Час пик
Шрифт:
Коваль в этот момент раздумывал, прорываться ли самому на пульт внутренней связи, чтобы объявить о бомбе, или искать Добродеева, чтобы он взял все необходимые действия на себя.
В конце концов он выбрал второе, исходя из того прагматического соображения, что без разрешения Добродеева никто его к пульту внутренней связи все равно не допустит.
Между тем на поиски Добродеева ушло минут пять. А потом еще некоторое время пришлось затратить на то, чтобы выйти из круга веселящихся людей и найти место для спокойного разговора.
— Ко мне только что поступили сведения,
— Откуда сведения?
— Анонимный звонок, — солгал Коваль.
— То есть на девяносто девять процентов липа. И почему вам, а не мне? Нет, это не основание, чтобы прервать праздник. Я, конечно, доложу Сергею Федоровичу. Посмотрим, что скажет он.
— Я вынужден настаивать. Здесь слишком много важных персон, чтобы пренебрегать даже одним процентом опасности. Если вы немедленно не организуете эвакуацию, то мне придется обратиться к генералу Голубеву.
Начальник ГУВД тоже был здесь и как раз сейчас с бокалом шампанского в руке беседовал с Ткачом на тему: «Не пойман — не вор». Эту точку зрения отстаивал, естественно, Ткач, тогда как генерал придерживался иной позиции: «Вор должен сидеть в тюрьме».
Коваль отвлек генерала от этой светской беседы, отвел его в сторону и изложил ему свои соображения насчет мифической бомбы в здании.
Генерал понял Олега с полуслова, но тоже не стал торопиться объявлять всеобщую эвакуацию. Вместо этого он быстрым шагом направился к губернатору области и что-то шепнул ему на ухо.
Губернатор слегка изменился в лице, подозвал к себе жену и дочь и в сопровождении генерала покинул зеркальный зал.
По пути губернатор отдал несколько распоряжений своим сопровождающим лицам, а генерал позвонил по сотовому телефону. Вместе они спустились в подземный гараж, но здесь их ждал сюрприз.
Какие-то люди в черной одежде с пистолетами и автоматами в руках окружили губернатора и его свиту, и губернатор в полушоковом состоянии зациклился на одном обстоятельстве — у всех вооруженных злоумышленников были какие-то неживые глаза. И только у одного взгляд был ясен и пронзителен, и именно ему все остальные беспрекословно подчинялись.
— Что же это вы, господин губернатор? — тихо сказал человек с пронзительным взглядом. — Нехорошо покидать праздник в самом начале. Другие гости могут неправильно понять. Давайте вернемся в зал.
33
В это время наверху, в зеркальном зале, Олег Коваль потерял из виду Добродеева и попытался пробиться к самому Грекову, но опоздал.
Оказывается, Добродеева вызвали к главному входу отеля, и там некто обратился к нему со словами:
— Добрые дела не остаются безнаказанными. Не правда ли, господин Добродеев?
До этой минуты начальник грековской службы безопасности серьезно беспокоился о фургончике марки «Газель», который он помог поставить на техническую стоянку подземного гаража «Снежной Королевы». Поэтому сообщение Коваля о бомбе в здании сильно встревожило Добродеева. Чувство долга в его сознании боролось с гипнотической
Но после условной фразы человека у главного входа Добродеев мгновенно забыл про «Газель» и про все, что с нею связано. Он снова был готов подчиняться приказам гипнотизера.
Податливый, как воск.
И уже через несколько минут, как раз когда Коваль разговаривал с Грековым, Добродеев приказал охранникам у входа сдать оружие и пропустить в здание людей с неживыми глазами.
А еще чуть позже голос Добродеева разнесся по внутренней трансляции отеля, обрубив на полуслове песню Яны Ружевич:
— Внимание. Прошу всех, кто находится в здании отеля, внимательно выслушать мое сообщение. Только что в отель проникли неизвестные злоумышленники, которые заявили, что здание заминировано. Они требуют, чтобы никто не пытался покинуть его и не оказывал сопротивления. Злоумышленники взяли под контроль все выходы из отеля и угрожают убить каждого, кто попытается покинуть здание. В случае вооруженного сопротивления они грозят взорвать бомбу, расположенную в районе бензоколонки в подземном гараже. Внимание! Я, начальник службы безопасности Добродеев, призываю всех сохранять спокойствие и выдержку. Своим подчиненным приказываю не оказывать никакого сопротивления. В ближайшее время мы узнаем требования террористов и постараемся решить проблему мирными средствами. По моим впечатлениям, эти люди — фанатики, которые не остановятся ни перед чем. Поэтому будьте осторожны и не делайте ничего, что может спровоцировать стрельбу или взрыв.
В это время люди в черном уже вбегали в залы отеля. Где-то коротко прострекотал автомат, и, не переставая, дико визжала женщина.
34
Когда инквизиторы во главе с прокуратором ринулись в отель через главный вход (группа Григера проникла в подземный гараж еще раньше), неподалеку от здания «Снежной Королевы» появился старый обшарпанный «пазик». На него никто не обратил внимания, и он незамеченным встал в одном из близлежащих переулков.
Два человека, приехавшие на этом автобусе, прекрасно знали, что никто не будет его проверять. Хотя осталось совсем немного времени до того момента, когда в отеле соберется чуть ли не вся милиция города, но у нее будет масса других дел помимо проверки машин в переулках.
Однако на всякий случай водитель «пазика» остался в кабине, и пассажир тоже не должен был слишком удаляться от автобуса. А пассажиром, надо сказать, был сам Гордий, ближайший ученик прокуратора «ордена Нового закона» и очень неплохой гипнотизер.
Перед захватом отеля инквизиторы стекались к нему разными путями — по принципу «не клади все яйца в одну корзину». Но по окончании операции уйти поодиночке будет невозможно, и на этот случай инквизиторы хотели иметь свой транспорт, на котором гарантированно нет никаких «жучков». «Пазик» и был таким транспортом, а для того, чтобы он по окончании операции мог уйти вместе со всеми людьми без преследования и наблюдения, в плане были предусмотрены особые меры, в осуществлении которых Гордий также должен был играть не последнюю роль.