Цель Вайпера
Шрифт:
— Теперь я понимаю, почему ты сегодня сказал это Блисс, Райдер.
Все посмотрели в сторону этих двоих. Они сидели в растерянности и еще не понимали, что она имеет в виду, но Уинтер собиралась напомнить им.
— Я слышала, как ты сказал Блисс, что, по словам Вайпера, вы, ребята, снова сможете вернуться к нормальной жизни после того, как я уеду. Если это одна из причин, — она указала на татуировку Блисс, — наверняка вы никак не можете дождаться того момента, когда я съеду. Вайпер сказал тебе две недели, но я не собираюсь вас стеснять. Я уезжаю сегодня, мои
Она повернулась к Вайперу, спокойно взирающему на нее, за исключением пылающей ярости в его глазах.
— Ты зря переступил через себя. Они сказали, ты все еще играешь со мной, надеясь, что Винсент расскажет мне что-нибудь о ребенке. Ты заблуждаешься. Прости, я не могу больше ничем помочь. Но, по крайней мере, в этот раз тебе не нужно было тратить два года своей жизни.
— Я смотрю, Райдер с Блисс были кладезем информации для тебя.
Оба сидели ровно, как статуи. У Блисс на лице был написан страх.
— Они даже не знали, что я все еще была там. Я была в коридоре, а они в джакузи.
— Но они обсуждали мои дела?
Уинтер замолчала. Она не хотела создавать проблемы для Блисс. Райдера она не знала достаточно хорошо, но он всегда помогал ей и был добр к ней. Она начинала сожалеть о своем плане, особенно сейчас, когда боялась, что втянула Блисс в неприятности. Уинтер подружилась с женщиной, и та, в свою очередь, не хотела причинять боль Уинтер. Блисс прикрывала себя и то, чем она гордилась, на протяжении всего прошлого месяца, лишь бы не задеть ее чувства.
— Блисс и Райдер не сделали ничего плохого, это я подслушивала.
Вайпер проигнорировал ее слова.
— Так кому ты на этот раз позвонила, чтобы тебя забрали? — фыркнул он раздраженно.
— Шерифу.
Уинтер поняла, что сделала ужасную ошибку, когда Вайпер кивнул Шейду, и тот тут же встал, доставая телефон из кармана, и направился к дому.
— Он все равно приедет, — храбро сказала Уинтер.
Все пошло не по сценарию. Она должна была достаточно разозлить всех, чтобы они вышвырнули ее.
— Приедет ли? — поддразнивал ее Вайпер.
— Не важно, я просто позвоню кому-нибудь еще. Я могу позаботиться о себе сама, мне не нужно больше здесь оставаться.
— Значит, ты чувствуешь себя полностью выздоровевшей?
Почему она чувствовала, что это был вопрос с подвохом? Уинтер лихорадочно думала.
Ей определенно не нравился его взгляд. Уинтер сжала свою трость и начала пятиться назад, прочь от Вайпера. Она не представляла, куда шла, лишь знала, что Вайпер был перед ней, а Шейд внутри дома. Единственный оставшийся вариант — это создать немного пространства между ними, пока Вайпер не успокоится. Он был очень зол на нее. В ту ночь, в «Пинк Слиппер», он не потерял самообладания, когда дрался с членами другого мотоклуба, которые ополчились против него. Вайпер справился с ними с невозмутимым видом, полностью контролируя себя. Уинтер хотела увидеть хотя бы капельку того контроля
Вайпер следовал за ней, пока она пятилась назад, направляясь в сторону сада, где находилась беседка с качелями. Уинтер лихорадочно искала путь к отступлению, но не могла его найти.
— Разве ты не собираешься бежать?
Уинтер бросила в его сторону злобный взгляд в ответ на этот вопрос. Он подкалывал ее тем, что она не исцелилась на сто процентов.
— Да ты просто смешон! Это я должна злиться.
— Что дало тебе право злиться? Ты не носишь мое кольцо, я никогда не говорил тебе, что в каких-либо исключительных отношениях с тобой. Хотя бы раз я сказал тебе, что ты моя? За все то время, что знаю тебя, хоть раз я позволил тебе полагать, что был твоим?
Вопросы ударяли по Уинтер с каждым ее шагом.
— Нет, — честно ответила девушка, оказавшись загнанной в угол беседки с качелями. Когда она попыталась обойти их, Вайпер преградил ей путь, прижав к стене беседки.
— А когда я уезжал из города, и ты, пытаясь заставить меня ревновать, ходила на встречи с каждым одиноким папашкой из долбаного родительского комитета, что я говорил тебе?
— Хорошо проведи время. — Уинтер отвернула голову в сторону, не в силах взглянуть ему в лицо.
— Я мог бы тупо трахнуть тебя, как Локер Джеймс, но я хотел, чтобы ты узнала, кто я на самом деле до того, как погружу свой член в тебя. Я не всегда буду таким хорошим. Я не хороший человек. Никогда не был и не буду. Хороших людей всегда наебывают. Мой брат был таким. — Уинтер начала было спорить. — Ты — хороший человек. Я наебывал тебя. Смирись с этим, потому что я устал пытаться загладить свою вину. Я никогда не склонял тебя поверить, что между нами нечто большее, чем было на самом деле. И пока не смиришься с этим, ты будешь злиться на меня. Но я могу справиться со злостью, на самом деле это еще сильнее возбуждает меня.
Уинтер шокировано смотрела на Вайпера, когда он протянул руку, сдергивая вниз свитер с лифчиком и обнажая ее грудь. В смущении оглядевшись вокруг, Уинтер попыталась натянуть свитер обратно, в процессе роняя свою трость. Теперь одни члены клуба танцевали, другие были увлечены в свои сексуальные игры, не обращая на них никакого внимания. Уинтер знала, что никто ничего не мог видеть, так как Вайпер и беседка скрывали ее от всех.
Поймав ее руки и подняв их над головой, Вайпер начал обвязывать вокруг запястий мягким шнурком, свисавшим с боковой стены беседки.
— Вы, ребята, готовы ко всему. — Уинтер боролась с ним все то время, пока он связывал ее руки.
Вайпер рассмеялся.
— Мы стараемся.
И прежде чем Уинтер смогла сказать, чтобы он ее отпустил, Вайпер прижался к ее губам поцелуем настолько горячим, что ее мозг почти взорвался. Пытаясь отстраниться, в этот раз она надеялась быть более решительной. Но ее свитер был вновь спущен, и Вайпер втянул ее сосок в рот, дразня его зубами. Другой рукой он обнажил вторую грудь, сжимая ее снизу вверх, заставляя кровь приливать к соску. Уинтер прислонилась головой к стенке беседки.