Час Орды
Шрифт:
Но с другой стороны, изучив своих противников, подготовившись к схватке, кроме того, атаковав без предупреждения, он…
Эмоциональная реакция наступила мгновенно: тяжелый удар в лицо холодной морском волны, оставляющей человека задыхаться на берегу. Майлз сидел, сжавшись, пораженный своими мыслями.
Неужели это он, Майлз, сидит здесь и нетерпеливо и внимательно оценивает других, насколько они «податливы» для его собственных зубов, ногтей и мускулов?
Отвращение и ярость зажглись внутри него. Чего стоили все эти годы рисования, обучения и ограничений? Он все забыл в ту же минуту, как получил новое, сильное тело и две здоровые руки.
Что
Куда делась цель, ради которой он здесь оказался? Его физически обновили, зарядили надеждами человечества и привезли к краю межгалактической пустоты ради того, чтобы он мог слоняться по кораблю и подобно зверю кататься по палубе, сражаясь с представителями других цивилизаций, посланных с той же целью, что и он?
Если это так, то центрогалактиане ему не все объяснили. И это вызывает подозрение и бросает тень на все, что имеет отношение к Серебряной Орде и Боевому Порядку.
Но что бы ни случилось, сказав «а», он должен закончить свое дело и все выяснить. Между тем, подумал он, нельзя себе позволить потерять нравственные ориентиры.
Он должен помнить, что внутри этого сверхздорового и неуничтожимого тела с двумя сильными руками по-прежнему находится мозг и прячется личность худосочного, нервного и однорукого человека по имени Майлз Вандер, который должен спасти людей и продолжить рисовать картины. Он должен помнить, что находится здесь не для драк с тигроподобными Чайками.
Он находится здесь, чтобы сражаться с Серебряной Ордой, если она существует на самом деле, а не чтобы пробиться наверх в сообществе, разместившемся в одном маленьком корабле.
Возможно, нельзя винить центрогалактиан, а представители других рас на борту корабля забыли о цели. Возможно, изолированные и измученные ожиданием, они выбрали не самый лучший способ, чтобы помнить о причине, собравшей их воедино, и потерпели неудачу, окружив себя одиночеством, скукой и отчуждением.
И все же он не должен сломаться так же, как и они. Поняв, откуда грозит опасность, он почувствовал, как старая и непреклонная решимость, ставшая его частью на Земле, окрепла внутри него, подобно стальной пружине.
Он не должен сломаться, потому что он не похож на «экипаж» корабля… не похож на всех остальных во Вселенной. Он — Майлз Вандер, который слишком хорошо помнит одиночество и годы борьбы, чтобы сломаться.
Глава 7
Майлз вернулся в комнату, где проснулся. Чак'ка по-прежнему лежал на кровати. Когда Майлз стал интересоваться, какое отношение эти стычки имеют к нашествию Серебряной Орды, он заметил недовольство, которым так и веяло от этого вялого, безвольного существа.
— С этим ничего не поделаешь, — сказал Чак'ка, отвернувшись от Майлза и уставившись в гладкую стену своей ниши. — Ничего другого нам не остается.
— Ничего, только драться друг с другом? — переспросил Майлз. — Не тренироваться? Не осваивать управление кораблем? Что собой представляет этот боевой корабль?
— Это не боевой корабль, — сказал Чак'ка, вперившись в стенку. — Это «Боевая Шлюпка». Так мы ее называем, — пробормотал он.
Майлз посмотрел на него. На общекорабельном языке имя, которым Чак'ка назвал корабль, звучало чуть издевательски. Имя означало не только никудышное, но и самодовольное, хвастливое ничтожество. Чак'ка по-прежнему лежал спиной к Майлзу и не торопился пускаться в дальнейшие объяснения.
— Посмотри на меня! — приказал Майлз. Медленно и неохотно повернулась и уставилась на него тигриная маска.
— Почему
— Я имею в виду именно то, что сказал, — упрямо ответил Чак'ка. Этот корабль никогда не будет ни с кем сражаться, даже с Серебряной Ордой.
— Откуда ты знаешь?
— Все знают, — сообщил Чак'ка с угрюмой безнадежностью. — Все на корабле знают. Мы начали это понимать, когда обнаружили, что им все равно, что с нами будет и чем мы тут занимаемся.
— Кому все равно? Центрогалактианам? — переспросил Майлз.
— И им. Абсолютно всем в этом Боевом Порядке, — подтвердил Чак'ка. Им все равно. Это стало ясно еще первым из нас, прибывшим сюда. Погоди. Ты сам увидишь. Ты увидишь, что им безразлично, что с нами случится, лишь бы мы не поубивали друг друга в этих драках. Сам видел, как нас с тобой остановили.
— Ну, а если мы находимся здесь не для того, чтобы сражаться с Серебряной Ордой, то тогда зачем? — угрюмо поинтересовался Майлз.
— Кто знает? — уныло ответил Чак'ка. — Думаю, кто-то там что-то знает, но не хочет нам говорить.
— Никто? Ни один из нас на борту корабля не знает? — потребовал уточнить Майлз.
Чак'ка, не двигаясь на своей койке, послал в мозг Майлза эквивалент пожатия плечами.
— Может быть, кто-то из тех, у кого самый высокий ранг, — сказал он.
— Может быть, Эфф, — последний звук в имени очень походил на долгий звук «ф», заканчивающийся резким свистом. — Он — второй. Или Луон, который победил всех на корабле. Может быть, кто-то еще. Я не знаю.
— Кто это — Луон? Я его спрошу.
Чак'ка неодобрительно повертел головой.
— Он тебе не скажет.
— А вот это тебя не касается, — заверил его Майлз. — Опиши мне, как он выглядит.
— Он тонкий, быстрый, серокожий, — произнес Чак'ка безжизненным голосом. — И у него заостренные кверху уши.
Не говоря далее ни слова, Майлз повернулся и вышел из комнаты. Он снова вошел в зал и изучил всех, кто там находился, но ни один из них не подходил под данное ему Чак'кой описание. Он развернулся и пошел по кораблю, осматривая каюты, которые оказались не запертыми. Здесь он тоже не встретил кого-либо, соответствовавшего данным ему приметам. В конце концов он оказался в дугообразном центре управления, где увидел тонкое, безволосое, серокожее существо с ушами, которые, по земным легендам, больше бы подходили эльфам или феям. Если это был Луон, то скорее он напоминал хрупкое беззащитное существо, которое каждый на этом корабле мог обидеть. Майлз изучал его секунду-другую, пока тот играл с клавиатурой пульта управления, следя за ним от дверей комнаты. Незнакомец не обращал внимания на Майлза, как и все остальные в центре управления. Несмотря на свою кажущуюся хрупкость, решил Майлз, отметив, как быстро и точно двигались пальцы существа, он должен быть силен, если сумел оказаться на вершине этой общественной пирамиды, а быстрота его реакции могла оказаться просто фантастической. Майлз с трудом поверил, что это тонкое, изящное существо, сидевшее перед ним, могло занять верхнюю ступеньку социальной лестницы на борту корабля. Но, напомнил себе Майлз, несмотря на пугающую внешность, Чак'ка оказался самым слабым из всех. Внешность явно не отражала степень опасности его товарищей по экипажу. Майлз вошел в комнату и встал за спиной существа, по-видимому работавшего с пультом. Взглянув на панель, Майлз на миг удивился, обнаружив, что понимает приборы управления так же хорошо, как общий язык, на котором они общались на борту корабля.