Целитель.
Шрифт:
– Что она рассказывает? Как ее будил во сне видела? А ко второму мы вместе подошли я только прикоснулся, он как заорет, я вообще ничего не делал.
– Ну ладно, никто тебя ни в чем не обвиняет, просто сделаем анализы, проведем тесты и поедешь домой.
– Анализы? Если только не больно. И все-равно мама когда приедет, тогда.
– Хорошо, иди в палату партизан.
Мама приехала через час, и не одна. С ней напросилась Ленка. Соскучилась. Я то, не успел, для меня все вроде вчера было. Пока мама общалась с глав. врачом, Лена рассказала школьные новости, передала приветы, похвасталась новым платьем. Слово вставить мне было некуда, только слушал. Потом пришла мама, сказала, что придется полежать еще с недельку. Дала
И началось. Какие только анализы у меня не брали. Одной крови несколько раз, моча, кал, волосы, слюна. С кожи со всех возможных мест мазки, хотели сделать пункцию спинного мозга, но я не дался. Даже заикнулись за анализ спермы, потом с сожалением согласились, что рановато. Рентгеном просветили все что можно. Еще подключали кучу аппаратов, назначение которых я не знал. Потом перешли к тестам, на мой взгляд, идиотским. Задавали тупые вопросы, показывали непонятные рисунки. Из разумного - просили угадать, что находится в закрытых конвертах, или назвать игральную карту. Я делал честные глаза, водил руками, пыхтел, напрягался, потом говорил, что ничего не вижу. Наверно переигрывал но доказать это было нельзя. Все это повторялось несколько раз, в конце концов, меня оставили в покое. Так как состояние здоровья у меня было в норме, пообещали на завтра выписать.
И так я довольный собой валялся в кровати, когда в сопровождении врача зашел мужчина лет 40, короткая прическа, костюм, жесткий холодный взгляд. Врач указал на меня и быстро испарился. Что-то мне это не нравится....
– Александр, давай выйдем в холл, побеседуем - предложил мужчина.
Я не стал спорить, молча поднялся и пошел за ним. Внутренности его мне были неинтересны, а вот карманы просканировал. Из интересного, обнаружился пистолет под мышкой и какое-то удостоверение, прочитать не смог. Мент? Как будто ничего криминального я не делал.
Уселись на диванчик под пальмами.
– Меня зовут Сергей Николаевич. Я отец Насти, той девочки, что с тобой лежала. Она мне рассказала о тебе. Да и так справки навел. Вот решил поближе с тобой познакомиться - начал гость.
– А звание у вас, какое?
– дернул меня черт за язык.
– Почему ты решил что я ...., что у меня есть звание?
– поинтересовался Сергей Николаевич
– Кобура выпирает - буркнул я.
– Наблюдательный. Тогда удостоверение показывать не буду, представлюсь так. Майор КГБ Шапошников.
Чего и следовало ожидать. Странно, что эта организация раньше мной не заинтересовалась. Вслух же говорю.
– И что от меня хотите?
– Сначала расскажи, что ты умеешь. Не бойся, это в первую очередь нужно тебе. Если у тебя есть какие-то особые способности, то тебе понадобится и наша помощь и охрана. Слишком много найдется желающих использовать тебя в своих интересах. Так лучше если это будут государственные интересы. Ты со мной согласен?
– Да конечно - попробуй не согласись - только после комы у меня ничего не получается. Раньше мог с помощью рук чувствовать, где болезнь и лечить, а сейчас не могу.
– А как же ты Настю с комы вывел? И второго мальчика?
Осторожно блин. Как по минному полю. Почувствует, что лгу и все - не отстанет.
– Сам не знаю. Я даже не уверен, что я вывел, а не сами проснулись. Просто раньше я чувствовал а сейчас нет а воздействовать, может могу, но ведь не знаю теперь куда.
– Хорошо, не буду сейчас тебя мучить. Ты все равно будешь теперь у нас под контролем. Когда подрастешь, вернемся к нашему разговору. Если способности вернутся, постарайся чтобы никто об этом не знал. Вот мой номер телефона, звони, в случае если будет нужна помощь. Я же твой должник все-таки за Настеньку.
На этом мы с ним расстались. Ну что же, пока складывается хорошо
В автобусе разговорился с соседом. Максим оказался сыном главы области (председатель областного совета). Как мне показалось неплохой парень, договорились держаться вместе, тем более были сверстники. Доехали без приключений, прибыли уже поздно вечером, нас покормили и разместили по комнатам. Мы с Максом попали в одну шестиместную на третьем этаже. Уставшие, завалились спать. А утром началось! Вожатая Юлия Николаевна, (Юлечка), после завтрака начала знакомить с графиком отдыха. Экскурсии, кружки, самодеятельность, литературные конкурсы и т.д. Кто-то робко поинтересовался - А на море мы попадем? Море пообещали - каждый день 2 часа.
И началась моя лечебная практика! Сначала солнечные ожоги. Когда я под видом массажа убрал ожоги у Макса, начали проситься остальные ребята с отряда. Впрочем, я это делал легко и с удовольствием - особенно девочкам. Потом начались пищевые расстройства, ссадины, ушибы. Я сам предложил помочь одному другому, а дальше уже весь отряд, а потом чуть ли не весь лагерь шел за помощью не в санчасть, а ко мне. Лагерный врач сначала довольная, что ей попалась такая здоровая смена нежилась в кабинете, потом забеспокоилась и отправилась выяснять причины. Вожатые (в основном студенты пединститутов) ей объяснили, в чем дело. Им то, какая разница - главное все здоровы. Разгневанная тем, что у нее отбирают хлеб, врач помчалась искать меня. Меня же в это время одна из девочек попросила убрать у нее родимое пятно, на животе, чуть ниже пупка. Мы уединились у девочек в комнате, я уже практически завершил работу, рассчитывая получить плату в виде поцелуев, как в комнату врывается разъяренная врач (кто-то сдал наше местонахождение). И что она видит? Девочка лежит на кровати с задранной майкой, а я вожу рукой у нее по животу (можно было и не касаться, но так же приятней правда?). Через полчаса мы стояли перед директором лагеря. Когда закончился длинный монолог врача о падении нравов и об оказании неквалифицированных медицинских услуг директор в недоумении спросил.
– То есть вы хотите сказать, что вот этот мальчик, в течение недели лечил весь лагерь? И притом успешно раз никто после к вам не обратился?
– Я не знаю, кого и как он лечил - отбила удар докторша - но если бы что- то случилось во время его лечения, кто отвечал бы? Вы и я.
– А ты что скажешь?
– наконец мне предоставили слово.
– Что может случиться, я только ушибы, ожоги лечу. Я не операции делаю. И никаких лекарств не даю. Если что серьезное я бы и не подумал браться