Цербер
Шрифт:
Кэрби связался с Громом, спросив:
— Ну что? Они выходят?
— Выходят, Командор! Первые появились!
— Отлично… — выдохнул Морфеус.
Он отлично понимал, что если бы телохранители получше перегруппировались и нанесли удар, то у них все могло получиться. Но проблема заключалась в том, что они не слишком хорошо сработались, действовали независимыми группами, так и не выбрав централизованного управления, и, кроме того, не знали, какими силами располагает противник, не знали, что от всей абордажной команды
— Теперь разберемся с чертовым линкором… Он еще на связи?
— Так точно, — закивал связист.
— Включай…
На экране появилось изображение пожилого флотского полковника. Он не стал кричать, задавать дурацких вопросов и требовать от захватчиков невыполнимого. Лишь представившись, спросил:
— Полковник Карела, командир линкора «Гепард». Что вы хотите?
— Люблю умных людей, схватывающих сразу суть, — не удержался от колкости Кэрби, ожидавший истерики с угрозами и прочими пошлостями. — Но никаких требований у нас нет.
Морфеус сполна насладился произведенным эффектом. Глаза полковника округлились, а лицо вытянулось. Полковник даже беспомощно обернулся, дескать, все правильно ли он расслышал…
— Я не понимаю… — признался командир линкора. — К чему это все?
— А тут нечего понимать, полковник, — хохотнул Кэрби. — Я уже получил, что хотел.
— Что именно? Заложников?
— Заложники мне по боку, полковник. Я взял себе корабль.
— Я вас никуда не отпущу.
Морфеус засмеялся.
— А что вы можете мне сделать полковник?! Взять штурмом? Не смешите!
— Я пробью вам двигатели.
— Не стоит, полковник. Как только вы сделаете это, я начну убивать заложников. Вас, насколько я знаю, за это не похвалят.
— Что вы предлагаете?
— Я отпущу часть заложников в обмен на возможность уйти.
— А что с другой частью? — насупился полковник. Он оказался в заведомо проигрышной ситуации. Мало того что не уберег весьма богатых и влиятельных пассажиров от налета пиратов, так еще и корабль потеряет. В общем, с карьерой по-любому придется распрощаться. Хоть сейчас стреляйся.
— Как я уже сказал, они мне без надобности. Как только удостоверюсь, что меня никто не преследует, я отпущу их на спасательных шлюпках возле одной из планет, где они смогут дождаться помощи.
— Понятно…
Сразу стало ясно, что полковник в это плохо поверил, но Кэрби это не занимало. По правде говоря, он еще сам не решил, будет он отпускать оставшихся или нет.
— Можно вопрос?
— Валяйте, полковник.
— Зачем вы это делаете? Рано или поздно мы вас найдем. Такой большой корабль, как бы ни был велик космос, не так уж легко спрятать…
— Не нужно угроз, полковник. Цель моей затеи я, пожалуй, оставлю в тайне. А теперь присылайте шаттлы… Заберете часть пассажиров, которых я отпущу в качестве жеста доброй воли. И без
— Хорошо…
Морфеус разорвал связь с линкором и повернулся к Гарпуну.
— Передай сотникам, чтобы всех старше тридцати лет вытаскивали из кают и гнали на швартовую палубу. Молодых оставлять.
— Так точно, Командор… А не лучше ли объявить об этом по радио?
— Не лучше, — усмехнулся Кэрби. — Они перетрусят. Решат, что мы их всех в расход решили пустить и попрятаются в своих хоромах. Потом ищи их, вытаскивай из шкафов… Хотя тех, что поверят, наверняка будет больше. Но тут возникнет другая проблема — попрет молодежь. Придется тратить силы на ее сдерживание. Такое начнется, Гарпун, что лучше и не представлять. Лучше пусть они тихо-мирно сидят у себя и не дергаются. Пускай мои бойцы обойдут все каюты и повытаскивают всех, кто на вид старше тридцати.
— Ясно…
— Они нам все равно не нужны. Морока только одна, да ресурсы на них тратить, а ресурсы нам еще понадобятся. Так что пускай с богачами флотские маются. Сейчас только разберемся с замками, как открыть заблокированные и заблокировать тех, чтобы они не убежали и не создавали нам проблем. Как это сделать, капитан? — повернулся Морфеус к бывшему командиру лайнера.
64
Как показалось Рону, очнулся он от дикого визга. Вниз по лестнице спускались пассажиры, их подгоняли ударами рук, ног, прикладами.
— Пощадите! — кричали мужчины.
Женщины просто ревели. Но на их причитания легионеры не обращали внимания и продолжали гнать вниз.
Почувствовав острую боль в руке, Финист понял, что ему что-то вкололи. Как бы ни был он слаб, инстинкты сработали молниеносно, и горло человека, державшего в руке шприц, оказалось в железной хватке Рона.
— Что ты сделал? — спросил Финист, приблизив лицо старичка к своему лицу.
— Я хр-р… — захрипел старик, пытаясь разжать пальцы своего пациента. Когда он смог чуть ослабить хватку, прохрипел: — Отпустите меня… я… доктор…
— Отпусти его.
— Слушаюсь, господин сотник… — сделал попытку встать Рон, отпустив старика, но сил оказалось недостаточно, и Финист снова опустился на пол, соскользнув по стене.
— Ты контужен… Доктор дал тебе укрепляющую сыворотку. Она подействует через пять минут, и ты сможешь встать в строй и помогать своим товарищам, а не валяться мешком говна на полу.
— Спасибо, господин сотник.
Гром ушел, а Рон остался сидеть, с большим трудом вспоминая, что с ним произошло. От этих воспоминаний, а может, от сыворотки, его бросало то в жар, то в холод. Он полностью осознал, благодаря какому великому чуду он остался в живых! На его доспехах не осталось живого места, а он даже не ранен ни в руку, ни в ногу! И это в той лавине из пуль!!!