Чародейка
Шрифт:
Мы прошли мою и ещё несколько комнат, затем Шейн наконец открыл одну из дверей и буквально втолкнул меня внутрь.
— Объясни мне, милая ведьмочка, — прошипел он, нависая надо мной, — в вашем мире у всех отсутствует инстинкт самосохранения, или ты такая уникальная на оба мира?
— Что? — растерялась я, окончательно запутавшись.
— Ты можешь хотя бы день не искать приключения на свою… кхм… — парень запнулся, — … голову? Ты вообще понимаешь, что наделала?
— Нет, — честно призналась я.
— Нет?! — взорвался Шейн, подступая так близко, что я почувствовала его
Интересно, он вообще знает, что такое личные границы?
Я попятилась назад, но почти сразу упёрлась спиной в стену. А вот Шейна по всей видимости ни капли не смущало то, насколько близко он стоит. Более того, парень даже опёрся ладонями о стену по бокам от моей головы, лишив последней возможности ретироваться.
— Ты позволила вампиру прикоснуться к твоей коже, — медленно и жёстко проговорил Шейн; каждое слово звучало, как удар хлыста. — Да ещё и назвала своё имя! С таким же успехом ты могла просто лечь на стол и пригласить его отобедать тобой. Ты хоть представляешь, насколько сильны инстинкты хищника у вампиров? Как долго он будет помнить твой запах и вкус кожи? Как долго будет желать почувствовать их снова? И каких сил ему потребуется, чтобы не впиться зубами в твою тоненькую шею? Если, конечно, он вообще захочет сдержаться!
Я вытаращилась на Шейна, не веря своим ушам. Быть того не могло. Гаспар был вампиром? Нет, не так. Вампиры существуют? В слух я, конечно, этого не озвучила. Не хотелось выглядеть ещё большей неумехой.
— Откуда мне было знать, что он вампир? — Мой голос прозвучал жалобно, почти обиженно. Ну вот правда, как я могла это понять? Парень выглядел, как обычный человек: никаких торчащих клыков, плащей с высоким воротником или таблички «Граф Дракула» у него не было. К тому же разгуливал он по дому средь бела дня. И тут я поняла, что в принципе все мои знания о вампирах взяты из фильмов и книг моего мира. Не помешает раздобыть литературу этого мира и разобраться, что вообще за «фрукт» эти вампиры.
— Ты же ведьма, ты должна была это почувствовать, — как само собой разумеющееся заявил Шейн.
— А я вот не почувствовала! — огрызнулась я.
— Тогда хотя бы не разгуливала по дому в таком виде. — Он многозначительно посмотрел на полотенце и, кажется, сделался ещё мрачнее.
— Знаешь что? — злобно прошипела я, точно разъярённая кошка. — Это по твоей милости я осталась без сменной одежды!
Парень проигнорировал мою реплику и вместо этого медленно потянул воздух носом у моих волос.
— Ты пользовалась моим шампунем? — спросил он то ли удивлённо, то ли сердито.
— Да, пользовалась. — Я с вызовом посмотрела на парня. — Потому что свой шампунь я тоже не успела взять. И вообще, это не я ищу приключения, а ты меня в них впутываешь!
— Да неужели? — Шейн приподнял бровь, искривляя губы в усмешке.
— Именно так, — уверенно сообщила я. — Ты затащил меня на болота, где нас чуть не растерзали проклятые ведьмы, ты же притащил меня к себе домой, где дружелюбно болтал с вампиром. Но, конечно же, инстинкт самосохранения отсутствует у меня! — Я чувствовала, что с каждым словом злюсь и распыляюсь всё сильнее, но остановиться уже не могла. —
— Ты бы погибла ещё быстрее, — мрачно перебил Шейн. Он наконец убрал руки со стены и отступил на пару шагов. Но я даже не шелохнулась, сбитая с толку. — Твой отец не стал делиться подробностями, — заметив мою растерянность, принялся пояснять маг. — Лишь дал ясно понять, что твоя жизнь под угрозой. И в вашем мире твои шансы на выживание практически равны нулю. Академия — одно из самых надёжных и безопасных мест в Королевстве. Поэтому тебе действительно лучше находиться там. К тому же, обучаясь ведьмовству, ты сможешь хоть немного постоять за себя сама.
— Стоп, стоп, притормози. Что значит: моя жизнь под угрозой? Меня хотят убить? — не поверила я. Мысли начали путаться, и благо я опиралась спиной о стену, иначе точно грохнулась бы на пол.
— Насколько я понял — да.
— Ты же шутишь, да? — Нервный смешок вырвался у меня из груди, однако магу было не до смеха. Лицо его оставалось серьёзным и мрачным.
— Кто? Почему? — Вопросы вырвались сами собой.
— Говорю же: подробности мне неизвестны. Могу лишь предположить. Твой отец знаменитый и влиятельный человек в Мальфгарде. Мало ли когда и кому он мог перейти дорогу.
— Тогда почему отец ничего не рассказал мне сразу? — недоверчиво поинтересовалась я. Честно сказать, с трудом верилось, что на мою жизнь могут покушаться в самом деле. Хоть и Шейн вызывал впечатление умного и серьёзного человека, но я прекрасно знала Виктора. И это вполне могло оказаться очередной манипуляций для достижения своих, мало кому ведомых, целей.
— А ты бы поверила? — словно прочитав мои мысли, спросил Шейн.
— Не знаю. — Я неуверенно повела плечами. Сейчас я вообще не знала, кому и во что стоит верить.
Шейн усмехнулся уголками губ, отошёл к шкафу и принялся там что-то искать. Только теперь я заметила, что мы находимся в одной из спален. И судя по тому, как по-хозяйски парень копался в шкафу, спальня принадлежала ему.
— Держи. — Шейн бесцеремонно кинул мне футболку, а затем вдогонку и пижамные штаны. От неожиданности я чуть не пропустила брошенную одежду, но в последний момент всё же поймала. — Вечером я заберу твои вещи, — бесстрастно сообщил парень.
— Может лучше вернёшь меня домой? — решилась попытать удачу.
— Ты не слышала, что я тебе только что сказал? — вновь посуровел маг. — Там для тебя опасно, — медленно, отделяя каждое слово, проговорил он.
— Опаснее, чем здесь? — не удержалась я от колкости.
— Да, опаснее, чем здесь. — Казалось, что с каждой моей репликой Шейну становилось труднее себя сдерживать. Он плотно сжал челюсти, так, что под кожей снова задвигались желваки. Зелёные глаза грозили испепелить каждого, кто осмелится противоречить ему.
И тут произошло то, чего я никак не ожидала. На всю комнату раздалось жалобное урчание моего желудка. В царящей тишине звук получился просто оглушительным. Я залилась краской и непроизвольно приложила ладонь к животу, будто бы это помогло утихомирить желудок, так не вовремя вспомнившего о том, что уже больше суток он ничего не ел.