Царь, царевич, король, королевич...
Шрифт:
Пока я жужжал и возмущался, Холмс выгреб из карманов деньги, даже у Ватсона, после долгих преперательств, соверен занял, и скупил в киоске все газеты. «Правду», «Известия», «Пионерскую правду», «Литературку», «Спид-ИНФО». И стали они их читать. А в каждой газете про Стаса статья какая-нибудь написана.
«Пионерка», например, писала о том, что все ребята хотят быть похожими на Стаса. Что они на него равняются, гордятся и выполняют указания Народного Диктатора. И еще объявляла конкурс детских
«Известия» сообщали о том, что за прошедший месяц, после того как Стас принял власть над планетой, жить стало веселее. И какие-то цифры приводила, целый лист. Они вроде бы это доказывали.
«Литературка» тоже о Стасе вспомнила. Она теперь в, основном, о детской литературе рассуждала. Какой-то критик выступал, что самые лучшие книги у любого писателя — это те, где дети главные герои. Например, у Льва Толстого — «Филлипок», у Стивена Кинга — «Талисман», у Набокова — «Лолита». А раз так, то и править миром должен ребенок. Стас, то есть.
Ну а «Спид-ИНФО» вообще выдал! Он написал, что если мальчик в какую-нибудь девочку влюбился, то надо разрешить им пожениться. Я, конечно, порадовался, что Стасу уже не пять или шесть лет. Он в этом возрасте был влюбчивый и смелый. Он бы себе целый гарем завел.
Кубатай, между тем, малость пришел в себя и стал выяснять, где мы находимся. Оказалось, что в Мытищах. Это вблизи Москвы. И мы пошли к вокзалу, чтобы сесть на электричку и в столицу отправиться. Стас сейчас там был, если верить «Комсомолке».
На нас, конечно, все внимание обращали. Еще бы: у Кубатая голова салатного цвета пушком покрыта и сабля на боку, Смолянин идет, весь колесом выгнулся, перепончатые руки в карманы прячет, и делает вид, что у него уши нормальных размеров. Следом Холмс и Ватсон — в старомодных костюмах и котелках. Холмс трубкой попыхивает, а Ватсон как троллейбус увидит, так весь от счастья светится.
А самое главное — с нами пингвин идет! Ростом — два метра, пушистый, неуклюжий. Переваливается с боку на бок и ругается тихонько.
До вокзала мы дошли. А там нас остановили два милиционера. Я как их увидел, сразу к Холмсу на плечо сел, потому что мне страшно стало. Уж очень напряженно милиционеры держались.
— Ваши документы! — безошибочно определив главным Кубатая, потребовал один милиционер, тощий и желто-зеленый, словно всю ночь не спал.
Может мы бы и выкрутились. Но тут Смолянин вмешался.
— Мусора позорные! — радостно завопил он. — Че парашу мутите?
И я понял, что мы влипли.
Милиционеры тоже это поняли. Лица их просветлели, и тощий доходяга ледяным тоном сказал:
— Пройдемте, граждане.
— Куда? — полюбопытствовал Холмс, вынимая трубку изо
— Куда следует! — довольно сообщил второй милиционер, коренастый и улыбчивый.
— Вначале гляньте мои документы, — торопливо предложил Кубатай, протягивая маленькую книжечку, напоминающую карманный разговорник. Милиционер подозрительно повертел ее в руках, спросил:
— Это на каком языке написано?
— На всеземном... вы дальше гляньте, на сорок шестой странице.
Послюнив палец милиционер пролистал книжку и прочел:
— «Податель сей ксивы — в натуре, генерал-старший сержант ДЗР. Имеет следующие обязанности: отлавливать безнадзорных кошек/котов, а также инопланетян, уничтожать запасы валерьянки всеми возможными средствами, препятствовать путешествиям во времени, запрещать колдовство и чародейство. Для выполнения данного имеет следующие права: конфисковывать прыгоходы и иные средства передвижения, размагничивать дискеты с текстами сказок, пользоваться мумми-бластером, учинять диверсионные акты любой крутизны.
P.S. В порядке исключения разрешено посещать Остров Русь.
Все вышесказанное удостоверяю, падлой буду, директор Департамента Защиты Реальности Ережеп.»
Минуту царила полная тишина. Люди и без того старались к нам не приближаться, а теперь, когда милиция подошла, за сто метров стали обходить. Лишь вдалеке гудела электричка.
— Откуда у вас пингвин? — продемонстрировал познания в зоологии коренастый милиционер.
— Это не пингвин, это Кащей Бессмертный, в быту — Манарбит, — неосторожно признался Кубатай.
— Психи, — решил коренастый милиционер.
— Вяжем! — отважно подтвердил тощий. И они бросились на Кубатая, видно боялись, что он саблю достанет.
Не на того напали! Эх, жалко Стаса не было, посмотреть на Кубатая-разгневанного, Кубатая-диверсанта!
Тощего милиционера Кубатай поймал за ухо и пригнул к земле. Коренастому отвесил такую оплеуху, что тот зашатался и отступил назад. А там его уже поджидал Кащей-пингвин! Он ловко подставил милиционеру ласту, и тот полетел в канаву.
— Бей ментов! — завопил Смолянин, подпрыгивая и отвешивая пинки тощему милиционеру. Холмс и Ватсон нерешительно топтались на месте, явно не готовые к нападению на представителей власти. К счастью, их вмешательство не понадобилось. Милиционеры позорно бежали. А мы, не сговариваясь, кинулись к электричке. Холмс так припустил, что мне пришлось спрыгнуть с его плеча и лететь следом, махая крыльями изо всех сил.
Ватсон, наверное, тоже перепугался. Он даже не стал восхищаться тем, что поезд двигается на электрической энергии. Заскочили мы в тамбур, причем я еле успел влететь мимо сходящихся дверей, и поезд тронулся.