Цепь Севера
Шрифт:
– Что ты, мать твою, натворил?
Арттийский форт, большой зал
Наблюдая как ошарашенные люди поднимаются с пола, я ощутил, как внутри меня что-то дернулось. Словно какая-то частичка решила вырваться на свободу, и тянулась куда-то вниз, к чему-то, что находилось под моими ногами.
– Правин, я серьезно, - ощутив новый рывок, сказал я. – Убирайтесь отсюда, живо!
Пол под ногами затрясся, со стен снова посыпалась пыль и шатающиеся балки остатка крыши. Всё, что было крупнее человеческого ногтя, я отбил цепями, а остальное никак
Во время демонстрации моей новой силы, защитный конструкт ветром сдуло, в прямом смысле этого слова. Поэтому, когда мелкие камушки и осколки посыпались на поднимающихся с пола людей, по залу пронеслась разноголосая отборная ругань.
– А ты точно не обратишься? – спросил подполковник, отряхиваясь.
По его лицу было видно, что он поражен тем, на что я способен, а еще озабочен моей внезапно выросшей силой.
– Точно, - ответил Правину Крест. – Тем более, он не останется здесь один.
В этот момент, из двери, находящейся в противоположном от входа, конце зала, вылетел человек. Длинные неопрятные светлые волосы, такая же борода, и горящие синим огнем глаза.
Он буквально ворвался в зал, словно вихрь, и, развернувшись, запустил в дверь несколько потрясающих своей силой конструктов.
Лезвия ветра буквально разрезали камень, из которого состояла стена, а воздушный таран, ударивший вслед за ними, обрушил кладку, завалив проем, из которого появился мужчина.
– Торчин, - ошарашенным голосом произнес Рыжий и вдруг исчез. А затем, уже в моей голове, добавил. – Если что, скажешь, что меня никогда не видел!
– Да пошел ты, - ответил я, наблюдая за тем, как Торчин Громов, быстрым шагом приближается к нам.
– Убирайтесь, - хриплым голосом произнес он, смотря на обалдевших людей. – А ты, сколько у тебя времени?
Этот вопрос был адресован мне, но попытавшись ответить, я вдруг ощутил новый толчок внутри. На этот раз он был таким сильным, что мне пришлось встать на колено, чтобы совсем не упасть.
Голова закружилась, а в глазах потемнело, и я снова ощутил давление, которое оказывал на меня страж. В тот момент оно было таким, что мне казалось, будто еще мгновение и меня просто раздавит, даже где-то на задворках сознания услышал хруст моих собственных костей.
А затем отпустило, мир снова приобрел краски и у меня получилось вдохнуть пыльный воздух, который в тот момент казался самым свежим, за всю мою жизнь.
– Сколько? – подойдя ко мне спросил Торчин.
– Вот так… сразу… с места… в карьер? – пытаясь отдышаться спросил я, но видимо, древний маг моего юмора не оценил.
Он еще сильнее нахмурил кустистые брови, а руки, обвитые тугими жгутами мышц, ухватили сразу пару цепей и по ним потекли синие символы неизвестного мне конструкта. Видимо, какие-то знания, этот человек уберег, даже от своего артефакта.
– Час, может два, - подтвердил он слова Рыжего. – А где эта вонючая подмышка сарвакса?
– Сказал, что его нет, -
– Это тоже твой проводник? – спросил настороженный Кучин, медленным шагом приближаясь к нам.
– Нет, это Торчин Громов, - сказал я и снова ощутил толчок.
Кучин чуть на колени не плюхнулся, а обожание и трепет, с которым он смотрел на первого Громова, было в глазах и других членов ордена. Единственным, кто хоть что-то сказал в образовавшейся паузе, был Правин. Подполковник, с восхищенной интонацией в голосе, громко выругался, и спокойно направился к выходу.
– Теперь, ребята, нам здесь точно нечего делать, - это были единственные его приличные слова.
– Простите, я… - Кучин подошел к Торчину и попытался его коснуться, на что тот чуть не зарядил храмовнику в лоб.
– Я не из этих! – отойдя от Кучина на два шага произнес первый Громов.
– Простите! – снова, но уже смущенно произнес Кучин.
– Это твои верные последователи, - поднимаясь на ноги, с улыбкой, произнес я. – Палыч, член Ордена Хранителей Сути, вон те два блаженных, тоже оттуда, - указал рукой на глупо улыбающихся близнецов.
– Понятно, - уже спокойнее произнес Торчин. – Но всё равно, не трогай меня. И валите уже на хрен отсюда!
– Конечно-конечно, - залепетал храмовник и спиной вперед направился в сторону выхода.
– Теперь ты, - первый Громов уставился на меня суровым взглядом. – Объясни, на кой черт ты нажрался этой проклятой дряни?
– Выбора не было, - пожал плечами я. – Угурлак напал, а наш щит был без ментальной защиты.
– Ужас, с кем приходится работать, - покачал головой Торчин. – Ладно, там, снизу, сейчас появится такая большая и отвратительная штуковина. Нам придется её быстренько упокоить, а потом займемся твоими проблемами. Это она понаделала разрывов за стеной форта.
– Каких разрывов? – не понял я.
– Потом увидишь, - махнул рукой древний маг.
От первого Громова исходила какая-то невероятная сила и уверенность. Удивительный человек, тысячу лет просидел в тюрьме, из него ежедневно выкачивали силу, а он всё равно кажется сильнее всех людей в округе вместе взятых.
Хотя нет, скверна, что была во мне, её количество и та сила, которой она меня наградила, если не ставили меня с ним в один ряд, то, думаю, отставал я от него не на много ступеней. По крайней мере сейчас.
– Чего застыл, родственничек, - подмигнув мне, сказал Торчин. – Сейчас полезет.
Он оторвал от остатков своей рубахи кусок ткани и собрав растрёпанные волосы за спиной, перехватил их этим лоскутом.
Арттийский форт, плато за стеной
Игорь Миров, теряя остатки самообладания, уже был готов бросить всё и начать, с помощью родового дара, закрывать разрывы, из которых толпами валили порождения скверны.
Их было так много, что даже его желание заглянуть в портал хоть одним глазком, отошло на второй план, по сравнению с мыслями о собственной безопасности.