Бумеранг

Щупов Андрей Олегович

– Потанцуем?
– Тимофей заставил своего пленника привстать на цыпочки, семенящим шагом описать вокруг себя нелепую дугу. От боли бедолага даже закусил губу. Противник Зимина выделывал ногами такие же кренделя.

– Ну?
– промычал Стас.
– А дальше что? Это же натуральные дети! Не черепа же им ломать?

И тут же еще двое, должно быть, от стыда и отчаяния разом ринулись на Зимина. Вряд ли они на что-то надеялись, да и Стас этой атаке только обрадовался. Азартно оскалившись, он выпустил руку белобрысого и, с готовностью шагнув навстречу, вонзил ступню в живот ближайшего храбреца. Второй рухнул на землю от жесткой подсечки. Последний из богатырей, разглядев поверженных наземь товарищей, поднял кулаки и по-воробьиному запрыгал, изображая что-то вроде боксерского «челнока». Возможно, когда-то он действительно хаживал в секцию бокса, но занимался там, скорее

всего, не более двух-трех месяцев. Стас игриво хлестнул его по руке, дождавшись незамысловатой «двойки», уклонился вправо и одновременно ударил, ладонью звучно припечатав в челюсть. Удар на встрече - страшная вещь, и он сознательно постарался его ослабить. Тем не менее, головенку качку тряхнуло крепко. Нокдаун - не нокдаун, но легкое «гроги» паренек испытал. Пошатнувшись, он медленно опустился на корточки, ладонями оперся о тротуар.

– По-моему, хватит, а?
– Стас в сомнении оглядел поле сражения.

Тимофей согласно кивнул.

– Всегда бы так, верно?

– Согласен…

Тем временем на ноги, пошатываясь, поднялся белобрысый крепыш. На лице его отражалась целая гамма противоречивых чувств, среди которых изумление было, пожалуй самым сильным.

– Вы это… - он неуверенно шагнул к «кандагаровцам», - десантники, что ли?

Лосев покачал головой.

– Мы - хуже, браток.
– Он со значением показал пальцем на крохотную татуировку, красующуюся на правом плече.
– Специально для тебя, ласковый мой, поясню: это метка спецназа.

– Е-мое!
– рот крепыша уважительно приоткрылся, и только сейчас Тимофей разглядел перед собой самых обыкновенных мальчишек. Мускулы, крепкие шеи и рост не играли никакой роли. Ни воевать, ни биться в этой жизни ребяткам, скорее всего, не доводилось. Разве что вволюшку потеть - да и то исключительно в спортивных залах в окружении ультрафиолетовых лам и ионизирующих люстр. Мышцы из тех, что именуют синтетическими. Не силикон, конечно, но тоже абсолютно бесполезно.

– Круто… - с земли поднялся еще один из поверженных противников.
– То-то вы нас, как цуциков раскидали.

– Так вы и есть цуцики.
– Стас беззлобно усмехнулся.
– По-настоящему-то хоть раз драться приходилось?

Белобрысый открыл было рот, собираясь запальчиво что-то сказать, но вместо этого щеки его покрылись пунцовым румянцем. Как видно, врать еще парень не умел и краснел по любому поводу.

– Чем занимаетесь-то?
– продолжал расспрашивать Зимин.
– Одним только железом?

– Мы гладиаторы, - пробормотал крепыш. Чуть тише добавил: - Олимпийская сборная России.

– Чего, чего?
– глаза у Лосева полезли на лоб. Стас прыснул, но в последний момент сумел все-таки удержаться от смеха.

А вскоре все и разъяснилось окончательно. Белобрысого звали Костик, и он доходчиво объяснил, что они действительно защищали честь страны на последних гладиаторских боях в Европе. Драться, конечно, не дрались, но помучиться ребяткам пришлось основательно. Таскали тяжеленные тумбы, одолевали немыслимые полосы препятствий, лазили по отвесным стенам, поднимали камни и бросали бревна. За что и заработали серебряные медали. А потому призерам гладиаторских боев было вдвойне обидно получить нахлобучку от никому неизвестных курортников. Что характерно, «воевать» с ними вышли всего двое, остальное даже из-за столиков не поднялись. Конечно, «гладиаторы» тоже были не пай-мальчиками и запросто могли дать отпор уличному хулиганью, однако, состязание со спецназом оказалось им не по зубам. Зато и скорому примирению ничто не помешало. После первого же знакомства белобрысый Костик немедленно навалился на Тимофея, напрашиваясь к нему в ученики. Лосев и не думал скрывать скепсиса.

– Ты что, всерьез хочешь освоить айкидо в пару недель?

– Ну… - белобрысый смутился, - хоть что-нибудь. Все равно ведь бездельем маемся. А потом, в Москве у себя, может, продолжим обучение. Очень уж здорово у вас это выходит.

– Чтобы получалось здорово, одной силы мало.

– Я понимаю, мы будем стараться…

– Ну, если готов стараться, тогда я не против, - Лосев благодушно пожал плечами.

– А я против!
– Стас не без удовольствия разглядел, как вытянулась физиономия у Костика.
– Но, возможно, соглашусь, если ты, Константин батькович, выполнишь два моих условия.

– Что еще за условия?
– белобрысый тут же набычился.

– Во-первых, попросишь прощения у моей девушки, а во-вторых, отдашь свой компот. Мой-то, если помнишь, кое-кто посолил.

Крепыш смутился. Впрочем, думал он недолго. С улыбкой покосился на своих товарищей, решительно тряхнул

коротеньким чубом.

– Заметано!…

Разговор пошел оживленнее. Обступив новых знакомых, молодые гладиаторы с любопытством щупали бицепсы спецназовцев, с силой пытались пожимать руки. Двоим особо усердным Лосев тут же подарил свеженькие сувениры - согнутые у них на глазах металлические рубли. Само собой, атлеты попытались их разогнуть, да только ничего у них не вышло.

– Слушай, Костяй, какого хрена мы в спорт поперлись? Может, нам в армию нужно было идти?
– с досадой вопросил один из парней.
– Заодно постреляли бы… Кстати!
– он повернулся к Стасу.
– По здешней скале тоже, небось, вы садили?

– Какой еще скале?

– Да той, что стоит за главным корпусом…

Вопрос дошел до Зимина не сразу, а когда он понял, о чем идет речь, то тут же ухватил паренька за руку.

– С чего ты решил, что в нее стреляли?

– Так как?… Понятно, если дыры. И видно, что от пуль. Я и подумал, может, это вы тренируетесь?… Мы-то на эту скалу каждый день забираемся - и каждый день там новые дырки…

Лица у Зимина с Лосевым настолько изменились, что бравые гладиаторы тотчас примолкли.

– А вы можете показать нам эти дыры?

Костик пожал могучими плечами.

– Показать-то можно, только это же лезть нужно. Без подготовки не получится.

– Не боись, я сумею!
– Стас хищно улыбнулся.

– Тогда, пожалуйста, можно хоть сейчас туда слазить. Если нужно, я подстрахую.

– А ты надеялся, что я откажусь?
– Зимин покачал головой.
– Нет, братец, драться я, может, и умею, но по скалам лажу значительно хуже. Так что придется тебе тащить меня за собой…

Глава 13

Самое забавное, что, несмотря на протез, несмотря на то, что берег молодости отошел уже к далекому горизонту, дикая жизнь начинала Дрэму все более нравиться. Осенние ветра еще только начинали задувать, дожди, если и моросили, то только по ночам, и в целом жить было можно. Более того, именно здесь, на природе, в нем пробудились некие скрытые пружины, и человек-хищник окончательно слился с хищником-животным. Пожалуй, только теперь он в полной мере осознал, до чего скучно и неестественно было убивать в городе. Человек издавна воевал на суше и на море, размахивал мечом под открытым небом, пускал стрелы и гнал распаленных коней в степных просторах. Все мы наполовину варвары, и к своему первобытному началу сделал свой шаг и он. Пожалуй, предложи ему такой выбор, Дрэм без раздумий сменил бы цивилизацию третьего компьютерного тысячелетия на доспехи и пот далеких пращуров. Как бы то ни было, но дикое существование его ничуть не тяготило. Земля продолжала хранить накопленное за летние месяцы тепло, горные склоны густо устилала ссохшаяся листва, и говорить о каких-либо неудобствах не приходилось, тем более, что бывало в его жизни и хуже. Несколько беспокоили вылазки неугомонных клиентов, однако и с этим обстоятельством он научился мириться. На время «кандагаровских» рейдов Дрэм попросту перебирался через хребет, затаиваясь в специально оборудованном логове. Кавказ в этом смысле предлагал множество удобнейших схронов, - вот и эта трещина, раскроив скалу наискосок, расширялась в нижней своей части настолько, что внутрь легко мог пролезть взрослый человек. Здесь Дрэм и устроил себе что-то вроде лежанки, отсыпаясь, перед дневными вылазками, терпеливо поглощая захваченный с собой паек. До еды он давно уже был нежаден, и взятых с собой сублиматов должно было хватить еще недели на две. Когда же заканчивалась вода, он отправлялся к ручью, подобием миниатюрного водопада стекающего с перевала. Именно здесь он и повстречал парочку боевиков, терпеливо набирающих во фляги воду. Киллер понятия не имел, откуда они шли и какие цели преследовали, но сейчас это было неважно. Встретившись с ним глазами, оба бородача попытались вскинуть висящие на спинах автоматы, и за Дрэма сработали рефлексы. Винтовка как обычно была поставлена на боевой взвод, но он вновь воспользовался холодным оружием. Их было двое, и он мог попросту не успеть уложить их на землю. Вернее сказать, и того, и другого он шлепнул бы при любом раскладе, но в руках у них были автоматы, а значит, могли успеть выпустить по очереди. Шум же ему сейчас был совершенно не нужен. Потому и сработал обеими руками, с силой метнув в боевиков ножи. И тому и другому угодил в кадыки, даже не позволив вскрикнуть. Чуть позже оттащил убитых от ручья, дабы не пачкать воду кровью. Быстро обшарил, но никаких документов, конечно же, не нашел, - парни шли убивать и взрывать, но ни в коем случае не попадаться.