Чандра
Шрифт:
К Чандре подъехал Пейн.
— У вас усталый вид, — заметила она, улыбаясь ему.
— Так и есть, — ответил Пейн и посмотрел на Джоан, которая ехала рядом с паланкином Элеоноры. — Уверен, что вы хотите узнать о сражении.
— Конечно, хотя я уверена, что мы победим, — сказала Чандра.
— Джоан, несомненно, предпочла бы сейчас находиться в купальне Али ад-Дина, — заметил Пейн.
— Да, страшная жара, — согласилась Чандра.
— Разведчики Эдуарда сообщили, что лагерь сарацинов в Назарете по ночам плохо
— Война всегда страшна, — заметила Чандра.
— Очевидно, ваш отец рассказывал вам о сражениях между рыцарями, защищавшими свою честь, — предположил Пейн. — Но война на Святой Земле против сарацинов — сущий ад, почти никто здесь не думает ни о чести, ни о душе.
Издали Назарет показался Чандре мирным городом. Он раскинулся на горе, и девушка удивилась обилию финиковых пальм.
— Назарет, — сообщил Пейн, — строился как торговый город. Там есть вода, и, говорят, когда-то город был не менее прекрасен, чем Акра.
Подъехав ближе, Чандра увидела, что от города остались одни руины. В воздухе стоял тошнотворный запах, от которого она ощутила дурноту. Чандра вопросительно взглянула на Пейна.
— Это разлагаются трупы, — сказал он. — Сарацины убили очень много людей.
Лошади пробирались среди развалин, бывших когда-то жилыми кварталами. Оборванные дети со страхом смотрели на чужеземцев.
— Сарацины не увели с собой детей, считая, что они умрут прежде, чем их продадут в рабство.
Чандра видела опухших от голода женщин, умирающих от ран мужчин, трупы и лужи крови.
— Вот это и называется победой, Пейн?
— Все это гораздо хуже, чем я предполагал. Вы, Джоан и другие дамы останетесь с Элеонорой. — Пейн указал на небольшой домик, стоявший возле разрушенной стены города.
Чандра вошла за Элеонорой в пустую комнату, где лежали раненые английские солдаты.
— А где Джерваль? — спросила она Ламберта. Тот посмотрел на нее угасшим, безжизненным взглядом.
— Он вернется.
На лице Мортона, поившего водой одного из солдат, было написано отчаяние. Заметив Чандру, он отвернулся. Подойдя к женщинам, Чандра услышала, как Эдуард сказал Элеоноре:
— Если бы я знал, что здесь будет так страшно, то никогда бы не взял вас с собой. Мы потеряли нескольких человек.
Элеонора побледнела, ее темные глаза выражали боль и страдание.
— Не думала, что мне придется увидеть такое.
— Останься в доме и не выходи отсюда. Чандра, охваченная тревогой, хотела поскорее отыскать Джерваля.
Наконец он появился — усталый, взмокший от пота, с маленькой девочкой на руках.
— Ее
Джерваль осторожно положил ребенка на одеяло и смочил ее губы водой. Затем он посмотрел на раненых солдат.
— Как ты? — спросила Чандра.
— Я жив и здоров, чего нельзя сказать об этих несчастных.
— Что мы можем сделать для них?
Он задумался:
— Многие голодают. Мы должны накормить их, чем можем.
— Я пойду с тобой, Джерваль, — сказала Чандра, но, испугавшись, что он откажет ей, быстро добавила: — Раз уж я здесь, позволь мне помочь тебе.
— Хорошо, — согласился он. — Собери еду.
Чандра готова была отдать голодающим все их запасы хлеба.
— Нам все равно не удастся накормить всех, ведь и тебе тоже надо есть, — заметил Джерваль.
— Сейчас речь не обо мне, — возразила Чандра, следуя за ним по узким улочкам.
— Сарацины разрушили Назарет и разорили его жителей. — Джерваль увидел, что Чандра склонилась над женщиной, лежавшей в дверях маленького дома. Она потрясла ее за плечо, умоляя взять хлеб.
Джерваль взял Чандру за руку:
— Она мертва. Пойдем, ты ничем ей уже не поможешь.
— Нет! — крикнула она. — Она не мертва, она просто спит!
— Пойдем, — сказал он, увлекая ее за собой, — мы должны помочь оставшимся в живых.
Раздав всю еду, Чандра посмотрела на Джерваля:
— Что же нам делать теперь?
— Ничего. Мне очень жаль, Чандра.
Вечером, вернувшись в лагерь, Чандра подошла к маленькой девочке, которую принес Джерваль. Она была мертва.
Джерваль чуть не плакал от отчаяния. Взяв девочку на руки, он вынес ее из дома.
Позже Чандра увидела, что Джерваль надевает шлем. Она с ужасом посмотрела на него:
— Куда ты?
— Говорят, сарацины близко. Оставайся здесь и не волнуйся. Я скоро вернусь. — Сказав это, он ускакал вместе с Ламбертом.
Джоан де Чаворс дала Чандре кусок хлеба.
— Ты должна поесть, Элеонора послала меня за тоб6й. Она просит тебя отдохнуть.
— Я не хочу есть.
Ухаживая за ранеными, Чандра то и дело подбегала к двери: она с нетерпением ждала возвращения Джерваля. Ночной воздух был прохладным. В небо поднимался дым от погребальных костров.
— Миледи Чандра!
Она обернулась и увидела Ламберта.
— Милорд ранен. Сарацины напали на нас из-за гор! — воскликнул он.
Джефри Паркер, врач Эдуарда, побежал к двери. Чандра замерла от ужаса. «О Боже, помоги! Только бы не Джерваль!»
— О! — услышала она стон Джерваля. — Внутри все горит! — Его внесли Пейн, Рольф и еще двое вооруженных людей.
— Не волнуйтесь, — сказал Пейн Чандре, — рана не глубокая. Кровотечение уже остановили.
Чандра быстро расстелила одеяла, и Джерваля положили на спину.