Целитель
Шрифт:
Меня, признаться, удивило такое стремительное «продвижение по службе».
– Обсудим перспективные планы работы объединения завтра вечером в холле отеля «Континенталь». Вы сможете?
– Безусловно.
Она удовлетворенно кивнула головой.
Потом сунула мне визитку и ушла.
– Извините, необходимость, меня ждут в объединении «Байтерек».
Мне показалось, что я становлюсь ближе к чему-то.
Загадка была во всей этой женщине: загадочны глаза, спрятанные за тёмными стеклами очков в дорогой
Всё было интересным и привлекательным. Жизнь вмиг преобразилась и блеснул в ней огонёк надежды – непонятно на что, неизвестно зачем.
Бывают же люди, которые иногда освещают нам серые будни: одни совсем коротко, другие дольше. Кто-то на мгновение блеснет мыльным пузырем на солнце и лопнет, но жить-то на это мгновение становится веселей.
_________________________
Следующим вечером мы встретились в огромном холле отеля. Играла живая музыка – скрипка и фортепиано, было много людей, они увлечённо беседовали, пуская клубы табачного дыма. «Видно вся деловая Астана здесь назначает встречи», – подумалось тогда.
Никонова была подчеркнуто красива. Видимо, она немало времени проводила у зеркала, чтобы справляться с проблемами, которые преподносит возраст. И справлялась неплохо.
Одета всё в те же сумеречные тона, она подошла неожиданно и села напротив. Официантки её знали, потому сразу приняли заказ.
Я заёрзал на месте.
– Не волнуйтесь, – угадала она мои мысли, – плачу я, так как вас пригласила. И потом, я – состоятельная женщина, которая может себе позволить маленькие прихоти.
– Вы ставите меня в неловкое положение.
– Ничего подобного, в неловкое положение нас ставит судьба, которая, впрочем, у каждого своя.
– Вы верите в судьбу?
– Скорее, в предназначение. У каждого – своё, и скрыться, деться, убежать – невозможно.
– Что же прикажете делать?
– А ничего… Готовиться к смерти. Все мы находимся на этом пути и, философствуя, учимся умирать.
– Спасибо за урок, Тамара, но я знаком с речами Цицерона и «Опытами» Монтеня.
– Я сразу поняла, вы – неординарный человек.
– Всякий идиот может начитаться Монтеня и цитировать направо и налево. Считаю, что это не есть признак неординарности.
– Не скажите, – задумчиво ответила Никонова и стала вытаскивать из сумки книжки. Три штуки, одна за одной.
– Я вам подписала свои опыты, хочу, чтобы вы с ними ознакомились и вынесли своё суждение. Например, Штерн говорит, что я испорченная богачка и издавать книги мне позволяют только деньги, которые я, кстати, зарабатываю сама. Надеюсь, вы мне свою книгу подарите?
– Спасибо, непременно прочту, – ответил я с благодарностью. – Насчет моей книги – обязательно… Просто с собой нету.
Мне было неловко.
– Вы говорили о планах?
– Планы подождут. В первое наше знакомство вас шокировало моё признание?
– Какое?
– Насчет того, что все мы из других миров.
– Признаться, да. Неожиданно…
– Подумали, сумасшедшая тётка?
– Скорее, оригинальная.
– Но это – правда.
– Что?
– Что все мы из других миров.
– Хорошо, – согласился я, – допустим. А здесь зачем?
– С единственной целью помочь добру победить зло.
– Каким же образом?
– Надо делать побольше добрых дел: помогать неимущим, поддерживать слабых, содействовать прогрессу.
– То есть пытаться менять судьбу отдельных людей? А как же общество в целом? Как же первопричинные истоки добра и зла, живущие и поныне?
– А как насчёт современных верований?
– Какое хорошее слово вы применили – верований! Вы имеете в виду иммортологию, уфологию и тому подобное?
– И это знает! – вскликнула Тамара. – Ну-ну, мне уже интересно…
– Дело в том, что совсем недавно я опубликовал статью об этом в «Вечерке», могу немного процитировать, если угодно.
– Это чуть позже, – ответила Никонова, и быстро переспросила, – а как насчёт истинного знания? – и посмотрела испытывающе.
– Боюсь, что никак, – ответил я, смутившись и почти догадываясь, о чём идёт речь.
– В субботу, в моем офисе, – таинственно прошептала она. – Вам кое-что откроется.
«Да, эта женщина – бездна всего», думал я по пути домой. Но как-то не так представлялись мне Координаторы – люди, облеченные Знанием. Она симпатичная женщина, но у неё черные глаза и общаться с ней трудновато, уж очень непререкаема. Возможно, у них такой стиль общения».
Но в субботу на заседание «Гармонии» я пошёл, жаждая для себя открытий, благодаря которым жизнь моя нынешняя перестанет быть такой томительной. «Возможно, она – из Них».
Но на этот раз от Истины я был как нельзя дальше.
Много раз задавал и задаю себе один и тот же вопрос.
Берёзка вдалеке – это Истина, или берёзка?
Что изрекает стоящий со мной рядом человек: Истину или ересь? Хотя, по признанию ученого-протестанта Рассела: «Ересь никогда не торжествует. Почему? Смею сказать, если ересь восторжествует, никто не дерзнет её назвать ересью».
Моё нынешнее состояние – это поиски Истины, или бесконечная жажда воспалённого ума? Но воспалённого, значит, больного. Я болен, или просто жажду чего-то?… Нет ответа. Скорее всего – это одно и то же.