Быть лучшей
Шрифт:
Именно в этот приют, носящий имя Жанны д'Арк, направилась в октябре 1977 года Маделина.
Здесь, на Западной Двадцать Четвертой улице, она поселилась через неделю после своего приезда в Нью-Йорк.
Сестры оказались милы и доброжелательны, постоялицы тоже, а в самом приюте царили чистота и порядок. Комнаты располагались на пяти этажах, и на каждом были душ и ванная. При приюте была небольшая красивая часовня, где юные девушки и сестры молились, предаваясь своим мыслям о вечном, а рядом с ней общие помещения – библиотека и гостиная с телевизором. В цокольном этаже располагались кухня, столовая, прачечная и помещения со шкафчиками для хранения вещей.
Маделина открыла в
С того самого времени, как Маделина решила делать карьеру в торговом бизнесе, ее кумиром стала покойная Эмма Харт, один из крупнейших торговых магнатов. За последние несколько лет она прочитала об этой женщине все, что можно было достать, а магазин «Харт» в Нью-Йорке стал единственным местом, где ей хотелось бы работать. Но сразу же выяснилось, что вакансий там нет. Тем не менее на кадровика она произвела хорошее впечатление, и он обещал связаться с ней, если подвернется что-нибудь подходящее. На всякий случай она заполнила анкету и оставила заявление.
К концу третьей недели пребывания в Нью-Йорке Маделине удалось найти работу в конторе Сакс на Пятой авеню.
Ровно через год открылась вакансия в «Харт», и Маделина без раздумий приняла предложение. Еще через полгода на нее обратила внимание Пола О'Нил.
Увидев Маделину в отделе маркетинга, Пола отметила ее манеру держаться, обаяние, работоспособность и ясный ум. С тех пор она неизменно выделяла ее, давая специальные поручения, и в конце концов перевела на управленческую работу. Через год, в июле 1980-го, Пола назначила Маделину своим личным помощником, специально для нее предусмотрев эту должность.
После столь значительного повышения, сопровождавшегося немалой прибавкой к зарплате, Маделина наконец решила, что можно подумать о собственном жилище. Ей приглянулась квартира в районе Восьмидесятых улиц. Переправив вещи, которые до сих пор находились в камере хранения в Лексингтоне, Маделина не без грусти распрощалась с сестрами Броной и Мерид и оставила приют.
На первый свой ужин в новой квартире она пригласила Джека и Пэтси. Было это незадолго до отъезда Пэтси в Бостон.
Это был славный вечер, у всех троих было отличное настроение. Джек всячески развлекал их. Но под конец им с Пэтси стало немного грустно – ведь теперь они будут жить в разных городах. Они пообещали не терять друг друга из вида и действительно с тех пор регулярно переписывались.
С новым назначением жизнь Маделины сильно изменилась, ей открылся совершенно новый мир. Пола вызвала ее в Лондон, чтобы показать внутренний механизм работы знаменитого магазина «Найтсбридж», посылала в Йоркшир и Париж. Дважды брала с собой в Техас, хотя и не по делам империи Хартов. Маделине понравилось путешествовать и знакомиться с новыми людьми.
Первый год работы у Полы пролетел почти незаметно. Он был насыщен событиями и делами. Успех следовал за успехом, и очень скоро Мэдди убедилась, что нашла свое место в жизни. Этим местом был магазин «Харт» в Нью-Йорке, звездой которого она стала.
Глава 11
Родные звуки старых любимых песен немного успокоили Маделину. Она пришла в себя.
Какое-то время она еще ждала и одновременно боялась, что Джек Миллер позвонит снова. Но этого не случилось, и она совершенно перестала нервничать.
Маделина отложила гитару и подошла к столу у окна. На нем громоздилась кипа бумаг, которые она принесла из магазина. Маделина взглянула
Взяв ручку, Маделина на мгновение задумалась, глядя на стену. Взгляд ее упал на игольницу, которую подарила ей мать, когда она была еще маленькой. Она висела у нее над кроватью в Лексингтоне и была одной из немногих вещей, которые Маделина взяла с собой в Нью-Йорк.
«Если ложишься и встаешь с молитвой, жизнь становится легче». Эти слова мать вышила на голубой шерстяной подушечке с бежевой каймой, а Маделина украсила игольницу разноцветными узорами.
Перед ее мысленным взором мелькнуло любящее лицо матери. Маделина улыбнулась. «Мама бы мной гордилась, – подумала она, – гордилась тем, чего я достигла. За Джека она, конечно, меня бы не похвалила. Да я и сама себя похвалить не могу. Он не для меня. Решено. Утром я позвоню ему, приглашу на обед и выскажу все без обиняков. Это следует сделать. Такие вещи по телефону не говорят».
Она отложила перо и принялась перелистывать бумаги в поисках листка, на котором делала заметки к выставке мод.
Документы касались предстоящего юбилея компании «Харт». Идея Полы была проста и привлекательна: шестьдесят лет торговли модными вещами – от века джаза до века космоса.
Пола поручила ей заняться торжествами в нью-йоркском магазине. Предстояло организовать разнообразные выставки и встречи, и вот уже в течение многих месяцев между ними через Атлантику летали телексы. Пола либо одобряла, либо отвергала предложения Маделины. Заказывались товары, разрабатывались планы рекламных кампаний, печатались буклеты и пригласительные билеты. Эти бумаги были результатом упорной изматывающей работы, в которую было вложено столько выдумки и преданности делу. И вот остались завершающие штрихи: сегодня надо кратко описать каждое юбилейное мероприятие.
Мэдди наметила проведение выставок духов и украшений периода арт-деко, включая работы крупнейших мастеров – Вердура, Жана Туссена и Рене Пуиссана. Специальная витрина отдавалась работам современных мастеров – Алана Бушерона и Дэвида Уэбба. В то же время Маделина решила продемонстрировать и знаменитые подделки Кеннета Джея Лайна, а также коллекцию глиняных изделий тридцатых годов.
Маделина открыла папку, в которой были материалы, связанные с выставкой мод. Пола хотела ее провести в своем лондонском магазине будущей весной. Мэдди уговаривала перенести выставку в Нью-Йорк на конец лета 1982 года. Пола согласилась, но, в свою очередь, предложила расширить ее за счет платьев, взятых для этой цели у самых знаменитых американских модниц, а также включить в нее изделия лучших портных, ушедших из жизни и ныне живущих. Маделина успешно справилась с этим заданием.
Жемчужиной выставки должны были стать платья, некогда принадлежавшие Эмме Харт, которая до последних своих дней хранила их в отличном состоянии. Пола тоже тщательно следила за ними. Последний раз они выставлялись на лондонской выставке «Фантазия моды» около десяти лет назад.
Коллекция, охватывавшая период с начала двадцатых годов до самой Эмминой смерти, включала вечернее платье от Пакена из коричневого бархата с огромным лисьим воротником, укороченное вечернее платье с большим бантом сзади, сшитое в 1926 году самим Пуаре, и, наконец, зелено-голубое с бисером платье от Вионне. Это последнее сохранилось в превосходном состоянии и на фотографии, присланной лондонским отделом маркетинга, выглядело потрясающе. Маделина даже затруднялась сказать, когда точно оно было сшито.