Бумеранг

Ан Юли

Нередко её высказывания и задушевные истории неожиданно всплывали в памяти Томочки, и она задумывалась над мудростью, которую вынесла Алла Леонтьевна из своих жизненных ситуаций. Даже, находясь на работе, Тамара Геннадьевна не раз мысленно возвращалась к образу этой пожилой женщины. А по дороге домой она обычно заходила в магазин и обязательно брала для Сашиной мамы что-нибудь вкусненькое. Это могло быть сливочное мороженное или кулёк шоколадных конфет «Буревестник» - неважно! Алла Леонтьевна всегда

радовалась, как ребёнок, любому проявлению к ней внимания. Её глубоко посаженные живые глаза в такие минуты начинали искриться, а у Томочки, при виде её счастливого лица, становилось светло на душе.

Сегодня после сытного ужина мать Александра раньше обычного удалилась к себе в комнату. Она крепко прижимала к груди книгу, которую для неё сегодня купила Тамара.

Тогда как «молодёжь», перебравшись на веранду, решила перекинуться в подкидного дурака. Александр с Томочкой играли на желания, и до Аллы Леонтьевны то и дело доносились их громкие возгласы, смех и даже кукареканье. Старушка улыбалась, заслышав их очередной всплеск эмоций. Но вскоре она отложила книгу, наощупь выключив светильник, и повернулась к стеночке.

А тем временем очередную победу одержал Александр.

– Нет! Так не честно, – воскликнула Томочка, - похоже, что тебе покровительствует твоё имя.

– Если хочешь, я тебя тоже буду называть Александром, может быть, тогда и к тебе повернётся фортуна победителя? – засмеялся Санёк довольный своим очередным успехом.

– Нет, нет, нет, нет! – быстро произнесла Тома.
– Я знаю, в чём кроется секрет моих проигрышей. Это всё от того, что ко мне клинья подбивает наш завхоз, - пошутила Томочка. Намекая на то, что если ей не везёт в карты, то повезёт в любви.

– Я этому завхозу не только клинья, но и башку оторву, если он ещё хоть раз к тебе подкатит! – Александр всё понял в буквальном смысле, от чего его настроение заметно испортилось.

Теперь залилась смехом Томочка.

– Успокойся, я пошутила. И вообще, у нас завхоз женщина.

– Ах, так! Тогда моим желанием, по случаю выигрыша будет, будет… - у него забегали глаза от предвкушения очередного повода повеселиться.
– Позвони сейчас Олегу и скажи ему…

– Он уже наверное спит, - поспешила осадить его Томочка.

– Ничего, так даже лучше получится. Так вот, скажи ему, что у нас отключили на неопределённое время воду по случаю канализационных работ. Скажи, что у нас по всей улице будут менять трубы… Короче, мы завтра переезжаем в его двухкомнатную. Да, и скажи ему, что мама будет спать в отдельной комнате – она у нас сильно храпит. Да, и ещё предупреди Олежика, чтобы на этот период, пока мы будем у него жить, никаких поздних друзей и тем более подружек ни-ни-ни! – Александр откинулся на спинку стула и от души захохотал, представляя реакцию

Олега от такой новости.

Неожиданно лицо Томочки исказилось.

– Что такое? – сразу же отреагировал Санёк.
– Я же только пошутил. Так и быть, - великодушно заявил он, опять откинувшись на спинку кресла, - завари нам свежий чай. И пусть это будет моим окончательным желанием.

– Саш, меня сегодня весь вечер немного подташнивало, но я всё думала, что пройдёт, а сейчас ещё и рези начались. Никак не пойму, что я такого могла съесть?

– Странно, - насторожился Санёк, - а я себя хорошо чувствую… Послушай, но мы же все вместе ужинали.

– Ой! Мне нужно в уборную, - Тома выскочила из-за стола и бегом кинулась в дом.

Александр в недоумении смотрел ей вслед. Он собрал колоду карт и последовал за ней.

Стоя за дверью в ванную комнату, Санёк прислушивался к исходящим оттуда звукам, от чего его глаза только увеличивались в размере.

– Что же такое могло произойти? – терялся в догадках Александр.
– Всё свежее… и у мамы, похоже, тоже всё путём, - с беспокойством в голосе говорил он, не смея отойти от двери уборной.

В ответ из ванной комнаты доносились много объясняющие звуки, сопровождаемые смывом туалетного бочка.

– Ой, мамочки… - стонала Томочка.

Затем слух Александра различил звуки льющейся воды из крана, а вслед за ними послышались утробные, похожие на опустошение желудка звуки.

– Томка, ты там живая?! – поскрёбся он к ней в дверь.

– Только не заходи! – крикнула она ему не своим голосом, и опять из уборной послышались уже знакомые звуки, от чего у Санька невольно скривилось лицо.

– Том, может быть «Скорую» вызвать? – предложил он нерешительно.

– Вызывай… - как стон прозвучали её слова. И у неё с новой силой начался очередной приступ.

Александр кинулся в гостиную к телефонному аппарату, а когда вернулся, то сразу прильнул к двери уборной.

– Ну, как ты там?

Вместо ответа на этот раз он услышал отчаянные причитания:

– Вовочка, помогай. Плохо мне совсем, – дальше последовали стоны и сдавленный крик.
– Вовка родненький, спасай!
– вслед за этим Александр различил звуки падения тела.

Санёк ворвался в ванную комнату.

Тома лежала на полу. Её лицо было мертвецки бледным.

– Томочка! – он затряс её, как тряпичную куклу.
– Эй, поднимайся, ты чего?!

Она приоткрыла глаза и попыталась подняться.

– Сколько времени? – еле слышно спросила она.

– Да какое это имеет сейчас значение? Скорая будет с минуты на минуту, давай я помогу тебе подняться.

– Скажи мне, - настаивала Тома, – который час?

– Я не знаю, около двенадцати, наверно.