Царь горы
Шрифт:
— Боюсь…
— Гуго, я не шучу и не склонен выслушивать длинные речи. Отказ меня тоже не устроит. Пять минут.
Вилла Луна
Италия, пригород Рима
17 декабря, пятница, 22.33 (время местное)
Некоторых готовят править с детства. Именно готовят, и именно править. Вырасти в роскоши, научиться приказывать гувернанткам и горничным — это не то же самое,
Бывает, что мудрый правитель учится на своих ошибках. Рожденный никем, он проходит путь к вершине, опираясь лишь на собственные способности, на практике познавая цену власти. Бывает, что дети мудрого правителя неспособны познать суть могущества и теряют все.
Александру Бруджа повезло: его учили править долго и умело. Ему привили вкус к могуществу, но показали и обратную сторону силы — ответственность, налагаемую на вождя. Он понял, что абсолютная власть не делает свободным, а накладывает большие ограничения. Барон научился оставаться холодным, не растрачивать себя по пустякам, твердо идти к намеченной цели и никогда не останавливаться. Ни на минуту. Ни на секунду. Всегда хотеть большего.
Он завладел Алым Безумием не по праву наследования — по праву сильного. Характер и воспитание, полученные от отца-епископа, сделали Александра одним из лучших истинных кардиналов в истории Масан. Неукротимый и осторожный, благородный и подлый, заботящийся о подданных и без колебаний отправляющий их на смерть.
И он всегда хотел большего. И он постоянно тянул свой клан вперед.
Обаяние всемогущества способно свести с ума, превратить в одержимого идиота, упивающегося собственной силой. Способно затуманить самый ясный ум, обмануть, расслабить, заставить поверить, что вершина, на которой стоит трон, — самая высокая в мире. Брудже подобная перспектива не грозила. Победы он воспринимал как должное, поражения делали его сильней. Он знал, что власть любит энергичных и смелых.
И еще он знал, что власть — однолюбка.
Подобно прекрасной принцессе, она выбирает кого-то из толпы бесчисленных претендентов и только ему дарует свое расположение. Подобно прекрасной принцессе, она в любой момент может возвысить другого фаворита, а значит, нужно зорко следить, чтобы взор ее всегда был обращен на единственного избранника.
А для этого власть должна стать твоей сутью.
Ты должен оставаться правителем двадцать четыре часа в сутки. Ты должен научиться отделять ложь от правды, а лесть от искреннего восхищения. Иногда придется быть жестоким с друзьями, иногда — милостивым с врагами. Иногда — демонстрировать слабость, но всегда оставаться сильным.
И ты никогда добровольно не откажешься от возможности стоять выше всех.
Потому что жить по-другому ты разучился.
— Как я и предполагал, узнав о похищении, Захар воспылал праведным
— Откуда он знает, что Клаудия там? — немедленно спросил Джакомо. — Лондонец не дурак и не спрячет заложницу в собственной крепости.
— Как посмотреть, — буркнул Адриано. — Никто не будет искать сестру в столь очевидном месте.
— Разумеется, Треми понятия не имеет, где Клаудия, — усмехнулся барон. — Он планирует захватить как можно больше пленных и пытать их до тех пор, пока кто-нибудь не расколется.
— Глупо! — категорично отрезал Джакомо. — Если сестру прячут в другом месте, она обречена.
— Не уверен, — прищурился Адриано. — Охранники сестры наверняка подчиняются только Густаву, который в это время будет занят с отцом. Я прав?
Александр кивнул:
— Абсолютно.
— Значит, есть шанс.
— Вы смеетесь? — не выдержал младший сын. — Штурм крепости истинного кардинала! Какой может быть шанс?
— Во-первых, Густава в поместье не будет, — терпеливо напомнил барон. — А во-вторых, Захара сопровождает гиперборейская ведьма, и это обстоятельство позволяет надеяться на успех предприятия.
Джакомо с Адриано переглянулись и одновременно улыбнулись.
— Мы поняли, отец, — подал голос младший.
— Пока Треми и наемники спасают сестру, мы без помех разберемся с Густавом…
— Ничего вы не поняли, — вздохнул Александр. — Не забывайте, что у лондонца будет с собой всего одна Драконья Игла.
— А вторая?
— Она у Захара.
— Треми провел Церемонию?! — вскинулся Адриано.
Обычно хладнокровный, он не смог сдержаться.
— Еще нет, — качнул головой барон. — Захар ждет второй кинжал. Понимаете? Вместе с гиперборейской тварью он должен был находиться рядом со мной во время встречи с Густавом и завладеть Драконьей Иглой лондонца.
— А теперь он окажется в Англии, и ты…
— И я все равно вынужден буду отдать ему кинжал, — закончил за сына Бруджа. — Если…
— Если что? — не понял Джакомо.
— Если только Захар не погибнет в бою, — усмехнулся Адриано. — Ловко придумано, отец. Никто не заподозрит нас…
— Надо все сделать так, чтобы никто не заподозрил нас, — поправил его барон. — Бросился спасать любимую и погиб. Трагедия.
— А гиперборейская тварь?
— Вряд ли она всегда будет рядом с Треми.
Некоторое время братья молча обдумывали слова отца.
— Вдвоем нам не справиться, — качнул головой Адриано.
— С вами пойдет Руссо и еще десять воинов. На мой взгляд, для удара в спину более чем достаточно.
«Руссо!» При упоминании епископа глаза у наследников засверкали. Есть возможность одним ходом убрать и ненавистного Захара, и подозрительного Руссо. А возможно — Спящий умеет шутить! — и конкурента…
— Конечно, Сантьяга будет недоволен. Но нам не нужен истинный кардинал в Тайном Городе. У масанов должен быть один настоящий лидер — Бруджа. Сейчас — я. Я!