Чародейка
Шрифт:
Я выглянула из-за дверного косяка, проследив, как рыжие локоны подпрыгивают на плечах сокурсницы в такт торопливых шагов. На встречу ей шёл мрачный Анварен: плечи напряжены, тёмные волосы торчат ёжиком после дождя, а яркие зелёные глаза превратились в чёрные тучи. Неудивительно, что, поравнявшись с ним, Беллс опустила голову, прячась за занавесом длинных волос. Мне и самой захотелось отступить в комнату, но было поздно. Шейн в одночасье уцепился взглядом за мою выглядывающую макушку.
«Злится, что по моей вине упустил волка, владеющего ценной информацией», — подумала я, готовая принять праведный гнев мальфара. Но события
— Где он? — сухо спросил Шейн, останавливаясь напротив двери. То, что он сердится на меня, я почувствовала каждой клеточкой своего тела. Но неприятнее всего стало от сквозившей разочарованности.
— Кто? — недоумённо моргнула. Не думает же он, что я прячу от него Свейна?
— Давай обойдёмся без спектакля. — Мужчина устало потёр лоб, затем ещё раз взглянул на меня с каким-то щемящим сожалением. — Медальон, Кассандра. Где он?
Тут я уже окончательно перестала понимать, что происходит.
Не дождавшись от меня вменяемых действий, Анварен сам переступил через порог и проник в спальню. Я захлопнула за ним дверь, а вместе с ней и свой открывшийся от изумления рот, продолжая следить за деятельностью посетителя. Тот сделал быстрый пасс рукой и в воздухе над моей кроватью заискрилась магическая руна, после чего исчезла так же внезапно, как и появилась.
Безрадостно хмыкнув, Шейн в считанные секунды оказался у мебели и принялся бесцеремонно обшаривать моё спальное место. Заглянул под каждую подушку, даже зачем-то потряс те за наволочки, а после, запрокинув одеяло, стал сосредоточенно водить ладонями по простыне.
— Да что ты там ищешь? — Я не выдержала и кинулась к нему. — Что вообще происходит?
В тот самый момент, когда я оказалась рядом, мужчина уже добрался до матраса. Приподняв его одной рукой, он смотрел на ожерелье, лежавшее на рейке каркаса. Я окаменела: точно такое же украшение я видела на картине у маленького Шейна.
— Я… я его не брала, — пробормотала, бледнея от ужаса. Обстоятельства складывались не в мою пользу. Меня взяли практически с поличным. Вот только было одно «но». Я понятия не имела, как этот медальон оказался под моим матрасом. — Зачем мне это?
— Перестань, — поморщился мальфар, готовый в любую секунду взорваться от досады. — Я ведь порвал волчий браслет. Не ожидал, что ты решишься забрать в ответ дорогую мне вещь.
— Вот, значит, какого ты обо мне мнения? — вспылила я, не став дослушивать унизительные обвинения. Лицо запылало от злости, а сердце сжалось от обиды. — Считаешь меня настолько мелочной и мстительной? Да к тому же ещё и воровкой. — С каждой фразой говорить становилось тяжелее, солоноватый ком подкатывал к горлу. — Забирай свой проклятый медальон и убирайся из моей комнаты. — Я отвернулась, боясь, что не совладаю с нахлынувшими эмоциями, и принялась дожидаться, когда останусь одна.
Само собой мой указ никто выполнять не стал. Я услышала, как из груди собеседника вырвался тяжёлый вздох. А затем, на несколько мучительно долгих секунд, наступила тягучая тишина.
— Всё не так… бездна… — выругался Шейн; сзади послышались приближающиеся шаги. — Извини меня, слышишь. — Он торопливо развернул меня к себе лицом и, обхватив мою голову руками, горячо заявил: — Я идиот. Конечно же я так не думаю. Поиски Свейна совсем лишили меня возможности соображать.
Все мои претензии начали рушиться, как домино. Разве можно его упрекнуть
— Простишь? — Шейн просительно заглянул в глаза и забавно приподнял брови домиком.
Ох, оказывается, эти красноречивые густые брови умеют не только хмуриться, но и усиливать эффект жалобной моськи хозяина. Тут волей-неволей спишешь любые грехи.
Я закивала. Правда, скорее из других побуждений. Желая поскорее выбраться из сладкого плена тёплых ладоней, отвлекающих и мешающих собраться с мыслями. А ведь подумать было о чём.
— Знаешь что? — спросил Шейн, медленно выпуская мою голову из рук; шершавые пальцы коснулись висков и прошлись по щекам, защекотав кожу. — Пусть он останется у тебя. — Мужчина выудил из кармана амулет и положил себе на ладонь, позволяя рассмотреть его детально. Небольшой, как монета, медальон с магическими рунами был нанизан на эластичный шнур вместе с бусинами из тёмного дерева; на каждой из них также были начертаны символы, подобные тем, что встречались на страницах в учебниках для магов.
— Его сделала моя мама, когда я был ещё ребёнком. В детстве я сильно болел, — откровенничал Шейн, делясь своим прошлым и не подозревая, что мне известно про проклятье, насланное на него, — и она хотела хоть как-то огородить меня от воздействия тёмной магии.
— Я не могу его принять, — возразила сипловатым голосом от нахлынувших чувств. Оберег имел для Шейна несоизмеримую ценность и тем не менее он был готов доверить его мне.
Шейн подозрительно сощурил глаза.
— Временно, — заверил он меня. — Пока мы со всем не разберёмся. Оберег вряд ли защитит тебя от серьёзных чар, но я всегда смогу отследить его. Мне будет спокойнее, если он будет у тебя. Особенно в свете последних событий. Давай-ка, подними волосы, — мужчина сделал указательным пальцем круговое движение в воздухе, намекая, чтобы я развернулась, и открыл замочек ожерелья.
Я послушно прокрутилась на пятках, собрала волосы руками и подняла их к затылку, предоставляя доступ к шее. Стоило только Шейну приблизиться, как по обнажённой коже побежали предательские мурашки. Дьявол! Я прикусила нижнюю губу и затаила дыхание, стараясь не шелохнуться. Хоть бы он ничего не заметил.
Подвеска плавно опустилась на уровень ключиц, щедро делясь остаточным теплом и на время отвлекая от мужских рук, скользнувших к затылку. Правда, лишь на долю секунды. На один короткий вздох. Ровно до того момента, пока чувственные пальцы не задели мою шею в попытке справиться с застёжкой. На этот незатейливый процесс Шейну понадобилось не меньше минуты. То ли механизм крепления оказался настолько крошечным и не поддавался махинациям мальфара, то ли сами пальцы не желали подчиняться своему хозяину. В общем, понервничать успели оба.
— Спрячь, — попросил Шейн, наконец совладав с замочком на украшении. Я заправила кулон под воротник блузки и вновь повернулась лицом к собеседнику. Тот нахмурился, стараясь сконцентрироваться на предстоящем обсуждении. — Что насчёт твоей соседки? В каких вы отношениях?
— Ты подозреваешь Беллс? — Я невольно глянула на кровать сокурсницы, будто та была сейчас здесь.
— У неё есть доступ к вашей комнате, к тому же вчера была отличная возможность подобраться к медальону. Вопрос только в том, зачем она пошла на такой риск?