Чародейка

Деннинг Трой

— Ни у тебя, ни у твоего отца нет никаких причин считать призраков своими врагами… — неуверенно проговорила колдунья, озадаченная готовностью принца поддержать разговор. Раньше она считала, что он не склонен тратить время впустую на разговоры с врагами. Поэтому ей очень не понравилось, что принц изменил своим привычкам. Но Садира решила держаться настороже. — В конечном счете Дракон такой же враг твоего отца, как и теней.

Ответом ей был громовой хохот Джоджекта.

— И что же натолкнуло тебя на такую интересную мысль? — вдоволь нахохотавшись, спросил

он.

— Думаю, что даже твоему отцу вряд ли нравится платить ежегодно такой громадный налог Дракону, — возразила Садира.

— Нет. Здесь ты заблуждаешься. Он платит его без всяких возражений, довольно произнес Джоджект. Потом принц взглянул на запад, где огненный шар солнца уже наполовину опустился за горизонт. Переведя взгляд обратно на Садиру, принц добавил:

— Я полагал, что тени расскажут тебе всю правду.

Раз они этого не сделали, мне самому придется просветить тебя. Суть дела состоит в том, что мой отец помогал создавать Дракона. Надеюсь, что уж мне-то ты поверишь?

Было совершенно очевидно, что своим комментарием Джоджект намеревался запугать Садиру. И это ему удалось. К счастью, его слова не настолько потрясли ее, чтобы она не обратила внимания на внезапно брошенный в сторону заходящего солнца взгляд принца. Колдунья сразу же поняла, что кроется за ним. Принц пытался просто-напросто оттянуть время, отсюда и его совершенно необычная разговорчивость. Он явно старался дождаться момента, когда солнце полностью скроется за горизонтом и наступит ночь. Значит, он хорошо знал о том, что диапазон ее колдовства заметно расширился. А это в свою очередь говорило о том, что ему прекрасно известно о волшебных силах башни Пристан.

Джоджекту же Садира сказала:

— То, о чем ты говоришь, невозможно. Доблестные воины Раджаата превратили Борса в Дракона…

— И когда они сделали это, каждый потребовал себе во владение один из городов Атхаса. В результате все они стали царями-колдунами, — перебил ее Джоджект. Садира даже и не подозревала об этом. — Моим отцом был Геллард…

— Которого прозвали Палачом гномов, — закончила за него Садира, вспомнив, что это имя называл Эрстал.

— Совершенно верно, — подтвердил Джоджект, снова поглядывая в сторону запада.

На этот раз Садира даже не позаботилась проследить за его взглядом, удовлетворенная тем, что ей уже удалось узнать. Каким бы невероятным ни представлялось на первый взгляд сообщение Джоджекта о том, что Доблестные воины смогли прожить столько столетий, все то, что он сейчас ей рассказал, не было лишено смысла. Сразу стало ясно и то, откуда принц знал секреты башни, и желание царей-колдунов платить Дракону налог, а также и желание царя Ниобенэя любой ценой помешать Садире проникнуть в башню Пристан.

Убедившись, что она узнала от принца все, что хотела, колдунья подняла руку к солнцу. По тому, что поток поступающей солнечной энергии оказался довольно слабым, колдунья могла, даже не глядя в сторону запада, уверенно сказать, что солнечный диск уже более чем наполовину опустился за горизонт.

— Берегись! — неожиданно послышался крик Магнуса.

Едва

смолк голос Певца Ветров, как Джоджект, оттолкнувшись от земли всеми своими ногами, бросился вперед. Врезавшись в Садиру, Джоджект выпустил свои костяные пластины, заменявшие ему зубы, и потянулся к ее горлу. Колдунья позволила ядовитым челюстям сомкнуться вокруг своей шеи, затем отступила на шаг. Несколько секунд они стояли лицом к лицу. Слабая улыбка появилась на лице Садиры, когда она почувствовала, как зубы ее заклятого врага, с которых капал яд, тщетно пытаются прокусить ее кожу.

Наконец Садира опустила поднятую к солнцу руку.

— Тебе следовало бы все-таки прислушаться к моим словам, — сказала она.

— Я ведь тебя уже предупреждала о том, что ты слишком слаб, чтобы ранить меня.

С этими словами колдунья с силой ударила подушечками обеих ладоней по ребрам Джоджекта. Она услышала приглушенный хруст ломающихся ребер, и в следующий момент челюсти принца выпустили ее шею. Воздух с хрипом вырвался из его легких. Верхняя часть его тела, напоминавшая человеческую, резко отклонилась назад в сторону его нижней, силопской части, в результате чего он сильно ударился затылком о собственный панцирь.

Джоджект потряс головой, пытаясь прийти в себя от этого удара, затем повернулся на сто восемьдесят градусов, чтобы бежать. В этот момент из кустов выскочил Магнус. Он бросился к чудовищу и схватил его за задние сегменты нижней части тела. Упершись массивными ножищами в землю, Певец Ветров крепко охватил могучими руками извивающееся тело принца, не давая улизнуть.

— Поторопись, Садира! — крикнул Магнус, кряхтя от напряжения. — Солнце уже почти зашло!

Садира бросила быстрый взгляд через плечо и увидела, что Певец Ветров был совершенно прав. Лишь только тонкий багровый полумесяц все еще виднелся над горизонтом.

Джоджект отчаянно царапал задними ногами по могучим рукам Магнуса, крепко державшим его. Когда принц понял, что ему не удастся ничего поделать с толстой шкурой Певца Ветров, он резко повернулся и попытался схватить его своими челюстями. В этот момент Садира проскользнула между ними и быстрым движением захлопнула его челюсти.

— Пошли, Магнус, — сказала она. — Мне бы очень не хотелось, чтобы тебя ранили именно сейчас, когда до захода солнца остались считанные минуты.

— Не беспокойся обо мне, — спокойно ответил Певец Ветров. — Со мной все будет в порядке. Но если он сумеет убежать…

— Не сумеет, — прервала его Садира, направив ладонь на все сужающийся полумесяц уже почти скрывшегося за горизонт солнца. — Выпусти его!

Магнус сделал так, как она ему сказала. Как и ожидала колдунья, Джоджект сразу же попытался броситься наутек, но Садира крепко схватила его за руку и удержала на месте. Единственный светящийся палец свободной руки она направила на голову Джоджекта.

— Подожди, не делай этого! — испуганно закричал принц.

— За кого ты ее принимаешь, жалкий глупец? — не скрывая насмешки, спросил Магнус. — Она с самого начала знала, на что ты надеешься.