Целитель.

Майнер Алекс

Представляю что она на рассказывала!

– А какие уколы?

– Какие доктор прописал.

– Я сам будущий доктор. Вот приду сюда работать, будешь у меня подчиненная. Тебя как зовут?

– Зовут меня Маша. А пока ты больной, я тут командую. Так что, будущий доктор, заголяй попу!

– Я тебе тоже потом такие команды буду давать!

Смеётся зараза, а сама шприц наполняет, придется подставлять зад.

Хотел крикнуть погромче, когда уколет, но не услышал укол. Умелая. Надо попросить пусть потренирует

уколы делать. Хотел еще к ней поприставать, но она быстро убежала. Так, что тут Настя принесла, и правда каша, сок, апельсины, шоколадка, журнал - 'Мода'! Вот только моды мне сейчас и остается изучать. Нет, надо сбегать отсюда.

– На завтрак!
– заглянула медсестра. Не Маша, другая. Посмотрел на кашу....нет, пусть стоит. В столовой народа немного, на завтрак тоже каша, только не манная, а пшеничная, котлета, салат, чай и хлеб с маслом. Челюсть побаливает, но есть можно. Управившись с завтраком, иду на разведку, изучать, куда меня занесло. На входе в наше отделение написано - Хирургическое отделение. Этажом ниже - Урологическое. Выхожу во двор, ничего интересного, лавочки деревья. Грустный, возвращаюсь в палату, на полпути перехватывает Маша

– Где ты бродишь? На процедуры давай!

– С тобой хоть на край света!

Смеётся, ведет в процедурную. А вот она чего смеялась, там распоряжается толстая пожилая женщина, не знаю врач или медсестра. Делают УВЧ на ребра, мажут лицо мазью

– Как мазь называется?
– интересуюсь - я в медицинском учусь, надо знать, а то спросят, чем меня лечили.

– Троксевазин. Плохо учат, хороший врач мазь по запаху должен определять

– Я только на первом курсе - меня задело - и не на фармацевта. Врач должен болезни определять. Вот у вас, например, желчекаменная болезнь, камни большие нужно удалять. И давление повышенное.

– Да, правда - удивленно смотрит она - меня три дня по анализам гоняли, пока диагноз поставили. Где ты раньше был?

Больше меня не трогали, обед по расписанию, тихий час. Ребра болели даже не поломанные, от лежания. В палату зашел капитан милиции, я подумал к раненому, но нет, подходит ко мне.

– Капитан Свиридов.- представляется - я следователь, веду дело по нападению на тебя и гражданку Шапошникову. Нужно от тебя заявление и составить протокол. Одного кстати уже задержали, трое тоже известны. Одного только не знаем пока. Может, запомнил приметы какие-нибудь, имена назывались?

– Уже темнело, особо не рассмотришь. У одного морда расцарапана - улыбнулся я - больше ничего. А что, могут посадить?

– Нанесение тяжких телесных повреждений группой лиц. От пяти до восьми. Не могут, а посадим.

Закончив с бумагами, он ушел, я следом вышел во двор. Вижу на лавочке двух девушек в больничных пижамах, кажется с нашего отделения, в столовой видел. Направляюсь к ним.

– Куда собрался? Вот ни на минуту оставить нельзя, сразу по бабам!
–

Настя уже в другой одежде, когда успевает переодеваться?

– А что, вот журнал 'Мода' насмотрелся, хотел подискутировать о длине юбок.

– Он у тебя?! А я думала потеряла! Меня Юлька просила принести, прихожу в институт, а его нет. А 'Техника Молодежи' лежит, который тебе несла.

– Лучше учебники мне принеси, и что проходили, рассказывай. Кстати мент приходил, показания брал.

– Да еще ничего интересного не было. А милицию папа напряг, они их из-под земли достанут. Ты кашу съел?

– А ты ложку принесла? Чем мне, руками есть?

– В столовой нет ложек? Хоть в холодильник поставил? Ну, блин, мужики!

Я обнял её, хотел прижать, но скривился от боли в ребрах.

– Болит? Пойдем, сядем. Что тебе еще нужно будет принести, я вечером буду?

– Это тебе в общежитие надо будет в комнате у меня, носки, трусы, из книг я напишу список, ручку, пару тетрадей. Еду не носи, тут кормят нормально.

– Ребята сказали, завтра навестят, Лешка, Юля, Руслан. Не вздумай никого тут лечить, потом не выпишут совсем, будешь работать до пенсии.

Вечером уколы пришла делать другая медсестра, а я уж было шоколадку приготовил.... И больно делает, чему её учили? Разговорился с пришедшим в себя сержантом. Молодой, только после армии. Жалуется, болит, вдруг забыли там ножницы или скальпель. Я даже посмотрел, ничего нет, просто швы пока заживут. Ему говорить не стал, когда уснет, чуть подлечу. Или усыпить можно, чтобы не знал. Заходит медсестра

– К тебе пришли - Настя, кто же еще. Выхожу, в коридоре у входа Макс. Он то откуда знает? От Насти не может, они незнакомы. После дежурных вопросов о самочувствии Макс, помявшись спрашивает

– Из милиции были уже?

– Да, утром приходил следак.

– Тут такое дело.... Я как бы не при делах, меня просто попросили с тобой поговорить. Один из тех парней сын .....ну в общем, одного уважаемого человека. Если о нем забудут, то тебе будут благодарны и при случае пригодятся тоже. К тебе с их стороны никаких претензий нет, они сами виноваты, остальные четверо шавки, пусть сидят.

– Макс, по поводу забудут, пусть не мечтают. Знаешь кто отец моей девушки?

– Кто?

– Зам. начальника областного управления КГБ. Так что ему предлагать забыть бессмысленно. У меня лично претензии только к одному, самый здоровый из них который, с остальными на улице столкнусь, не узнаю. Так что пусть договариваются с теми, кого взяли - не сдадут, останется на свободе. Я так и следаку сказал - в лицо никого не запомнил.

– Я понял. Так и передам, пусть думают. Тогда выздоравливай, выпишут - знаешь, где живу, приходи в любое время буду рад.

Пришедшей следом Насте о визите Макса говорить не стал. Интересно будет, если это окажется тот, расцарапанный.