Бум
Шрифт:
освободила сначала Семёна, а потом уж и Сергея.
– Женевьеву с Александрой нашли?
Мужчины скорбно потупили взор.
– Как-то не успели, - ответил Сергей, - нас, по всей видимости, кто-то
раскусил. Не успели войти, как на нас накинулись, связали и вот сюда
поместили. Кстати, здесь, как я слышал, есть подвал. Нам бы туда пройти.
– Значит, пойдём на первый этаж, а там посмотрим, что да где.
Спустившись вниз, поняли, что драка закончилась, поскольку
в зале и начал кучковаться у стойки. На нас не обращали никакого внимания.
Я заметила неприметную дверцу под лестницей.
– Эй, - позвала своих спутников, - нам вроде бы сюда, - спускаясь вниз,
показала на дверцу.
Открыв проход, мы очутились в полутёмном коридоре. Не успели пройти и
нескольких шагов, как услышали за спиной чей-то голос:
– Пленники сбежали. Никто не видел, куда они подевались?
– Кажется, я видел, вроде кто-то в подвал спускался.
– Подоприте дверь. Есть захотят, сами выйдут.
Дверь заскрипела, закрылась, в коридоре стало ещё темнее.
– Снова влипли, - констатировала я удручающий факт и выудила из недр
наряда фонарик, заботливо прихваченный мной в будущем.
– Теперь не пропадём, - заявил Семён, поочерёдно заглядывая в двери,
выходившие в коридор, - никого и ничего. Бочки какие-то.
Внезапно я уловила какой-то шум в одной из комнат, заваленной рухлядью.
– Кто здесь?
В ответ непонятное мычание.
– Эй, ребята, здесь кто-то есть. Помогите ящики убрать.
Мы разобрали завал и увидели двух связанных девушек.
– Кто вы? – вытащив кляпы, спросил Семён.
Одна из девушек отдышавшись, ответила:
– Я – Прасковья, она, - указав на подругу, - Меланья. Служанки мы.
– Здесь, что делаете и почему вас связали?
– Сами не знаем. Прислуживали мы тут, еду да пиво с вином разносили.
– Может, видели или слышали чего?
– поинтересовался Сергей.
– Я-то нет, - ответила Прасковья, а вот Меланья шепнула, что, мол, хозяин
принял недавно женщину какую-то и велел запереть в чулане. Вот её я и
приметила. Что с того? У нас часто такое случается, то одного привезут, то
другого. Только в этот раз нас почему-то связали и здесь закрыли, да ящиками
закидали.
– Так, показывай, где женщину держат.
– Так это по коридору прямо. Пойдёмте, - предложила одна из девушек.
Мы прошли за Прасковьей и упёрлись в неприметную дверь, запертую на
тяжёлый засов.
– Она там, если куда ещё не перевели, - указала рукой девушка.
Семён отодвинул засов. Пахнуло затхлостью.
– Мария, посвети.
Я передала фонарик, и свет выхватил, сидящую в углу
испуганно вскрикнула и попыталась вжаться в стену.
– Не трогайте меня, я все бумаги подпишу.
– Не бойтесь, - протиснувшись вперёд, попыталась успокоить незнакомку, -
мы не причиним вам вреда.
Женщина поднялась, подошла ко мне и зарыдала.
– Я уж и не чуяла отсюда живой выбраться. Сегодня ироды какие-то меня
повязали, сюда привезли, угрожали. Сказали, если бумаги на имение не
подпишу, то убьют.
– Вот с этого момента поподробнее.
– Зовут меня Елена Павловна. Приехала в столицу получить наследство.
Тётушка моя скончалась и отписала дом в Петербурге да имение неподалёку.
Я уж и обрадовалась. В одной конторе все бумаги оформила. Стала жить
поживать. Тут и жених появился. Правда, узнала потом, что жених-то аховый:
всё своё имущество заложил и я не первая невеста у него. Мол, ищет он
богатую, чтобы деньгами её завладеть. Я ему от ворот поворот, а он,
пожалеешь! С этим и уехал. А сегодня меня повязали. Я уж и бумаги на
имение согласилась подписать, но меня здесь заперли. Испугалась больно.
Что делать-то?
– Пойдёшь с нами, постараемся помочь. Догадываюсь, чьих это рук дело.
Теперь бы от сюда выбраться. Эй, Прасковья, - позвала я девушка, - здесь
случайно нет другого выхода?
– Вроде где-то был. Как-то раз через него бочки да ящики вносили.
– Давай, показывай.
Нас повели дальше по коридору. Вскоре мы упёрлись в глухую стену.
Пришли, значит!
– Ты точно уверена, что это здесь? – обратилась я к Прасковье.
– Точно, точно, отсюда бочки вносили.
– Подождите, - вмешался Семён, - здесь вроде что-то есть.
Он подошёл к стене и начал её осматривать. Затем наклонился, пошарил
внизу.
– Ого, а вот и замок, - нажимая на рычаг, - обрадовал нас.
Стена медленно отъехала прямо в коридор. На нас пахнуло морозной
свежестью. Всё, свобода! Мы прошли в образовавшуюся щель и оказались на
улице. Где-то вдали виднелись огни. Много огней. Огней?! И это в
Петербурге начала девятнадцатого века? Впрочем, всякое бывает. Может,
праздник какой решили организовать. Ко мне подошла Прасковья.
– Так мы пойдём, барыня? – спросила она.
– Куда вы отправитесь?
– Есть тут у нас одна знакомая, домик у неё неподалёку, там переночуем, а
завтра решим, как быть.
– Бог в помощь, - попрощалась я, и девушки пошли туда, где не было видно
огней.
К нам подошла Елена Павловна: