Чародей

Вулф Джин Родман

– Больше, милорд. Несколько больше.

– Леди Идн – их королева. Дочь лорда Била.

– Совершенно верно, милорд. Леди Идн вышла замуж за короля Гиллинга. Быть королевой Йотунленда – значит быть королевой Скалдмейжара.

– Недавно в разговоре упоминался король Шилдстар.

– Он преемник короля Гиллинга, милорд.

– Ясно. Король Гиллинг пал в битве?

– Нет, милорд. Его убили.

– Скверная новость. – Граф-маршал поджал губы. – Одним из приверженцев Шилдстара?

– Думаю, да, милорд, – вставил Вистан. – Некоторые подозревают Тауга, но я знаю, что

это не он.

Граф-маршал моргнул и спросил меня, кто такой Тауг.

– Оруженосец сэра Свона, милорд, и Вистан прав: Тауг невиновен в убийстве короля Гиллинга.

– Сэр Свон – тот самый Свон, которого я знаю?

– Думаю, да, милорд.

– Он дрался с драконом в Эльфрисе, милорд, – сказал Вистан. – Только остался в живых, а сэр Гарваон погиб. Я этого не видел. То есть я видел тело. Дракон прокусил его почти насквозь.

Граф-маршал встал:

– Вы предложили показать мне… гм… свою кобылицу, сэр Эйбел. Пойдемте взглянем на нее.

Мы прошли по дюжине коридоров и пересекли четыре внутренних двора. Помню, я все время думал, что, несмотря на высокие стены Тортауэра, высокие башни и круговые фортификационные сооружения, для защиты замка потребуется целое войско. Такой большой замок не удержать нескольким сотням воинов – даже тысяче, коли на то пошло.

Наконец мы достигли конюшен, и, притворившись, будто я успокаиваю Облако, чтобы граф-маршал смог рассмотреть ее получше, я умудрился прикрыть ладонью костяную шишечку, которой в недалеком будущем предстояло превратиться в рог. Погладив Облако по морде (что она стерпела), он попросил позволения прокатиться на ней, и мне пришлось сказать, что она такого не допустит.

– Полагаю, мне удастся приручить ее в свое время, – сказал он.

– Нет, милорд.

– Никто, кроме вас, да?

– Я ездил на ней, – сказал Вистан, – но сэр Эйбел прав: коли вы не уверены, что нравитесь ей, лучше не пробовать.

– Возможно, дело в моем весе. Что ж, она великолепное животное, сэр Эйбел. Я не стану спрашивать, продадите ли вы ее. Ответ мне известен. В любом случае он не будет вполне разумным сейчас, когда вы надеетесь получить аудиенцию у короля.

– Очень надеюсь, милорд. Я непременно должен поговорить с королем.

– Я понимаю – по крайней мере, некоторые вещи. У вас нет друзей при дворе? Ага. Ваше лицо свидетельствует об обратном. И кто же он?

– Она, милорд. Принцесса Моркана. Во всяком случае, я надеюсь, что она мне друг, но я не хочу беспокоить ее без крайней необходимости.

Граф-маршал вытер лицо ладонью, потом вытер ладонь о свою куртку.

– Мне следовало бы давно догадаться. Сегодня я не блещу умом. Что же касается дружбы принцессы – как знать? На нее нельзя полагаться. Я сам… ну, я надеюсь, вы не найдете ее дружбу более опасной, чем ее вражду.

Сейчас казалось уместным промолчать, и я промолчал.

– Я спрашиваю вас еще раз. Кто передал вам послание для короля? Мы отошлем мальчика прочь, коли вам угодно.

– Думаю, нам не стоит говорить на эту тему, милорд.

– Как хотите. – Граф-маршал потрепал Облако по холке напоследок и отвернулся от нее. – Вы мне нравитесь, сэр Эйбел. Я сделаю для вас

все, что в моих силах, но рисковать не стану.

– Он не обычный рыцарь, милорд, как я сказал вам. – Вистан говорил не по годам рассудительно, словно человек, умудренный опытом. – Вам лучше соблюдать осторожность. И еще лучше – подружиться с ним, коли сумеете.

Граф-маршал кивнул, словно своим мыслям.

– Скоро я попытаюсь. Во-первых, сэр Эйбел, я не могу просить короля дать вам аудиенцию, в ходе которой вы намерены передать послание неизвестного мне содержания. Может, вы откроете хотя бы имя отправителя? Ну как? Я даю вам последнюю возможность.

– Нет, милорд. – Здесь было далеко не так холодно, как в Йотунленде, но конюшня не отапливалась и выстужалась через десятки открытых проемов в стенах; я закутался в плащ поплотнее. – Что же касается того, чтобы сообщить вам содержание самого послания, то я не могу сделать этого. Просто не в состоянии.

– Вы связаны клятвой, да?

– Нет, милорд. Я не знаю, в чем оно заключается.

– Но все же можете передать его королю?

– Да, милорд. Я вспомню все при встрече с королем, милорд.

– Есть только один способ узнать содержание послания, милорд, – сказал Вистан, – и если оно окажется неприятным, вас винить не станут.

– Ты еще плохо знаешь жизнь. – Граф-маршал повернулся ко мне. – Я не могу рисковать, прося об аудиенции для вас, как бы мне ни хотелось вам помочь. Надеюсь, вы понимаете.

– Благодарю вас за доброе расположение, милорд.

– Я предлагаю два возможных пути. Первый зависит от меня, второй – от вас. Вот первый: когда настанет удобный момент, я доложу королю, что некий незнакомый рыцарь привез новости с севера, что он сообщает о гибели короля Гиллинга и воцарении в Утгарде нового короля – и о многих других замечательных событиях. Мне сделать это? Выбор за вами.

– Да, я очень прошу вас. Я буду навеки вам обязан, милорд.

– Второй путь. Вы отважный рыцарь и одержали победу над всеми, кто бросил вам вызов на севере. Через три дня у нас состоится традиционный зимний турнир. Вы можете принять участие в тех состязаниях, в которых рассчитываете превзойти соперников. Для особенно отличившихся рыцарей король и королева устроят торжественный прием.

Я поклялся, что постараюсь попасть в число избранных, и граф-маршал отпустил меня.

Глава 30

ПРИГЛАШЕНИЕ МОРКАНЫ

Покинув графа, я отправился на поиски помощника герольдмейстера Никры (так величали королевского герольда), ибо он вносил в списки всех желающих принять участие в турнире. Он отлучился в город по делам. Я прождал до конца короткого зимнего дня и вернулся обратно в гостиницу. Не стану отрицать, что я находился не в лучшем настроении. На расспросы Поука и Анса я отвечал сухо и резко, хотя позже несколько воспрянул духом при мысли, что все-таки я далеко продвинулся, завязав дружбу с граф-маршалом, одним из влиятельнейших лиц при дворе, что он замолвит за меня словечко перед королем и что у меня есть надежда завоевать право на аудиенцию, победив на турнире.