Быть лучшей

Брэдфорд Барбара Тейлор

– Дело в том, что сегодня за обедом Пола пригласила Маделину в Лондон на празднование шестидесятилетия «Харт» и на прием в «Ритце». Она также пригласила ее провести с нами в Йоркшире рождественские праздники. И Маделина согласилась, правда, дорогая?

– Ну разумеется, мама. – Пола не понимала, куда клонит мать. – Какое только это имеет отношение к Филипу и его планам?

Дэзи оперлась на спинку стула и окинула сияющим взглядом дочь и мужа.

– Самое прямое.

Пола и Джейсон в недоумении посмотрели на нее.

– А вы

разве не обратили внимания, как Филип глядит на Маделину? – вкрадчиво спросила Дэзи. – Разумеется, когда думает, что никто его не видит. И разве вы не обратили внимания, как он вертелся вокруг нее сегодня у бассейна, за обедом, за чаем? Буквально каждое желание ее исполнял. А утром они катались на лошадях. Часа четыре, наверное.

– Право, мамочка, какой ты у нас романтик, – рассмеялась Пола. – Филип ведет себя как гостеприимный хозяин, не более. В конце концов, ты с детства учила его хорошим манерам. Он джентльмен. – Она снова засмеялась, отметая выдумку матери. – Филип знает Маделину только один день. Даже меньше.

– Ну и что? – спросила Дэзи и пригубила шампанское.

Пола сдвинула брови и перевела взгляд с матери на Джейсона. Тот коротко рассмеялся.

– Когда я познакомился с твоей матерью, мне хватило пятнадцати минут, чтобы понять, что я хочу жениться на ней. Мне кажется, мужчина и женщина безошибочно чувствуют пробежавшую между ними искру, тут ошибок не бывает. Срабатывает инстинкт. Так что время, срок знакомства не имеют никакого значения. Можно знать человека сколь угодно долго и не знать его, не испытывать по отношению к нему никаких чувств. А можно только увидеться – и р-раз! – Он посмотрел на Дэзи. – На этот счет даже есть какое-то французское выражение, верно, дорогая?

– Coup de foudre – удар молнии, гром среди ясного неба или, другими словами, любовь с первого взгляда, – подтвердила Дэзи. – Ты совершенно прав, Джейсон, я полностью с тобой согласна. – Она нежно улыбнулась мужу.

– Маделина и Филип… – Пробормотала Пола. – Да нет же, это невозможно.

У нее защемило сердце. Пола обожала брата, но меньше всего хотела, чтобы у него завязался роман с Маделиной. Ради самой же Маделины. Ничего хорошего ей это не принесет. И к тому же у нее свои, и весьма определенные, виды на будущее помощницы.

– Может, она ему и приглянулась, мама, – медленно проговорила Пола. – Но ведь ты знаешь, как Филип относится к женщинам. Он считает что им красная цена – десять центов за дюжину Он тысячу раз говорил мне это, а уж ты лучше чем кто другой знаешь, что он порывает с ними в ту же самую минуту, когда роман грозит превратиться в нечто большее, чем постельная интрижка. – Пола покачала головой. – Мне очень неприятно говорить это, но Филипу женщина нужна на ночь.

– Как ты можешь так говорить?! С Вероникой Мардсен он был почти три месяца, – порывисто, хотя стараясь не повышать голоса, сказала Дэзи.

Пола устало вздохнула.

– Вот-вот, это и есть средняя продолжительность

его романов, не так ли? Три месяца. Нет, я от души надеюсь, что с Маделиной у него это не пройдет, потому что ей это только разобьет сердце. И мне даже думать об этом страшно. Она и так уже настрадалась в этой жизни. Пожалуйста, мама, не надо поощрять его. Обещай мне это.

Дэзи приуныла.

– Да, наверное, ты как всегда права, дорогая, – Дэзи тяжело вздохнула. – А мне она так понравилась. Я была так счастлива сегодня, когда заметила, что Филип к ней неравнодушен.

– Прошу тебя, мама, – настойчиво повторила Пола. – Пообещай, что не будешь его поощрять. Я серьезно это говорю.

– Хорошо-хорошо, дорогая. – Дэзи кивнула. От нее не ускользнуло, что лицо дочери посерьезнело, и она поспешно добавила: – Обещаю.

Только сейчас Дэзи пришло в голову, что дочь, собственно, высказала вслух то, что ей самой пришло в голову не далее как в начале этой недели. В груди у нее неприятно заныло. Ей больно было думать, что сын обречен до конца дней своих оставаться легкомысленным человеком. Какая же унылая и пустая жизнь его ожидает!

– Пожалуй, нам стоит оставить эту тему, – вмешался Джейсон. – Они наверняка с минуты на минуту спустятся.

– Конечно, конечно, – согласилась Дэзи. – И к тому же, не очень хорошо говорить о них таким образом.

– Ладно, – негромко проговорила Пола. Ей все еще было не по себе. Кроме того, она никак не могла взять в толк, как это она не заметила, что Филип уделяет Маделине повышенное внимание – если только это, конечно, в самом деле так. В семье она славилась острым глазом. Неужели на этот раз проницательность изменила ей?

Джейсон подошел к столику и вновь наполнил бокал.

– Между прочим, Пола, – сказал он, – когда ты собираешься в Гонконг?

– Не раньше чем дней через десять. Это зависит от того, как пойдут дела в Мельбурне и Аделаиде. Мы полетим туда с Маделиной в среду, как только закончим подготовку к распродаже в Сиднее. А что?

– Дон Меткалф, один из моих служащих, примерно тогда же отправляется в Гонконг. Я подумал, может, ты захочешь воспользоваться самолетом компании.

– О, Джейсон, это было бы замечательно! – воскликнула Пола с благодарной улыбкой. – Если мы совпадем по времени, я с удовольствием воспользуюсь вашим предложением.

– Меткалф может отправиться в любое время – двадцать первого, двадцать второго и двадцать третьего. Так что все зависит от тебя, дорогая.

– Большое спасибо, я дам знать.

– Но ты так и не сказала, зачем тебе туда лететь, – негромко проговорила Дэзи, бросая на дочь вопросительный взгляд.

– Чтобы встретиться с Эмили, мама. Она сейчас там, делает закупки для «Дженерал Титейл Трейдинг», и мы решили, что неплохо будет провести несколько дней вместе, отдохнуть и купить рождественские подарки. Оттуда мы полетим в Нью-Йорк, проведем там день-два и вернемся в Лондон.