Бумеранг
Шрифт:
– А как же жену вашу найти?
– Если живая, то знает она, куда идти надо. Я верю, что придут они. Верю и жду. Ладно, заканчиваем разговоры, вон малой я гляжу, осоловел от еды. Идите на сеновал и поспите.
Завалившись на сеновал и, вдыхая запах недавно скошенной травы, наши герои сладко уснули.
***
– Я вот, что подумал, - завел разговор за ужином хозяин.
– Оставляйте мальца мне. Жена супротив не будет. Где один, там и второго прокормим! Оставляйте! А ежели что, то все не
– Ну, мы не знаем!
– как- то неуверенно начал Ромка, поглядывая на сестру.
– Мы согласны!
– ответила та, будто уже была готова к такому повороту событий.
– Вот и хорошо!
– вскочил Михаил и стал что- то искать.
– Сейчас, сейчас! Да где же он лежал- то? Нашел!
– и присел обратно за стол с карандашом и листком бумаги.
– Записать надо! Как там его по отчеству?
– Алексеевич.
– Иван Алексеевич значит. А фамилия?
– Он не знает, мы уже спрашивали.
– Да?
– Михаил задумавшись, стал слюнявить карандаш.
– Свою тогда давайте! Вы же его спасли? Вот свою фамилию пацану и дадите! Легче найти, потом будет, если захотите увидеться через несколько лет. Свою- то фамилию вы всяко - разно не забудете!
– Ага, вот все как оказывается, - нервно улыбаясь, кивнула головой Настя, кинув быстрый взгляд на брата. Тот, заигравшись с Ваней, видимо не слышал, о чем велся разговор.
– Ну, пишите, Бабенко.
– Хорошая фамилия! Так и запишем! Иван Алексеевич Бабенко. Сколько ему сейчас? Пять? Значит год рождения 1914. Все, записал!
– Мы перед уходом с морем хотели бы попрощаться. Можно?
– спросила Настя.
– Конечно можно! Когда хотите, тогда и пойдем прощаться! А уходить горами будете, так безопасней.
– Давайте вечером сегодня на море сходим, а завтра утром мы отправимся восвояси, - Настя стала собирать со стола посуду.
– Оставайтесь сколько надо, я вас не гоню, - наблюдая за ловкими движениями своей гостьи, предложил Михаил.
– Нет, нам идти надо. Родители переживают за нас.
– Ладно, я вам берданку в дорогу дам на всякий случай.
– Не надо. Вам она нужнее!
– А вы как же?
– А мы сюда без берданки как- то добрались? Так вот и отсюда так же доберемся, - категорично ответила Настя.
– Все, я закончила с посудой. Пойдемте на море?
***
Вечерний Каспий был намного спокойнее, чем накануне днем. Неугомонный ветер, наконец- то утих, то ли завалился спать, то ли улетел куда- то по своим ветреным делам. Михаил присел на скалу в стороне от нашей троицы, не мешая им прощаться с морем, и друг с другом.
– Все Ванюша, мы завтра уйдем. Нам домой надо идти, - решилась сказать Настя, перебирая льняные волосы малыша.
– Я знаю, - совсем по-взрослому кивнул тот.
– Я не буду плакать,
– Ваня мы встретимся, это я тебе твердо обещаю, - задумчиво произнесла сестра.
– Нескоро, но встретимся. Ты совсем уже большой будешь.
– Да?
– обрадованно завертелся пацан.
– А как вы меня узнаете, если я совсем большой буду?
– М-м-м? А я придумала!
– и Настя сняла у себя с шеи кулон, связанный из цветных ниток, сделанный своими руками.
– Вот тебе мой кулончик на память по нему я тебя и узнаю. Теперь совсем все сошлось, - прибавила она тихо.
– Что там у тебя сошлось? И зачем ты ребенка обманываешь? Как мы с ним увидимся- то?
– зашипел ей в ухо брат.
– А до тебя еще не дошло?
– Что до меня должно дойти? Что ты врешь, как сивый мерин?
– не унимался Ромка.
– Да потом объясню, отстань!
– шикнула на него, потеряв терпение сестра.
– А это тогда тебе, - Ваня вдруг протянул ей своего деревянного солдатика, которого он прихватил с собой, в тот трагичный день на покосе.
– Ой, спасибо! А тебе не жалко?
– Нет. Тебе же не жалко кулон? А я тебя по своей игрушке узнаю, - и малыш начал снимать с себя берестяной ремешок, который так ловко обхватывал его волосы.
– Это тебе Ромка, а то тебе волосы мешаются, - хихикнул Ваня, пытаясь надеть на своего друга подарок.
– О-о-о! Это круто!
– поправив ремешок, Ромка гордо подбоченился.
– Ну что? Красив я?
– Красив, красив!
– фыркнула сестра.
– Ну, спасибо мужик за такой подарок! У нас с тобой оказывается кочаны одинаковые, - и Ромка протянул руку.
– Давай пять!
– Давай!
– хлопнул своей детской ладошкой Иван по здоровенной пятерне.
Видя, что ребенок все- таки еле сдерживается, чтобы не заплакать, Настя завела разговор на нейтральную тему. Вскоре Ваня уснул, сжимая в кулачке кулон, что теперь висел у него на шее.
– Давай, объясняй, - прошептал брат, оглядываясь на Михаила, который, по всей видимости, тоже задремал, растянувшись на прогретой солнцем скале.
– Я не знаю, может, ты это сам должен отгадать?
– неуверенно ответила сестра.
– А-а-а, сам. Ну, тогда намекай.
– Я даже не знаю с чего начать. Ну, что за события и какой год на дворе, это мы уже знаем. Дальше, наш дед Иван из Кизляра родом. И ты уже сам того не зная своими словами попал в самую точку.
– Когда-а-а?
– Около Ваниного дома, когда к нам Жучок выбежал, - кивнула Настя на щенка, который с блаженной физиономией дрых у брата на коленях.
– Я сказал..., что я сказал?
– застопорился Ромка.
– А, я сказал, что порода собаки, как у нашего деда и зовут так же. И чего?