица, снова перепуганно шепчет:
ФЕКЛА. Миня! Миня! Иди сюда! Иди ко мне, сыночек! Быстрее!
МИНЯ. Да я здесь, мама, здесь! Тут я! Спи, спи, опять встала… Смотри, букет!
ФЕКЛА. Что ты нарвал? Зачем ты нарвал? Это полынь, репей! Ну? Какой букет? Ты дурак, что ли? Ты ведь умный у меня, умный, умный! Что в нос суешь, а?
МИНЯ. Красивый букет…
ФЕКЛА (оттолкнула его руку). Дома все?
МИНЯ. У меня все дома, мама! Я умный! Не дурак!
ФЕКЛА. Не про тебя спрашиваю… Господи! Эти – дома?
МИНЯ. Они во флигель пошли, мама… Пойдем, посмотрим? Они там будут в папки-мамки играть. Да? (Хихикнул).
ФЕКЛА. Какие папки-мамки? Кто им туда разрешил пойти?! Кто?! (Очень резво бежит по саду, распахнула дверь флигеля, кричит ГАЛЕ и ИГОРЮ): Что, пошли уже топтаться по святыням?! Кто позволил?! Кто разрешил?! Назад! Поверили! Кому?! Вон! Вся моя жизнь здесь! Вон! Вон! Убирайтесь все, все убирайтесь!!!..
МИНЯ. Мама, мама, не кричи! Не надо! Я боюсь! Не кричи!
ГАЛЯ. Да успокойтесь, что с вами? Я же только показать хотела ему…
ФЕКЛА. Вон! Вон! Вон!… (Рыдает).
ГАЛЯ
Все кончилось, все кончилось….
Суматоха, крики, ахи, охи. ФЕКЛА села на землю, в репейник, рыдает, что-то кричит.
В воротах появился ГЕОРГИЙ. Увидел ГАЛЮ, остановился. ГАЛЯ смотрит ему в глаза, улыбается, не двигается.
Прошло три часа. Поздний вечер. Ставни в комнатах закрыты. В большой комнате за столом сидят все жильцы дома. У потолка —лампа под абажуром. На столе – закуска, вино.
АНЯ (быстро, весело). Подхожу к магазину – дядька стоит. В руках мешок. Купи, говорит, тетка, чай у меня индийский, дешево. Ну, посмотрела я – вроде, листочки, вроде – индийский. Взяла. То ли он подменить успел, то ли я просмотрела – прихожу домой, а в кульке чая горсточка, а внизу – земля. Ага, земля!
ФЕКЛА (помолчала). Ну и куда ты ту землю дела?
АНЯ. Как – куда, здрасьте? (Смеется). Выкинула.
ФЕКЛА. Правильно, молодец.
АНЯ. А что?
ФЕКЛА. Такую дорогую землю выкинула.
АНЯ. А куда ее?
ФЕКЛА. Такую дорогую землю, за деньги купленную —выкинула. Надо было вон, в горшки насыпать…
Все молчат.
Говорите, говорите что-нибудь. Что молчите? Выпьем давайте тогда, что ли.
Все молчат.
Ну, про политику поговорите. Газеты читали, нет?
Все молчат.
Ну, простите, простите, покричала… Покричала – простите, бывает…
Все быстро что-то переставляют на столе, едят, шумят.
ГАЛЯ. Да мы давно забыли, а вы все свое, Феоктисточка Михайловна! (Смеется). Георгий, ну? Все? Пьем? Ну?
ГЕОРГИЙ. Что – ну, ну?
ГАЛЯ. Тост! Тост! Ты умеешь, умеешь!
ГЕОРГИЙ. Тост? Ну, давай. Когда женщина переходит реку, она поднимает юбку до колена, когда женщина переходит озеро, она поднимает юбку до пояса, так? Так выпьем же за женщину, переходящую океан!
ГАЛЯ (хлопает в ладоши). Прекрасно! Выпьем!
МИНЯ. Старо, как говно мамонта.
АНЯ. Огурцы вкусные. Прямо бы ела, ела, ела! Сама делала, солила. Этого года.
МИНЯ. Без банальностей не можете.
АНЯ. Ты не в настроении? Рассказал бы чего-нибудь.
МИНЯ. Я не клоун. Ненавидите меня.
ГАЛЯ. Ну, тихо, тихо, все сегодня на взводе. Выпили! Ой, как я рада, что вы пришли сюда, что собрались все вместе…
МИНЯ. Как я рада, как я рада, что мы все из Ленинграда…
ФЕКЛА. Что – пришли? Мы тут живем.
ГАЛЯ. В смысле, не отказали мне отпраздновать мой приезд!
МИНЯ. Вот – праздник!
ГАЛЯ. Я ведь купила все, приготовила? Я хочу, чтобы был мир и согласие между людьми, между народами всех стран! Чтобы мы дружно сидели бы за столом, разговаривали бы, мечтали, улыбались друг другу! Чтобы мы проливали друг на друга нежность!
ФЕКЛА. Проливают помои. Сказанула.
ГАЛЯ. Ах, Феоктисточка Михална! Добавьте доброты! Все – добавьте доброты!
МИНЯ (громче). Ненавидят меня все. За дурака держат.
ФЕКЛА. Я тебя люблю. Люблю!
АНЯ. Мне кусок в горло не полезет теперь. Сначала: прошу за стол. А потом: я купила, я сделала, я созвала, пролейте, добавьте!
ГАЛЯ. Это – образ. Тебе трудно понять.
МИНЯ. Хватит! Я скажу! Наслушался всех! Я скажу!
АНЯ. Слушаем Миню. Давай, расскажи что-нибудь замечательное? Приятно слушать!