Целитель 2
Шрифт:
— А давай скальпель, — предположил он лихо.
Запрос с подвохом. Затвердевание, когда Масло делаешь твердым, одна из базовых трансформаций. Как и к любой другой трансформации, надо либо иметь предрасположенность, либо потратить реально много усилий, чтобы овладеть этим направлением.
Которое применяется как в целительстве, так и в боевой магии. Получить твердым ядром, разогнанным до скорости звука, — это очень и очень неприятно, знаете ли.
Но да хрен с ней, с боевой магией. Вопрос в том, что показывать, а потом и рассказывать. Про степень моей расположенности конкретно к затвердеванию,
Про последнее я не сразу понял. А как понял, молчание уже затянулось. Глупо было бы переспрашивать, что за скальпель. Ну, то есть любой в больнице знает, что это за штука, а парню с улицы откуда знать? Или всё же здесь нет подвоха? Так и голову сломать можно. Подставил меня Аристарх Павлович. Как-то я не продумал, что другим целителям отвечать на вот такие вопросы.
Был и ещё один подвох. Создать по-настоящему твердый скальпель, которым и другой человек воспользоваться сможет, взять его в руки, займет где-то шестьдесят-восемьдесят капель чистой Крови. Сколько потребуется обычного Масла — я так сразу сказать не мог. Не проверял. Но чем больше примесей, тем и сложнее, и затраты выше. Так что меня сейчас попросили продемонстрировать высокий уровень контроля, потому что запаса из Источника на такое не хватит.
Я сделал, что просили, только схитрил. Создал лезвие без ручки, чтобы сэкономить заряд.
Так тоже можно. В смысле, это актуально в целительстве. Таким скальпелем можно управлять силой воли, не обязательно его хватать в руки. Что очень удобно. Собственно, поэтому и есть смысл тратиться. Ты создаешь ту форму, которая нужна. Идеально чистую, ещё и дезинфицирующую. Скальпель из Крови выйдет идеально острым. А главное — неважно, насколько у тебя руки трясутся. В лечебнице последнее неактуально, а на поле боя — ещё как.
Лезвие я создал где-то в полпальца длиной, сантиметр высотой. Тонкое и острое. Удерживал его не руками, а волей, заодно и этот навык демонстрируя. Что отдельное искусство, между прочим. У новичков любые объекты из Масла гуляют только так, следуя за хаотичностью мысли.
— Аристарх, дружище, ты это тоже видишь? — спросил хирург. — Мальчик, тебя когда учить начали, в утробе? Или ещё когда у папки…
— Степан, — перебил Аристарх Павлович, — давай без твоих шуточек. Не надо молодого юношу развращать и похабщине своей учить. К тому же мы договорились, что ты только смотришь, а лишние вопросы не задаешь.
— Меня же теперь любопытство съесть. Можно? — посмотрел он на меня.
Я кивнул, и он забрал лезвие. Бережно взял. И правильно. А то так и порезаться можно.
— Твердый, — сказал он. — Ещё и светится. Это какой уровень чистоты?
— Такой, что измерительный прибор на эти значения не рассчитан, — ответил Аристарх Павлович.
— Надо будет потом в деле эту красоту проверить.
— Не на живых, — осадил размечтавшегося хирурга целитель. — Олег обучение ещё даже не начал.
— Да-да. Я вижу, как он не начал. Все бы так не начинали, — хмыкнул мужчина. — Ладно, развеивай. Сегодня просто смотрим, что ты за фрукт такой.
У подобных трансформаций есть свои плюсы, часть из которых я озвучил. Также скальпель никогда не затупится.
— Как у тебя с загустением и растяжением? — спросил Степан Денисович.
— Что нужно создать?
— А сам как думаешь? — усмехнулся по-доброму он. — Перевязочный материал. Я видел, ты умеешь.
Так дальше и пошло. Двое целителей проверяли диапазон моих умений.
Если проводить весь список трансформаций, которыми чаще всего пользуются целители, то… Это загустение, чтобы делать заплатки и бинты. Растяжение — наделение Масла свойствами тягучести. Затвердевание — что я продемонстрировал в самом начале. Нагревание — когда надо согреть раненого. Особенно это важно при потере крови. Охлаждение — в случае ожогов, к примеру. Помимо этого, имелось наделение всякими свойствами. Такими как дезинфицирующие, снимающие воспаление, анестезирующие и так далее. Целитель много чего мог сделать с помощью Крови. Чем она чище, тем шире простор для лечения.
В боевой магии свои штуки были. Следующий уровень затвердевания — кристаллизация. У нагревания — кипение и горение. Кипение демонстрировал Иван Голыновский, будь он неладен. Как я понял, школа его отца как раз специализируется на подобных кипящих техниках. Гадкая штука. Ожоги от них особо неприятны.
Про боевую часть я ничего не рассказывал. Да меня и не спрашивали. Без того вопросов хватило. С моими демонстрациями.
Я ведь уже сказал, что для любой манипуляции предрасположенность и большая практика нужны, чтобы свободно их делать. Ну как большая… За полгода при средней предрасположенности чему-то одному научиться можно. Это в моем мире. Где целительство находилось на ином, более высоком уровне. Сколько здесь этому учатся — боюсь представить. Пару лет? Вот и получается, что я продемонстрировал куда больше, чем был способен изучить к шестнадцати годам физически.
Но чего переживать, если и до этого надемонстрировал всякого. Не делать же вид, что ничего не было и всем показалось.
В общем, погоняли меня эти двое по базовым вещам. Вопросы всякие позадавали. Да отпустили.
Аристарх Павлович сам меня обратно отвез, в палату, где у меня с ним состоялся разговор.
— Нам нужно обсудить с тобой несколько вопросов, — сказал он.
— Внимательно слушаю, Аристарх Павлович, — ответил я, перебравшись из каталки на койку.
— Из-за этой истории мне пришлось тебя задним числом учеником оформить. О чем ты уже в курсе, — он мне это рассказывал, когда инструктировал, что и как отвечать тайной службе. — Считай, это аванс. По умениям ты как опытный целитель действуешь, и я не буду спрашивать, откуда навыки, — выставил он ладонь перед собой, успокаивая меня. — Чтобы часть вопросов и подозрений в отношении тебя снять, ты должен сдать аттестацию на младшего целителя. Готовить тебя Демьян будет. Там основное — теоретическая подготовка. Учебники тебе предоставят.