Цемра

Змрок Станислав

Перед ним предстало подобие пещеры, где можно было бы стоять в полный рост, но дальше полость была перекрыта тонкими мембранами, а в промежутках между ними ничего нельзя было рассмотреть — у Артура были слишком плохие очки. Недолго думая, парень залез внутрь монстра и сделал десяток шагов вглубь. Теперь он смог заглянуть за мешавшие обзору мембраны и увидеть серые наросты на дне, образующие своеобразный постамент.

То ли минуту, то ли целую ночь он всматривался в то, что возлежало на этих наростах, силясь отыскать в памяти подходящий образ.

— Аня! Ань… это ты?

* * *

Артуру

пришлось дожидаться следующей ночи в мастерской электронщика, зато у него было достаточно времени на подготовку. Парни трижды обсудили каждую деталь миссии и тщательно подготовили снаряжение, а к вечеру Артур хорошо выспался. С наступлением темноты Саня проводил его на Дорогу и попрощался зловещим напутствием:

— Помни, ночные ахи-страхи боятся только внимательных и осторожных. Остальные просто не возвращаются из темноты.

Вероятно, Артур был достаточно внимательным и осторожным, так как никаких страхов не встретил в ту ночь. Ему даже нравилось одиноко шагать на запад вдоль проржавевшей железной дороги, а потом, не доходя до Военного городка, по ведущей на юг разрушенной временем бетонке. Когда-то эта дорога связывала военные части, военный городок, военный полигон и, главное, военные склады в единую структуру. Удивительно, какими кровожадными раньше были люди — все у них было военным!

По совету Сани парень прошел по бетонке лишь до перекрестка с ведущим в Прилуки асфальтовым шоссе. Если кто-то уже направился на военные склады, то для конспирации лучше пойти в обход. А это хороший повод заглянуть в обещанное Саней хранилище ништяков!

Городок встретил его удручающим запустением: люди не нашли причин возвращаться сюда. Низкие здания не более чем в три этажа возвышались вдоль заросших чахлой травой улиц, провожая парня черными провалами оконных проемов — там, где стены вообще сохранились. Старожилы рассказывали, что когда-то через городишко проехала колонна бронетехники и грузовиков, подбирая всех, кто не успел эвакуироваться. Несмотря на ураганный огонь из всех стволов, в поле вырвалась лишь половина машин. До Шахт и вовсе никто не доехал — лишь жалкий ручеек из солдат и гражданских дотек по железной дороге до безопасного места. Так закончилась последняя война человечества, и с тех пор никто не заводил под открытым небом двигатели и не передергивал затвор.

Твари научили людей ценить жизнь.

И сейчас это место выглядело каким-то… умиротворенным. Артур тщательно огибал Червей и перевернутые остовы машин, под которыми могли спать твари. Пару раз, избегая проходить через перегородившие улицу заросли, парень пробирался через полуразрушенные дома. В конце концов, он нашел нужное ему место — несколько длинных зданий за бетонным забором. Ворота склада, и передние, и боковые, были заперты на замки, но полазив среди нагромождений металла и стройматериалов, Артур обнаружил хлипкое окно пристройки, сквозь которую можно было попасть на склад. Беглый осмотр выявил множество пыльных коробок, как расставленных на больших стеллажах, так и наваленных огромными кучами между ними. Увидев, что разбираться с этим барахлом можно много недель, парень решил заглянуть сюда на обратном пути и потратить день на поиск достойного «хабара». По-настоящему он займется этой работой когда-нибудь потом, когда соберет группу хотя бы из четырех человек.

Спустя час Артур уже осторожно пересекал поля, обойдя по открытому месту

заброшенную деревню к югу от города — последнюю на пути к военным складам. Дороги здесь давно не существовало, но парень довольно ловко держал путь по сравнительно голым гребням холмов, воображая себя Лоуренсом Аравийским, странствующим по далекой жаркой пустыне. Лишь в одном месте ему пришлось спуститься в густые заросли и перейти через почти высохшую речку — странно, что при вечной сырости она, наоборот, не стала полноводной рекой.

Только подойдя к бывшим полям, когда-то отделявших сельскохозяйственный район от складов и полигона, Артур понял, что от горизонта до горизонта он единственный живой человек — один на дне враждебного темного моря. Справа от него поле окаймляла заросшая канава, слева — громоздился сухостой. Ему нужно было пройти в промежутке между деревьями и канавой. Но глядя в темный провал пути, на серые ветви на фоне пустого неба, Артур вдруг почувствовал себя таким маленьким, таким заброшенным и потерянным, что у него защемило сердце.

Совладать с собой помог очередной совет Сани: если начнет кошмарить — займись бытовухой. Да и по времени давно стоило сделать привал. Подкрепившись, Артур вновь взглянул на жизнь оптимистично, и продолжил путь.

Через пару часов он, наконец, дошел до складов. Осмотр через тепловизор не выявил ничего интересного, все было спокойно. Артур отправился по намеченному Саней маршруту, осматривая подходящие места для скрытого наблюдения и каждый раз удивляясь прозорливости электронщика: почти каждое указанное на карте место позволяло незаметно следить за складами через тепловизор, и перемещаться между лежками парень мог так же незаметно. Вскоре он составил полукруг из наблюдательных пунктов, обходя которые, он мог хоть целую ночь со всех сторон держать под контролем склады и подступы к ним.

Никто в ту ночь не объявился, и едва засерело утро, Артур отправился в обустроенное разведчиками укрытие на складах. Обе двери тамбура не были заперты изнутри на засовы, а в помещении парень обнаружил пыльное запустение — никто не пользовался убежищем как минимум год. Запершись, и разложив пожитки на деревянном столе, Артур вскипятил чаю и перекусил. Электрическая лампа на столе не работала — не было электричества, так что пришлось достать из рюкзака собственный фонарь. Спать еще не хотелось, и, потратив час на чистку и осмотр одежды и снаряжения, парень заинтересовался железной лесенкой, ведущей к деревянному люку в потолке. Артур поднялся по лестнице в верхнюю комнату и обнаружил, что кто-то превратил ее в пункт наблюдения: окно было наглухо закрыто стальным листом, зато с потолка свисала труба перископа. Во вделанных же в оконный щит приспособлениях он опознал крепления для приборов и камер. Отодвигать шторки приспособлений Артур не рискнул, предпочтя воспользоваться перископом.

Снаружи было уже совсем светло. Безликая, безрадостная земля открывалась перед взором: еще более убогая и уродливая, чем при взгляде через ночные очки, и бесконечно далекая от той цветной красоты, что показывает тепловизор. Интересно, если приборы делают все лучше, чем есть на самом деле, то не относится ли это и к тем видеозаписям старого мира? Ради душевного спокойствия лучше считать, что видеозаписи тоже врут, а то как подумаешь какой мир потеряли люди, так и жить не захочется.