Час «Д»
Шрифт:
– А эти бывшие Ищущие не могут быть шпионами церкви? – вздернул бровь подозрительный Гал.
– Нет, – уверенно возразил Дрэй, даже приостановившись. – Я же говорил, что драконы умеют общаться мысленно. Мы проверили этих людей, прежде чем пустить их в долину, и убедились в том, что они желают только одного – жить и забыть прошлое, как кошмар, насланный Черным Драконом. Здесь они предпочитают не упоминать лишний раз о своих прежних занятиях. Люди терпимы, но не настолько, чтобы слушать о том, как отправляли на костер их сородичей.
– А вашим паучкам не приходилось сталкиваться с теми, кто наотрез отказывался от помощи, считая, что проклят и заслуживает кары? – уточнил маг, осторожно уцепившись за плющ, чтобы обогнуть выступ скалы, который Дрэй
– Бывает и такое, – не стал скрывать своего огорчения лорд. – Тогда паук просто исчезает, уколов собеседника шипом забвения. Есть одно очень редкое растение – зар, оно растет высоко в горах, гораздо выше мильтира. Малая толика сока стирает из памяти человека несколько минут, прошедших перед уколом. Каждый паук носит на себе иглу с заром и применяет его по необходимости. Но отказываются от шанса на спасение очень немногие. Нам помогает, как ни печально, церковь Доримана, объявившая дар оборотничества худшим из грехов, кара за который всегда одна – смерть. Предавать нас ради личной выгоды или тщась выкупить жизнь бессмысленно. Все равно дракону путь один – на костер. Живым в бушующее пламя! Какое гнусное искажение всех традиций обращения плоти умерших в прах! Превращать живого человека в горсть пепла для похоронной урны только потому, что ему суждено обернуться драконом. Мы здесь принимаем всех, вне зависимости от того, какую жизнь оставляет человек за горами. Кто захочет и сможет, приходят с семьями.
– Ваши люди переправляют сюда всех спасенных? – кивнул вниз на равнину Гал, следовавший за Лукасом. Заметив, что маг не столь искусен в скалолазанье, как спутники, воин решил держаться к нему поближе.
– Да, кроме тех, кто решает остаться, чтобы помогать в поиске паукам, – отвлекшись от мрачных дум, подтвердил Адрин. – Бывает, прилетают самостоятельно, учуяв сородичей, и драконы, успевшие скрыться до превращения в укромном месте или раненные людьми. Тогда мы радуемся обилию мильтира в горах. Еще ни один из обратившихся к нам за помощью не погиб. Места хватает всем. Ведь эта равнина не единственная, через ущелье она соединяется еще с двумя большими. С высоты они походят на свернувшегося в кольцо спящего дракона. На редкость символично, правда, понял я это только тогда, когда смог взлететь. Мы сейчас находимся в той, что образует голову и длинную шею.
– И что, все драконы, спасенные вашими агентами в человеческом облике, карабкаются через горы, чтобы попасть в долину? – недоверчиво уточнил немного подуставший Лукас. Теперь маг хватался за плети растений гораздо чаще, чем в самом начале спуска, и от души надеялся, что среди них не попадется того самого колючего зара, отнимающего память.
– Нет, – озорно улыбнулся Дрэй, хлопнув ладонью по камню. – Существует еще один более удобный тайный ход в долину, он по правую руку от нас у подножия. Потом я вам расскажу. Но чаще всего мы переправляем людей по ночам в подвешенном к лапам дракона плотном коробе из парусины. Это и быстро и безопасно, можно не опасаться случайных наблюдателей, а в темноте драконы видят столь же хорошо, как и при свете. Правда, летать холодновато, неприятно, зато, если кто и увидит странную тень в небе, все равно не поймет, в чем дело.
– Сколько у вас человек? – поинтересовался Гал.
– Более пятнадцати десятков, – быстро прикинул лорд.
– Но они не все оборотни? – уточнил воин.
– Нет, уже умеющих оборачиваться девяносто три человека, еще около сорока с радужными глазами. И знаете, не все из них пришли в горы такими. Побыв среди оборотней, обычные люди вскоре сами начинают приближаться к порогу перехода.
– Ничего удивительного, – согласился Лукас, а Макс пробормотал что-то неразборчивое, Элька услышала только слова «критическая масса» и «концентрация» .
– Чем кормите? – задал следующий прагматичный вопрос воин, словно был членом приемочной комиссии летнего лагеря. – Или хватает света, которым питается оборотень в обличье дракона?
– Светом может питаться только дракон, людям нужна еда, – возразил Адрин. –
– Вы все предусмотрели, – бочком продвигаясь по узкой тропинке, уважительно признал Лукас, понимая, что бегство в горы для лорда Дрэя было не шансом спасти свою шкуру, а тщательно продуманным отступлением в заранее обустроенное убежище. Но так и должен был бы вести себя глава Собрания лордов, советник короля.
– Старался, но всего никогда не предусмотришь, – спокойно ответил Адрин и подбодрил компанию очередным радостным возгласом: – Мы почти добрались! Все-таки пешком вниз куда интереснее, чем лётом!
Маг только скрипнул зубами при мысли о том, что он мог бы уже давно стоять на ровной земле, если б их гостеприимному хозяину не приспичило прогуляться, устроив гостям осмотр местных достопримечательностей.
Тропка в очередной раз выгнулась дугой, обогнула еще одну плоскую наблюдательную площадку, повернула, стала шире, и оказалось, что до дна долины и правда уже рукой подать. Вскоре посланцы богов уже ступили на мягкую почву межгорной долины. По мере дальнейшего продвижения все больше народу попадалось компании на глаза. Люди с доброжелательными лицами, без тени страха в глазах приветствовали своего господина и спасителя и его спутников, перебрасывались с Дрэем парой слов, спрашивали совета и, получив толковый краткий ответ, вновь возвращались к своим повседневным делам.
Жизнь кипела: десяток женщин полоскали выстиранное белье в ручье, изливающемся из меньшего озерца; их товарки, напевая какую-то веселую песенку, пропалывали длинные гряды, где зрели овощи; четверо мужчин, засучив рукава, вскапывали землю рядом для новых посадок, еще несколько носили воду для полива, ребятишки с криками гонялись за яркими большими бабочками. Тройка пареньков постарше пасла в отдалении стадо забавных существ, похожих на серебристых коз с удивительно красивыми ярко-голубыми глазами, наверное, это и были знаменитые агры. Еще пятеро мужчин, деловито постукивая инструментами на низком настиле из бревен, сколачивали простые широкие скамьи; шестеро донельзя гордых перепачканных подростков волокли куканы с огромными рыбинами. А рядом с почти идеально круглым озерцом горел костер, в подвешенном сверху котелке булькало какое-то варево, распространяя странный бодрящий аромат, напоминающий кофе, над ним с половником в руке хлопотал добродушный отдышливый толстячок в широком кожаном фартуке, потчуя свежим напитком из глиняных кружек двух девушек и вертлявого паренька. Те заливались смехом и благодарили повара: «Только у тебя такой траш выходит, Ник! Спасибо!»
«Эти бежавшие от смерти, расставшиеся с привычной жизнью люди так спокойны, они верят Дрэю», – подумала Элька, рассматривая поселенцев-оборотней, занятых хозяйством.
Завидев Адрина, Ник неожиданно звучным голосом, разнесшимся на всю долину, крикнул:
– Не желаете свежим трашем гостей напоить, лорд?
– Нет, Ник, спасибо, попозже! – улыбнулся толстяку мужчина, приветливо махнув рукой.
– Вы все живете здесь? – Исполненный сомнений взор Лукаса метнулся к нескольким маленьким вигвамам из веток и травы рядом с озером, а потом перешел на добротные сараюшки, у которых тоже возился народ.