Бунтарка
Шрифт:
– Извольте выражаться яснее, сэр. – Его тон сквозил ледяным холодом. – Вы в чем-то меня обвиняете?
– Нет, конечно, нет! – Магистрат снова рассмеялся, хотя перепалка, похоже, больше никого не радовала. – В окружении столь восхитительных произведений искусства я просто стараюсь мыслить творчески.
Джейн больше не могла это терпеть. Она почувствовала угрозу в словах Масгрейва и не желала, чтобы Николас становился жертвой. Тронув баронета за руку, она повернулась к магистрату:
– Полагаю, нет нужды продолжать эти
– А разве это не такое же удовольствие, как променад, обед или бутылка портвейна?
– Для вас – возможно, – ответила Джейн. – Но для других – вряд ли.
– Вы что, выпили лишнего, сэр Роберт? – осведомилась леди Пьюрфой.
– Нет, мадам. – Он повернулся к хозяйке спиной. – И я не могу согласиться с вами, мисс Джейн. Часто ли эти люди получают возможность наблюдать за работой королевского магистрата по раскрытию преступления?
– Ну что же, сэр, – холодно ответила Джейн, – задавайте ваши вопросы и покончим с этим.
– Как пожелаете. – Он поклонился с насмешливой театральностью. – Не просветите ли нас, где вы были последние три дня?
– В гостях.
– Вы ездили в коляске или верхом на вашей прекрасной лошади?
– На лошади, как водится.
– А те, кого вы навещали, живут неподалеку от деревни Бантир?
– В той стороне, – помолчав, ответила Джейн.
– Что вы там делали?
Джейн пожала плечами:
– Ничего особенного. Разговаривали.
– А что вы делали прошлой ночью?
– Это становится утомительным, сэр Роберт.
– Вы были в Бантире прошлой ночью? – Магистрат подошел к Джейн.
– В Бантире мне нечего делать, сэр.
– Но вчера ночью вас там видели, мисс Джейн.
– В самом деле? – Она встретилась с обличающим взглядом магистрата и одновременно почувствовала прикосновение руки Николаса. – Уверена, тот, кто вообразил, будто видел меня, ошибся.
– Кто-нибудь может подтвердить ваше заявление?
Она колебалась, не желая называть имя Дженни. Магистрат не должен был знать о существующей между женщинами связи. Даже если тетке Конора удастся на этот раз отделаться от магистрата, то в будущем он не оставит ее в покое, пока будет наделен властью.
– Да.
Голос Генри Адамса приковал к себе всеобщее внимание. В толпе вновь зашептались.
– Я был с мисс Джейн вчера вечером.
Джейн почувствовала, что Николас напрягся.
– Святой отец, – хмыкнул Масгрейв с нескрываемым удивлением, – не хотите ли вы сказать, что вчера вечером навещали мисс Джейн в доме ее неизвестных друзей?
– Нет. – Священник подошел к Джейн, и между Николасом и Генри она вдруг ощутила себя совсем маленькой. – Нет. Я хочу сказать, что все эти три дня мисс Джейн гостила
Глава 26
– Не понимаю, к чему вся эта таинственность, я знаю точно, что там ее не было, Николас. Я ездила за ней, – горячо прошептала леди Спенсер. – Она не гостила у преподобного Адамса.
Николас продолжал стоять возле Джейн, слушая, как шум скандала смешивается со звуками Перселла и Генделя. Он оставался рядом, пока Адамс отвечал на вопрос Масгрейва о том, где находилась прошлой ночью лошадь Джейн, и мысленно благодарил священника за словесную атаку на магистрата. Адамс винил последнего в отсутствии порядка в районе, подкрепляя обвинения тем фактом, что у людей по ночам пропадают из стойл лошади и лишь немногие из них возвращаются снова на прежние места по прошествии нескольких дней. Если лошадь, которую видели, и вправду принадлежит Джейн, – в чем он сомневается, – то это лишь служит наглядным подтверждением справедливости его слов.
После шокирующего признания священника позиция Масгрейва явно пошатнулась, и жалоба Адамса, поддержанная другими помещиками, окончательно сбила магистрата с толку.
Николас все еще оставался рядом с Джейн и Адамсом, когда магистрат, пробормотав что-то о глупости драгун, находящихся в его распоряжении, нехотя пробурчал извинения за причинение беспокойства. Но как только Масгрейв ушел, Николас сделал то же самое.
Он не мог стоять рядом с ней и притворяться, будто заявление священника его не задело, хотя знал, что Джейн не было в Балликлоу. Он сам ездил туда, когда искал ее. Гораздо больше его беспокоило другое – Адамс, похоже, был осведомлен лучше, чем он.
Николас вышел из дома и стоял в поле, за стеной выгула, глядя в черноту, окутавшую долину, когда к нему присоединилась мать. В конюшнях за спиной царило оживление. Одна за другой отъезжали кареты, чтобы забрать гостей.
– Да, этот прием долго не забудется, – промолвила Александра. – Все торопятся проглотить предложенный хозяйкой ужин и бегут в горы. Подумать только, а ведь в Лондоне не было бы никакой возможности вытолкать кого-либо за дверь. Волки стояли бы вокруг в ожидании кровавой развязки!
– Возможно, кровь еще впереди.
– Не думаю, – отозвалась она. – Преподобный Адамс и сэр Томас закрылись в кабинете нашего хозяина. И меня очень беспокоит решение, которое они могут принять.
Николас промолчал.
– Ник, Джейн в тебе нуждается. Она держится из последних сил, стараясь быть мужественной, но если ты в скором времени к ней не вернешься, она сдастся.
– Генри Адамс ее поддержит. Не хочу им мешать.
– Ты не можешь говорить это серьезно. – Она тронула его за руку. – Ни слова Масгрейва, ни враждебные взгляды – ничто так не расстроило ее, как твой уход. Ей нужен ты, Николас. Ты!