Бунтарь
Шрифт:
— Тебе помочь съездить на похороны?
Он отвел взгляд на одно из окон:
— Нет.
— Когда они состоятся?
— Я не знаю.
— Ты говорил с женой Рииза?
— С вдовой. Кассандра теперь вдова.
Фрэнки закрыла глаза. Рииз Катлер плавал вместе с Алексом многие годы. Она видела этого человека всего пару раз. Он... он был... инженером и сделал многие миллионы на строительстве промышленных зданий для таких гигантов, как «Форд». Его вдова Кассандра была второй женой Рииза и, если Фрэнки правильно помнила, вдвое моложе его.
—
В голосе Алекса послышалась горечь.
— Да, на ее месте я бы только и ждал, как бы поговорить.
— Но вы же друзья, разве нет?
— Фрэнки, пойми меня правильно. Оставь это. Хорошо? — Его лицо исказилось от боли, когда он с помощью костыля передвинул ногу в другое положение.
Она откашлялась:
— Мне жаль, что ты оказался дома по такой причине. Но я рада, что ты здесь и еще
побудешь какое-то время. Я скучала по тебе. Джой тоже. Ты ведь ее герой.
— Придется ей подыскать другого.
— Алекс, мы тебя любим. Пожалуйста, не забывай об этом.
Не дожидаясь ответа, Фрэнки направилась к двери.
— Фрэнки.
Она оглянулась через плечо. Он по-прежнему лежал лицом к стене.
— Мне надо съездить к хирургу-ортопеду. Он должен проконсультировать меня по поводу операции на ноге. Возможно, кость придется заменить металлическим штырем.
Фрэнки вздрогнула, подумав, что теперь будет с его спортивной карьерой.
— Когда?
— Завтра после полудня в Олбани. Ты сможешь меня отвезти?
— Конечно.
— Спасибо.
Она закрыла дверь.
— Как он? — спросил Нейт, стоявший на верхней лестничной площадке.
— Неважно. Но я не знаю, насколько все плохо. Он не особенно разговорчив.
Они спустились вниз на кухню.
— Ты сможешь съездить завтра с нами в Олбани? — спросила Фрэнки. — Ему надо показать ногу врачу. Честно говоря, если мои родные оказываются в руках медиков, я трушу до потери сознания. Когда Джой удаляли зуб мудрости, я дважды падала в обморок.
Нейт поцеловал ее:
— Нет проблем. Я рад, что ты попросила меня.
В тот момент, когда дверь закрылась, Алекс открыл глаза. Фрэнки беспокоилась о нем из лучших побуждений, но его это страшно раздражало.
Он никак не мог ехать на эти похороны. Ему хотелось бы выразить свое соболезнование, но он просто не смог бы взглянуть в лицо Кассандре. Собственно говоря, он никогда не мог этого сделать.
Вот что происходит, когда влюбляешься в жену своего лучшего друга.
Господи, Кассандра. Он с такой ясностью помнил момент, когда впервые увидел ее. Они с Риизом возвращались с соревнований на Бермудах. Когда они подплыли к причалу яхт-клуба в заливе Наррагансетт, Рииз помахал женщине, которая легкой походкой приближалась к ним.
— Это моя жена, — с гордостью произнес он.
— Когда ты успел снова жениться? — спросил Алекс.
— Официально мы еще не женаты, но она все равно моя жена. И на этот раз навсегда.
Алекс обратил внимание на длинные рыжие волосы и прекрасно сложенное женское тело, но больше
Тот день, тот миг, когда он увидел ее с этими медными отблесками лучей заходящего солнца в волосах, навсегда запечатлелся в его памяти. Алекс никогда не мог понять, как можно без памяти влюбиться в того, кого ты даже не знаешь, но именно это произошло с ним.
Спустя годы он узнал о Кассандре больше, хотя никогда не просил друга рассказать о ней. Рииз сам с удовольствием рассказывал о своей жене. Сколько было историй о ее достижениях в архитектуре, о вечеринках, которые она устраивает, о маленьких личных пристрастиях. И Алексу все больше хотелось заглянуть в ее мир, даже несмотря на то дьявольски мучительное чувство, которое он испытывал к ней. Как тяжело чувствовать себя жалким соглядатаем, презренным ревнивым ублюдком, паразитирующим на чужой семейной жизни. Постоянно терзаться чувством вины.
А потом все стало еще хуже.
Алекс думал, что Рииз и Кассандра ушли, и он остался один на яхте. Только по этой причине он вышел из душевой кабины голышом и стал вытираться полотенцем.
Услышав позади изумленный возглас, нарушивший его одиночество, он посмотрел через плечо. Кассандра стояла на судовой кухне и уже успела до половины наполнить свой стакан лимонадом. Когда ее глаза скользнули по его телу, она опрокинула все содержимое стакана на стол.
Боже. Даже сейчас от одного воспоминания о ее взгляде его член зашевелился.
Когда Алекс, выругавшись, прикрыл бедра полотенцем, она принялась бормотать извинения, но он почти ничего не слышал. Он лишь благодарил Господа за то, что не
повернулся к ней передом. Потому что тогда Кассандра увидела бы его чудовищную эрекцию, возникшую в тот самый миг, когда она посмотрела на него.
Алекс вернулся в душевую, вцепился руками в крохотную раковину и попытался вспомнить, как люди дышат. Когда спустя десять минут он вышел оттуда, Кассандры уже не было. После этого, стоило Риизу заговорить о ней, Алекс старался быстро сменить тему.
Однажды, месяца через два, его друг спросил, нет ли у него проблем с Кассандрой. Алекс уклонился от ответа, и Рииз больше никогда не заводил о ней разговор.
Оказавшись в информационном вакууме, Алекс надеялся, что потеряет интерес, но его маниакальной страсти не требовалось ни свежих новостей, ни зрительных впечатлений. Он постоянно думал о ней, особенно на закате в открытом море, когда верхушки волн окрашивались в цвета меди.
И одержимость вместе с чувством вины продолжали сжигать его изнутри. Алекс знал, что Кассандра совершенство. Должна быть им. Никто не мог сравниться с тем образом, который он создал в своем сознании. Но ему не суждено было узнать, какова она на самом деле. Как она целуется. Как занимается любовью. По его глубокому убеждению, вдова Рииза оставалась для него такой же недоступной, какой прежде была его жена.