Шрифт:
Марк Ноче
Бушующий ветер тьмы
Королева Бранвен — 2
Перевод: Kuromiya Ren
для Лорел
Остерегайся тех, кто живет за северным ветром
— кельтская пословица
ЧАСТЬ
Весна, 602 н. э.
1
Стоило подумать, что это невозможно, я снова забеременела. Тошнота подступала, я была у окна в своей башне и дышала сильным и ароматным ветром. Костяшки побелели, я сжимала камень, успокаивая нервы. Дыши, Бранвен, дыши. Еще пара мгновений, и тошнота пройдет. Желудок сжался, и я зажмурилась.
Шаги эхом разносились по лестнице. Моя служанка охнула, побежала по комнате ко мне. Она похлопала меня по плечу, и я подавила горечь, поступавшую в горле.
— Моя королева, вы в порядке?
— Да, Ровена, в порядке.
Она в тревоге нахмурилась, ощущая мою ложь. Стены замка и двор внизу кружились перед глазами. Ровена придерживала меня рукой. Я отмахнулась, глубоко дыша носом, пока мир становился четким. Пот выступил на лбу.
— Скажи королю, что я скоро буду. Мне нужно отдохнуть еще пару мгновений.
Ровена замешкалась, кусая губу.
— Но… миледи, все ждет. Соревнования не начнутся без вас.
Я опустила голову. Турнир. Это была моя идея, шанс предложить оливковую ветвь нашим соперникам, уэльским королевствам. Чтобы собрать бывших врагов в дружеском состязании. Как хозяйка турнира, я должна быть с мужем, участвовать в церемониях. Почему эти боли в животе должны были начаться сейчас?
Под моим окном ряды палаток и знамен усеивали поля вокруг крепости. Гул тысячи крестьян, продающих товары и кружки сидра, наполнял теплый летний воздух. Дым костров и аромат жареной свинины окутывал земли замка. Из оружейной доносился звон мечей.
Ровена окинула меня взглядом с понимающей улыбкой. Она была моей фрейлиной давно, теперь нам было за двадцать, и мы были как сестры, а не королева и слуга. Я не могла обмануть ее.
— Миледи, я умею отличать беременную женщину. У вас будет наследник.
Я подняла палец, и она замолчала. Еще один наследник. Все думают, что королевы способны лишь на это? Рожать принцев и принцесс? Я глубоко вдохнула. Так не честно. Ровена хотела добра, она сама родила двоих. И хотя мы были одни, я заговорила тихо. Стены замка были с ушами, и тайны проходили сквозь них, как вода сквозь сито.
— Никому ни слова, Ровена. Даже королю. Ты знаешь, что произошло раньше.
— У вас были выкидыши, да. Но у вас уже есть один здоровый сын. Благодарите бога, что он снова одарил вас.
— Благодарить? Ты помнишь, что церковники сказали мне после последнего выкидыша? Что еще один ребенок может убить меня.
Ровена посмотрела на ноги, а не мне в глаза.
— Они не всегда правы, моя королева.
Я нахмурилась, желая верить ее оптимизму, но последние пять лет в качестве королевы научили меня, что это не ведет к спасению. Только взяв
Я сморгнула слезы, горечь в горле отступила. Живот заурчал, но не так сильно, как раньше. Я разгладила платье цвета плюща, посмотрел в зеркало, убирая черные волосы в свободный пучок. Я нахмурилась. Лицо было белым, но тут я ничего поделать не могла. Даже после двух мужей, одного ребенка и нескольких лет во главе маленького королевства у меня была тонкая фигура и изумрудные глаза. Я кашлянула и пошла к лестнице.
— Идем, Ровена. Ты права, мы не должны заставлять всех ждать.
Мы спустились в полутьме и вышли на яркий свет дня. Я сморгнула слезы. Зеленые горы вокруг замка казались близкими. Несмотря на тошноту, вид и запахи Аранрода вызвали у меня улыбку. Старые римские стены и высокие башни крепости занимали одинокий холм в центре долины, зеленого рая среди уэльских гор. Древние дубовые леса окружали поля пшеницы и овса, из которых потом делали хлеб. Не было королевства безопаснее во всем Уэльсе, и я не хотела другого места.
Врата замка были открыты, мы вышли в лагерь за стенами. Знамена зеленого дракона возвышались среди палаток, знамя Аранрода и флаг королевства моего мужа. Над некоторыми палатками были алые и черные драконы, отмечая гостей. Красные — Южного Уэльса, и черные — Северного. Я поежилась. Эти флаги вызывали воспоминания, когда некоторые из соседей звали себя нашими друзьями, а потом врагами. Останутся ли участники союзниками через год? Никто не знал.
Но мы не могли допустить еще одной войны. Не в своих рядах, не с саксами, что выжидали у восточной границы, желая впиться в глотки снова. Я часто думала, кто из нас хуже.
Толпы зрителей были на поле западнее замка, они уже заполнили естественный амфитеатр у подножия гор. Половина зрителей образовывала полукруг рядом с пастбищами лошадей, другая половина была вокруг большой сцены с навесом из ткани. Десятки стульев стояли вдоль возвышения, они были для аристократов и их спутников. Ровена оставила меня, и я поднялась по деревянным ступеням.
Пустой трон стоял рядом с троном моего мужа. Он отклонился на спинку, закинул беспечно ногу на подлокотник. Если бы не мой шалящий желудок, я бы рассмеялась. Хоть Артагану было почти тридцать, он оставался мальчишкой в сердце. Половина королевства ждала, пока он грыз жареный окорок с тем же весельем, что и в нашу первую встречу. Он прошел долгий путь от лесного рыцаря, рожденного бастардом, до короля свободного уэльского королевства, но за этой тонкой оболочкой величия он оставался очаровательным разбойником, в которого я влюбилась пять лет назад.
Я устроилась на своем троне, и он бросил кость за свой трон. Я подавила улыбку. Да, оболочка была тонкой. Он склонился к моему уху с ухмылкой.
— Что так долго? Лучники начнут тренироваться друг на друге, если мы не начнем.
Я отогнала его детское нетерпение. Лучники, мечники, всадники и другие участники стояли группами на поле. Они ждали, чтобы я подняла скипетр и начала игры. Я шепнула Артагану на ухо, наслаждаясь напряжением взглядов на нас:
— Небольшое предвкушение делает турнир интереснее.