Цетаганда
Шрифт:
– Ты думаешь? Ты считаешь то, что было, безвредным? – Айвен даже смолк от возмущения. – Ты что, считаешь… что эти инциденты связаны между собой? – Айвен мотнул головой сначала в сторону надушенных бумаг в руках у Майлза, потом в сторону ящичка у пульта связи. – Честно говоря, я не понимаю как.
– Так тебе кажется, это цепочка случайных совпадений?
– Гм, – нахмурился Айвен, переваривая эту мысль. – Скажи лучше, – он опять махнул в сторону ящичка, – как ты намерен избавиться от этого императрициного вибратора?
Майлз криво усмехнулся подобному завершению фразы. Совершенно в духе Айвена.
– Э-э…
Айвен скорчил недовольную гримасу.
– Вот засранец! Ты что, выполняешь тайное поручение Саймона Иллиана?
– Если бы выполнял, я бы сказал тебе, разве нет?
– Черт меня побрал, если я знаю. – Айвен с минуту удрученно молчал, потом пожал плечами: – В конце концов это твои похороны, не мои.
Глава 5
– Остановите здесь, – попросил Майлз водителя.
Машина свернула к обочине и с мягким шелестом вентиляторов опустилась на мостовую. Майлз разглядывал загородное поместье лорда Йенаро, сравнивая его в уме с картой, что он изучал в барраярском посольстве.
Окружавшие поместье ограда и зеленая изгородь были скорее условной границей, нежели реальной защитой. Это место никогда не задумывалось как крепость – только как символ статуса.
– Проверим связь, милорды, – напомнил водитель.
Майлз с Айвеном вынули из карманов маленькие пластины и нажали на кнопки. На приборной доске машины вспыхнул сигнал.
– Отлично, милорды.
– Как с подкреплением? – поинтересовался Майлз.
– Три взвода в пределах радиослышимости.
– Надеюсь, в состав включен врач?
– Дежурит на борту флайера. Я могу посадить его во дворе лорда Йенаро за сорок пять секунд.
– Неплохо. Не думаю, чтобы они нападали в лоб, но не удивлюсь, если приключится очередной небольшой «несчастный случай». Ладно, отсюда мы пройдемся пешком. Хочу получше ознакомиться с местом.
– Да, милорд. – Водитель откинул дверцу; Айвен и Майлз вышли и огляделись еще раз.
– Это что, и есть так называемое благородное запустение? – удивился Айвен, созерцая никем не охраняемые ворота и несколько разбитую дорогу, ведущую к дому.
И верно. Могут меняться стили, но дух упадка аристократии везде один и тот же. Повсюду виднелись следы разрушения: покосившаяся створка ворот, облезлые стены, неряшливо подстриженные кусты. В довершение всего две трети окон особняка были темны.
– Форобио поручил посольскому отделу безопасности навести справки о лорде Йенаро, – сообщил Майлз. – Дед Йенаро – тот самый генерал-неудачник – оставил ему поместье, но не средства на его содержание, промотав свой капитал в годы долгой, но не очень радостной старости. Йенаро владеет поместьем единолично около четырех лет. Он окружил себя толпой молодых художников и безденежных гем-лордов, и больше про него ничего особенного не скажешь. Интересно только то, что эта штука в марилаканском посольстве является его первой известной скульптурной работой. Недурно для первого опыта, ты не находишь?
– Если
– Кто не рискует, тот не пьет шампанского, Айвен.
– И что ты надеешься с этого иметь?
– Истину. Красоту. Как знать? Кстати, служба безопасности посольства пытается узнать, кто же на самом деле изваял эту скульптуру. Думаю, они уже откопали что-нибудь.
По крайней мере он смог задействовать всю мощь посольской системы безопасности. Жезл отчаянно жег ему внутренний карман. Он тайно таскал с собой Ключ весь день: и в поездке по городу, и на неизбежном дневном представлении цетагандийского театра классического балета – последнее давалось по указу императора специально для прибывших со всей галактики гостей. Однако аут-леди Райан Дегтиар так и не связалась с ним, несмотря на обещание. Если он не услышит о ней завтра… С одной стороны, Майлз жалел, что не использовал возможностей посольских специалистов с самого начала. Но если бы он поступил так, его проблема сделалась бы и чужим достоянием. Решения принимались бы помимо него, на более высоком уровне.
«Очень уж тонок лед. Не хочу пока, чтобы по нему шел кто-то тяжелее меня».
У входа в особняк их встретил слуга и проводил в вестибюль, где их приветствовал сам хозяин. Йенаро был в темных одеждах, похожих на те, что он носил в марилаканском посольстве. Айвен в своем зеленом мундире также выглядел безупречно. Майлз выбрал черный придворный мундир. Он не знал, как истолкует это Йенаро: как оказанную ему честь, как напоминание – «Я официальное лицо» – или как предупреждение – «Со мной не связывайся!»
В одном он не сомневался: этот нюанс Йенаро вниманием не обойдет.
Йенаро опустил взгляд на черные ботинки Майлза:
– Вашим ногам лучше, лорд Форкосиган?
– Гораздо лучше, спасибо, – чуть натянуто улыбнулся в ответ Майлз. – Наверняка выживу.
– Что ж, я рад.
Высокий гем-лорд повел их по извилистому коридору, потом по короткому лестничному маршу в большое помещение, охватившее полукругом сад – будто дом подвергся нападению растений. Комната была несколько хаотично заставлена мебелью, судя по всему той, которую Йенаро унаследовал, а не проектировал сам. Впрочем, смотрелось все недурно: классическое жилище холостяка-сибарита с неярким, уютным освещением. В зале уже находилось с десяток гемов. Мужчин было больше, чем женщин; лица двоих были полностью раскрашены, остальные – помоложе – ограничились только легким макияжем у глаз. Йенаро представил всем экзотических гостей с Барраяра. Никого из этих гемов Майлз не знал, хотя один заявил, что его дед занимает должность в генеральном штабе.
У дверей в сад на цилиндрической подставке курились благовония. Один из гостей-гемов задержался и сделал глубокий вдох.
– Неплохо, Йенаро, – кивнул он. – Твое изделие?
– Спасибо, да, – отозвался Йенаро.
– Только ароматизаторы? – поинтересовался Айвен.
– Тут много всего намешано. В том числе мягкие релаксанты, подходящие к обстановке. Вас это не интересует, лорд Форкосиган?
Майлз принюхался. Интересно, насколько глубоки познания этого человека в органической химии? Майлз припомнил, что синоним «возбуждения» – «интоксикация» – имеет корнем слово «токсин» – яд.