Цепь Севера
Шрифт:
В то мгновение, когда Федор уже мог рассмотреть отдельные волоски на головах нападавших, в него что-то с силой врезалось и снесло в сторону, словно пустой пластмассовый манекен. Мир вокруг закрутился, словно Федор катался на мчащейся будто ветер, большой карусели, а затем почувствовал удар.
Салтыков сначала катился, затем кувыркался по идеально подстриженному газону, а когда остановился, выплюнул изо рта пучок свежей травы.
От группы атакующих отделился небольшой отряд и быстро стал приближаться к Салтыкову, на ходу отбиваясь от летящих в спину
– Этого я беру на себя, - раздался зычный голос, когда Федор поднимался с земли.
Его щиты сработали как надо, впитав в себя весь урон от падения, поэтому не получив ни единой царапины, Федор, хоть и был огорчен неудачной атакой, но оставался полон решимости продолжить и выиграть бой.
Ряды атакующих расступились, и из-за их спин вышел коренастый мужчина, в руках он держал огромные кастеты, с выпирающими вперед острыми, загнутыми лезвиями.
– Ты за это ответишь, - прошипел Салтыков и бросился на врага.
Силуэт Федора превратился в одну смазанную нечеткую линию. Из-под его ног, в разные стороны полетели клочья земли, а кожа на лице мгновенно нагрелась от потока встречного воздуха.
– Какой прыткий, - сказал противник с кастетами, после того как сумел увернуться от атаки Федора. – Давай отойдем, а-то еще мальчишек зацепим.
После этих слов из его рук исчезли кастеты, а Салтыков даже не успел понять, что случилось. Просто в одно мгновение мужчина исчез, а затем что-то ухватило Федора прям за лицо, и он начал стремительно удаляться от атакующих.
Поняв, что его просто тащат за собой, как нагадившую на ковре шавку, Федор опять зарычал. Такого унижения он не испытывал никогда, даже мать не смела с ним так обращаться.
Извернувшись, Салтыков смог вырваться из стальной хватки и почувствовал, как по щекам потекла кровь. Незнакомец оставил на висках Федора глубокие раны и это окончательно привело его в ярость.
– Я убью тебя, - прошептал он, смотря на ухмыляющегося человека. – А затем всех, кто пришел вместе с тобой.
– Хотелось бы это увидеть, - ответил ему противник и в следующий миг его руки снова держали кастеты.
Неожиданный хлопок взорвавшегося щита заставил Федора вздрогнуть. Мужчина снова, исчез и появился прямо перед ним, с легкой улыбкой и кажется, даже немного скучающим взглядом.
– И это всё? – спросил он. – Вот она, хваленая сила Салтыковых? Я думал смогу хоть немного развлечься, на старости лет.
– Я тебя развлеку, - ледяным тоном произнес Федор. – Поверь, ты точно будешь доволен.
В следующий миг, тело Салтыкова медленно затряслось, а камни на земле, лежащие вокруг его ног, начали подскакивать и подниматься в воздух. Глаза Федора наполнились тьмой, а в руках появилась острая пика.
Мергером Салтыков овладел недавно и еще плохо освоился с новой силой, но сейчас был уверен, что другого выхода нет. Кто его враг, Федор не знал, да не хотел знать. Всё, о чем он сейчас думал, это об оскорблении, которое ему нанесли.
Громко выдохнув, он обратился внутрь себя, ухватил нить канала, связывающую
Он ощущал, как его разум тает, вымываемый быстрой рекой, а мысли становятся примитивнее. Словно зверь, Федор хотел напасть на врага, разорвать его, поглотить силу и отправиться дальше, на поиски новой добычи.
Форма тела Салтыкова менялась, его мышцы стали больше в размерах, рост увеличился, и одежда, не выдержавшая такой нагрузки, распадалась на тонкие лоскуты.
– А ты не лжец, - заметил мужчина, после того, как закончилась трансформация Федора. – И правда, возможно, у тебя получится меня развлечь.
Он специально не нападал, дожидаясь пока его противник осуществит то, что задумал. В конце концов, в победе над слабым нет чести, а если, точнее, когда, он справится с Салтыковым в момент пика силы, это сломает зарвавшегося аристократишку и получать ответы станет намного проще.
– Аргх, - прорычал Салтыков и разведя свои огромные руки в стороны пошел на врага.
В одной руке он продолжал держать пику, острие которой было направлено прямо в лицо его жертвы, но и вторая рука не была безоружной. Острые, словно скальпель, когти украшали её, а вспышки взрывов, небольшими искорками отражались на их игольчатых концах.
– Нападай, - сквозь шум бушующей в теле крови, услышал Федор.
– Помимо тебя, тут еще столько дел…
Договорить мужчина не успел. Федор бросился на него, не издав ни малейшего звука. Даже земля, вылетевшая из-под его ног, сделала это с небольшим опозданием, настолько быстрым он был.
Берег реки Ледовички.
– Матвей Егорович, - обратился к главе рода один из его бойцов. – Так же, как и вчера. На берегу следы лагеря, скорее всего, они каждый вечер встают на ночевку. Если будем идти без остановки, нагоним их как раз перед фортом.
– Тогда возвращаемся в лодку, надеюсь эта посудина не развалится по пути, - Матвей поднялся обратно на борт корыта, которое ему выделил Велихов.
Проклятый торгаш совсем страх потерял, но ничего, как только он разберется с этим иномирцем, возьмется и за Макара. Он у него попляшет, в конце концов, они все на его земле, он здесь хозяин и сам император ему не указ.
В глазу Матвея что-то кольнуло, и он начал тереть его, пока не понял, что это не помогает.
Наверное, какая-то мошка попала, подумал Матвей и потребовал дать ему зеркало.
Двумя пальцами разомкнув упирающиеся веки, он стал разглядывать покрасневший глаз, но причину боли так и не мог найти.
– Дайте свет, - рявкнул Матвей и через секунду над его головой засияло чужое плетение «светлячка».
Глаз болел всё сильнее, и Громову стоило неимоверных усилий бороться с желанием сильно зажмуриться и перестать пытаться что-либо в нем разглядеть.