Целитель 4

Романович Роман

Иван Петрович выдавил из себя улыбку. Эта чертова Клая явно была в фаворе и получила дополнительную власть сегодня. Именно ей поручили поиск новых кандидатов, а также разработку проекта по целителям.

— Издеваетесь? — не выдержал Иван Петрович.

— Наоборот, — улыбнулась женщина. — Хочу вам помочь. Но в обмен на услугу.

— Конечно, конечно, — оскалился мужчина. — Что же ты хочешь?

— Тень говорил, что завербовал молодого целителя. Это дело должно было перейти к тебе.

— Допустим.

— Может, отдашь тогда его? Тебе

явно сейчас не до тонкой работы, — одной лишь улыбкой Клая показала всё своё превосходство.

— Ещё чего.

— Жаль, это бы всё упростило, — вздохнула Клая. — Тогда мне нужна информация по лечебнице. Если поможешь, так и быть, я тебя как-нибудь отблагодарю.

— С такими расплывчатыми формулировками мы далеко не уедем, — ответил Иван Петрович, думая, что его хотят использовать.

— А представь, что лучше услышать Секретарю. Как ты отказался помочь в важном для всех нас деле или, наоборот, оказал неоценимую поддержку.

— Гм… — прогудел мужчина.

Он понимал, что его самым наглым образом собираются использовать, но… С другой стороны, а что оставалось? Только пойти навстречу и попытаться укрепить своё положение.

Глава 16

На следующее утро мне передали, что троица пациентов хочет меня видеть. Сделал это один из целителей — Софронов Дмитрий Даниилович. Мужчина тридцати шести лет, который специализировался на гистологии, то есть на тканях.

Перехватил меня в коридоре после планерки. Подробностей не сообщал, поэтому я удивился, когда в общей палате увидел троих «дедов». Дядя Коля спал, Жан общался со своим соседом, а Дмитрий Сергеевич читал газету. Первым меня он и заметил.

— Олег! — воскликнул мужчина.

— Дмитрий Сергеевич, утро доброе. Всё же добрались до меня. Только причины, кажется, не очень радостные, — оглядел я их.

— Досталось нам немного, — ответил мужчина, с интересом поглядывая на меня. — Николаю больше всего, но нас уже подлатали…

— Так, давайте я сначала сам гляну, а потом уже поговорим, — перебил я его.

Получилось не очень красиво, но увиденное мне не очень понравилось. Во-первых, старики выглядели как настоящие старики. Куда хуже, чем я запомнил. Словно не несколько месяцев прошло, а пара тяжелых лет. Во-вторых, у каждого были следы серьезного истощения, недомогания и полноценного заражения какой-то гадостью. Не проклятие, но около того.

— Давно здесь? В смысле, сегодня или вчера поступили? — спросил я, уже начав работать.

— Вчера вечером прибыли, но тебя не было. Нам сказали, что выходной, — ответил Дмитрий Сергеевич.

Как ни странно, но с ними уже успели поработать и убрать самые критические вещи. Далеко не всё, но в ближайшее время точно не помрут. Но можно же лучше, не так ли? Чем я и занялся.

От дела меня Дмитрий Даниилович отвлек. Я его заметил, когда он уже стоял, надо мной наклонившись.

— Опять самодеятельностью занимаешься, Васильев? — спросил он.

Я от неожиданности

вздрогнул. С закрытыми глазами сидел, кто вокруг — не видел. А он мне прямо это на ухо сказал.

— Дмитрий Данилович, — посмотрел я на него. — При всем уважении, отвлекать во время лечения чревато последствиями.

— Судя по тому, что я вижу, ты не только очищением занимаешься.

— У вас есть ко мне какие-то претензии?

— Аристарх Павлович давал добро?

— А чего это вы на юношу накинулись? — возмутился Дмитрий Сергеевич, которого я лечил. — Он хорошо всё делает! Я прямо ожил! Давно себя так не чувствовал!

— Ну-ну, — не особо поверил Дмитрий Даниилович.

Но отстал хотя бы.

— У тебя какие-то проблемы? — спросил Жан.

Болтать с соседом он уже закончил и повернулся к нам.

— Обычные рабочие интриги и игрища, — ответил я. — Не обращайте внимания.

Успокоив стариков, вернулся к работе. Пришлось менять подход на ходу и сводить всё к обычному очищению. Что тоже хорошо, но, помимо этого, там много чего есть.

Только вот и подставляться нельзя. До того как жалобу накатали, у меня вольница была, на которую глаза закрывали. Не в силу какого-то хорошего отношения, а банально потому, что Аристарх Павлович знал, что сделаю я всё качественно. А в некоторых случаях получше остальных целителей.

Но раз такая пьянка пошла, то лучше не подставляться. Поэтому я очистил дедов, перекинулся с ними общими фразами, о себе немного рассказал. Про их дела не спрашивал. Не в общей же палате это делать.

Пообещав, что ещё загляну, переключился на выполнение дневной нормы. В процессе заглянул к нашей ненаглядной Любочке.

— Любовь Казимировна, — перехватил я женщину в коридоре. — Можно вас на минутку?

— Чего тебе, Олег? — спросила она, по её меркам, вполне нормальным тоном.

— Есть свободная палата на четверых? Нужно трех пациентов переместить.

На троих палат не было, только на двоих или четверых, поэтому и вопрос такой.

— Трех? — задумалась она. — Которые тебя спрашивали? Так они же кочевники? Кто платить-то будет?

— Я за них заплачу.

— Сам? — удивилась она.

— Сам-сам. Эти деды мне, считай, жизнь спасли. Отблагодарить хочу, — сказал я. — Так что, найдется место?

— Я посмотрю, — пообещала она.

И посмотрела. К обеду стариков уже перевели в отдельную палату. Я в регистратуру сходил, на неделю им оплатил. Минус двести десять рублей за троих.

Сразу к ним не пошёл. Надо было ещё один вопрос уладить. Поэтому пообедал с Демьяном, поспрашивал у него на тему учениц. Стыдно признаться, но в последнюю неделю я девушкам совсем мало внимания уделял. А ведь они молодцы, стараются.

После обеда вышел из лечебницы и отправился искать ближайший таксофон. Откуда набрал магазин родителей Игорька. В лечебнице я бы не смог открыто говорить, а новые слухи мне не нужны. Ответил сам Игорь. Попросил его Дарью позвать. Вскоре она взяла трубку.