Чародей

Дуглас Сара

— И это была бы пустая трата хорошего строительного материала, — задумчиво закончил за Горгрила фразу Черный Человек.

— Вот именно, — Горгрил постарался не выдать голосом своего торжества.

— А что ты хочешь из этого сделать, Горгрил? — спросил Черный Человек. — Какое создание отвечало бы твоим целям?

Горгрил не ответил. Злобно уставился на серую грязь, словно она в чем-то была перед ним виновата.

— Крылья демона, — предложил Черный Человек и пошевелил затянутыми в перчатки руками.

— Крылья демона, — повторил Горгрил. — Да, это было

бы хорошо.

— Брюхо людоеда, — уже громче заговорил Черный Человек.

— Брюхо людоеда, — поддакнул Горгрил. — Да, это мне подходит.

— Челюсть, как разверстая могила.

— А что это за существо, дорогой мой?

Черный Человек склонил голову набок и посмотрел на своего протеже.

— Разве ты еще не узнал, Горгрил?

Горгрил разочарованно покачал головой.

— Когти, как у дракона, — подсказал Черный Человек.

В памяти слабо зашевелились старые ночные кошмары.

— Злобные глаза! — закричал Горгрил.

Черный Человек улыбнулся в темном углублении капюшона.

— И вопль отчаяния.

— Гриф! — восторженно заорал Горгрил.

Нетерпеливо ждали, не слишком надеясь на то, что заклинания сработают. Грифу должна быть нипочем и снежная студеная пора, и более теплый климат южного Ахара. Пусть парит над озером Чаша и без преград проникнет в ставку Аксиса. Создание их должно быть смелым, устремленным на достижение единственной цели.

— Ты выступишь в головном отряде, — сказал Горгрил. — Станешь моим предвестником. Голос твой будет моим голосом, и, умирая, воины Звездного Человека будут слышать его. Вопль отчаяния.

Создание грифа сопряжено было с риском. Опасно работать с песней Оздоровления под музыку Тьмы. Танец Смерти проходил сквозь тела Горгрила и Черного Человека. Но Черный Человек — настоящий мастер: сумел распорядиться опасной музыкой, не дал ей выйти из-под контроля.

Допели песню, стали ждать. Серая грязь согрелась и вывернулась из-под пальцев. К концу песни Горгрил, войдя в экстаз, сунул руки в еще не остывший очаг и схватил два полыхающих угля. Не обращая внимания на загоревшиеся пальцы, глубоко зарыл их в лежавшую на полу серую массу. Вынул когтистые лапы. Песня закончилась, и Черный Человек оттащил Горгрила на безопасное расстояние.

— Ну а теперь ждем, Горгрил.

Серая масса потемнела, приобрела странные очертания. Горгрил видел лишь шевелящуюся черную кучку, поглощавшую тот немногий свет, что оставался еще в комнате. В глубине ее загорелись два красных пятна. Кучка стала вздрагивать, с каждым содроганием увеличиваясь в размерах. Вскоре Черный Человек и Горгрил вынуждены были попятиться, чтобы растущее существо невзначай их не поглотило.

— Что-то не так, — прошипел Горгрил. — Мы выбрали не ту мелодию. Пропустили фразу. Закачали недостаточно энергии. Не выйдет у нас того, что задумали.

— Терпение, Горгрил! — осадил его Черный Человек. — Ты всегда был нетерпелив!

Горгрил притих, но лицо его озабоченности не утратило. Может, пора заявить Черному Человеку о собственных правах?

— Ага! — выдохнул Черный Человек. —

Сейчас родится!

Забыв о бунте, Горгрил присмотрелся. В черном шаре размером с добрый булыжник заметил темную мембрану. Под ней что-то шевелилось, рвалось на свободу.

Сначала образовалось небольшое отверстие, потом раздался треск, и мембрана лопнула. Появилась гладкая голова с угрожающими скорой смертью глазами. Голова повернулась, огляделась, разинула клюв и издала торжествующий вопль.

Это была голова огромного орла.

Горгрил взвыл от радости. Выходит, пели они правильно!

Существо покрутило головой и рвануло мембрану до конца. Трех движений хватило ему для того, чтобы полностью освободиться. Затем оно сделало шаг вперед, с любопытством оглядело Черного Человека и Горгрила и свернулось перед Горгрилом, положив голову на лапы. Оно признало в нем хозяина.

Горгрил наклонился и погладил блестящие коричневые перья на голове грифа. Гриф закрыл глаза и издал довольные звуки. Горгрил провел руками по его телу. Из лопаток его поднимались красивые крылья, с такими же блестящими коричневыми перьями, как и на голове. Но тут сходство грифа с птицей заканчивалось. Тело мускулистое, как у большой дикой кошки. Короткая светло-коричневая шерсть, недоступная стрелам противника. Длинный хвост украшен кисточкой. Короткие мускулистые ноги и массивные лапы. Гриф то выпускал, то прятал грозные свои когти.

Да, страшное животное.

Черный Человек остался доволен грифом, да и Горгрилом тоже. Горгрил хорошо поработал, собрал войско. Черный Человек считал, что скрелинги и ледяные черви под командованием храбрецов не подведут своего хозяина. Вот и сейчас они подтягиваются к Хсингарду с юга и запада. Наступления ждать недолго.

Черный Человек знал, что такое смерть, и с нетерпением ждал кровавой битвы.

— Горгрил, друг мой. В нашу песню я кое-что добавил. Это пойдет нам на пользу, Горгрил. Твой гриф — самка. Потрогай-ка ее брюхо.

Горгрил взялся когтистыми лапами за бока грифы, пощупал живот и нахмурился.

— Друг мой, грифа скоро родит девять детенышей. Они будут точными ее копиями. Уже через день у тебя будет десять таких существ. Через несколько месяцев, когда они подрастут и созреют, ты получишь уникальную стаю. Эти девять тоже родят, Горгрил! Все они будут самками и от рождения будут беременными.

Черный Человек был собой доволен. Он думал,что, создавая грифу, сочинил мелодию, в соответствии с которой размножение остановится, когда окотится новорожденная девятка. К сожалению, он ошибался.

— Она будет хорошим товарищем. Преданным, как лучшая гончая, — сказал Черный Человек. — Но свирепее, намного свирепее.

Горгрил некоторое время гладил грифу, потом поднялся и пошел к стулу возле очага.

— Иди сюда, — сказал он и щелкнул пальцами.

Грифа послушно поднялась и, подойдя к стулу, улеглась у ног Горгрила. Горгрил сияющими глазами смотрел на Черного Человека.

— Может, посидишь со мной немного? — спросил он и показал на стул против себя.