Цель Вайпера
Шрифт:
— Обычно люди думают, что его символ — это карты или цепь.
Уинтер могла сказать, что на этот раз удивила Вайпера ходом своих рассуждений.
— Тогда они не знают Шейда, — сказал она иронично. — Эмблема военно-морского флота олицетворяет члена клуба? — спросила она.
— Его больше нет. Эмблема — это символ Гевина, — голос Вайпера стал мрачным.
Уинтер попыталась соскользнуть с его тела, но он удержал ее на месте.
— Я очень сожалею о твоем брате, — мягко сказала Уинтер.
— Райдер, Нокс и Гевин были
Слезы навернулись на глаза Уинтер, когда она увидела, что внутри он испытывает вину за убийство брата.
— Это не твоя вина, Вайпер. В этом никто не виноват, кроме моего жадного кузена. — Она опустила голову ему на грудь. Передвинув руку, Вайпер начал поглаживать заднюю часть ее шеи.
— Есть еще один символ, о котором ты мне не рассказала. — Переключил ее внимание Вайпер.
Уинтер подняла голову, глядя ему в глаза и видя, что он не проявляет к ней неприязни из-за поступков Винсента. Ее внимание вернулось к татуировке, она пристально рассматривала последний символ. Уинтер была почти уверена, что сами карты и были ключом, но она была в тупике.
— Джокер? — Вайпер покачал головой. — Козырь? Покер?
Его грудь подрагивала от смеха.
— Нет.
Уинтер сделала еще одну попытку:
— Лак (Примеч.: Luck — дословно можно перевести, как удача) или Лаки (Примеч.: Lucky — дословно можно перевезти, как счастливчик)?
Смех Вайпера прекратился, и он посмотрел на нее с удивлением.
— Ты хороша. Поздравляю.
— Он в вашем доме в Огайо?
— Нет, он все еще служит в военно-морском флоте. Лаки оставил службу на некоторое время, когда мы основывали клуб, но он скучал по службе.
— Вы были близки?
— Все члены-основатели близки, но да, с Лаки мы были близки. Он хороший брат, один из самых удачливых ублюдков, которых я знаю. — Вайпер пальцем коснулся колоды карт на своей груди. — Они называют эту колоду карт «Рукой Мертвеца». Лаки один из самых смертоносных сукиных сынов, которые когда-либо служили, и они отправляют его на такие задания, откуда люди обычно не возвращаются.
— Я думала, что это описывает Шейда.
— Что ты имеешь в виду?
— Его символ покрывает всю татуировку. Он защитник клуба, не так ли?
— Да, он наш инфорсер, — осторожно сказал Вайпер.
— Я видела, как он уложил нескольких из вас во время пикника. Потребовалось одновременно четверо мужчин, чтобы удержать его на месте. — Уинтер даже не пыталась скрыть восхищения в своем голосе.
— Ты видела это?
— Вряд ли я смогла бы пропустить это. Я думала, он оторвет бедному Чарльзу голову.
— Какому Чарльзу?
Уинтер пыталась скрыть улыбку, заметив, как Вайпер старается уклониться от правды, не показывая
— Школьный бойфренд Лили, я говорила тебе об этом раньше, — напомнила она ему.
— Почему ты думаешь, что его целью был этот ребенок? — он снова попытался уклониться. В этот раз Уинтер посмотрела на него красноречивым взглядом.
Разве он забыл, что она была директором старшей школы, где парни в первую очередь узнают о «братском кодексе»? — подумала Уинтер.
— Потому что Шейд хочет Лили? — ухмыляясь, спросила Уинтер.
— Что смешного? — Вайпер прищурился, глядя на нее.
— Что же, ему понадобится вся удача Лаки, чтобы добиться этого.
— Ты думаешь, у него не получится? — Вновь сработал «братский кодекс», когда Вайпер подумал, что Уинтер не видела Шейда и Лили хорошей парой.
В этот раз Уинтер попыталась уйти от ответа. Соскользнув с Вайпера, она встала с кровати и направилась в ванную комнату.
— Уинтер, он мой друг, и я хочу знать, — потребовал он ответа, когда она вернулась. — Ты думаешь, что он не достаточно хорош для нее? — в его голосе были слышны нотки гнева.
Уинтер остановилась, взглянув на Вайпера, и, нуждаясь во времени, чтобы подумать, как ответить на его вопрос, направилась к шкафу, достать полотенце. Завернувшись в него, она подошла обратно к кровати и села рядом с Вайпером.
— Лили прекрасная девушка. — Уинтер пыталась объяснить таким способом, чтобы он понял ее сомнения о возможности отношений между двумя их друзьями.
— Она привлекательна, — не спеша признал он.
Уинтер улыбнулась ему, давая понять, что не ревнует к красоте Лили.
— Она прекрасна, как снаружи, так и внутри.
— Да, прекрасна, — признал Вайпер.
— Разве Рейзер не обговаривал это с Бет? — с любопытством спросила Уинтер.
— Бет отказывается обсуждать Лили. — Тут Вайпер понял, Уинтер знала, что весь клуб был в курсе намерений Шейда в отношении Лили.
— Она очень оберегает Лили, но также Бет совершенно не видит намерений Шейда, — Вайпер опустил взгляд, и его лицо стало бесстрастным. — Зато я вижу, — сказала уверенно Уинтер.
— Скажи, к чему ты клонишь.
Вздохнув, она продолжила:
— У Лили много проблем, и я не знаю Шейда достаточно хорошо, чтобы утверждать, сможет ли он обращаться с ней с заботой, в которой она нуждается. Если он облажается, у него не будет второго шанса.
Уинтер дала единственное предупреждение, которое могла. Лили была ее подругой, и она не собиралась бросать ее на растерзание волкам. Единственная причина, по которой Уинтер предупредила Вайпера, заключалась в том, что от Шейда зависела защита «Последних Всадников». А Лили заслуживала кого-то достаточно сильного и способного защитить ее. Уинтер наблюдала за реакцией Лили в определенных ситуациях, и у нее было предчувствие, что девушка нуждалась защитнике.