Час рыси
Шрифт:
— Успокойся, девочка. — Рысь ловко распустила узлы Илониных пут. — Вставай и одевайся. Через пять минут вы с Костей должны уйти. В темпе!
— А вы?
— Боишься, что и я с вами? Не бойся, я останусь.
Что? Зачем? Почему? В красивой головке Илоны не возникло ни единого вопроса. Главное — уйти прочь, подальше от этой рыжеволосой фурии с хищными зелеными глазами, о чем еще можно мечтать?!
Рысь вернулась на кухню и, развязывая Костю, коротко сообщила ему, что ждет в гости головорезов Акелы не позднее чем через полчаса-час. Костя понятливо кивнул. Его теперь всего, целиком поглощали исключительно перспективы предстоящей встречи с папочкой.
Пока молодые люди одевались и готовились к бегству, Рысь проверила, действительно ли «дипломат» с деньгами спрятан под диваном. Кейс оказался на месте. Она щелкнула замками, убедилась — деньги наличествуют. Задвинув «дипломат» назад, она еще раз разобрала и собрала «вальтер». Состояние оружия ее вполне удовлетворило.
Трое в чужой квартире сосуществовали сейчас, как незнакомые пассажиры поезда, случайно попавшие в одно купе.
Юноша и девушка собираются, им пора выходить, кондуктор объявил о прибытии на нужную станцию. Зрелая, симпатичная, сурово-деловитая женщина украдкой бросает взгляды на молодых попутчиков и сосредоточенно занимается своими делами. Все трое стеснены обществом друг друга и тяготятся последними минутами перед расставанием. Быть может, навсегда...
— Мы пошли? — Костя задержался у порога, исподлобья взглянул на мать, устало прислонившуюся к стене в прихожей.
— Идем быстрее, — прошептала Илона, автоматически потянулась больной рукой к дверному замку и тихо вскрикнула от боли.
— Идите, — разрешила Рысь. — На всякий случай какое-то время погуляйте пешком. А потом постарайтесь пользоваться только общественным транспортом и не ленитесь почаще менять средства передвижения. Звонки делайте только из уличных автоматов и разговаривайте не больше минуты. Не знаю, как ты, Костя, собираешься искать адрес отца, но помощь друзей и знакомых исключена. Никаких старых контактов. Представьте, что вы первый раз очутились в незнакомом враждебном городе, и ведите себя соответственно. Ясно?
— Ясно.
— Тогда счастливо. Привет отцу от меня передай, не забудь.
Костя открыл дверь, Илона пулей вылетела на лестничную площадку. Загудел лифт, девушка громко ойкнула. Опять забыла про травму руки, нажала кнопку вызова и поплатилась за это невинное движение болевой атакой в плечо.
— Очень больно, Илона? — Костя повернулся спиной к Раисе Сергеевне и поспешил к любимой девушке, оставив дверь нараспашку. — Очень больно? Как тебе помочь? Скажи, я все сделаю...
Раиса Сергеевна закрыла дверь. Не было сил слушать далее Костины причитания. Ее сын — циничный мерзавец, но эта девица — его ахиллесова пята. Ради нее он готов на все, ей в угоду он станет еще более циничным, он и так уже предал ради нее родную мать. Сделал выбор.
Раиса Сергеевна припала щекой к холодному дерматину входной двери и разрыдалась. Она плакала беззвучно и самозабвенно. Так плачут на похоронах, понимая, что слезами горю не поможешь, что нельзя ничего изменить, никого вернуть. Слезы отчаянного бессилия — самые горькие слезы.
Раскаленной иголкой кольнуло в сердце. Рысь не сдержала стона.
Нет! Так дело не пойдет! Сентиментальной, разбитой горем мамаше не удастся спасти сыночка-мерзавца от верной гибели. Пока жив Акела, пока Евграфов винит Костю во всех смертных грехах (и заслуженно винит!), она обязана оставаться Рысью, хладнокровной боевой машиной. И она спасет сына Раисы Сергеевны
Она тряхнула рыжей головой, стиснула зубы и пружинистым шагом прошла на кухню. Прежде чем сражаться с внешним врагом, необходимо отладить все механизмы боевой машины. И, самое главное, сделать так, чтобы хоть часов на восемь-двенадцать забыть о слабостях насоса для перекачки крови, именуемого сердцем.
В ящиках старинного кухонного буфета она приметила, когда искала ножи, битком набитую лекарствами коробку.
Рысь запустила пальцы в ворох разноцветных упаковок. Лекарственные средства в основном заграничные. Это плохо. Придется читать состав на обертке.
Все выпускаемые в СССР лекарственные средства имели двойное действие. Специальный отдел в Институте фармакологии в Москве, что на станции метро «Сокол», занимался комбинаторикой и двойным действием препаратов. Результаты некоторых работ не составляли особой государственной тайны. Некоторые геологи и археологи, например, блуждая по Каракумам, прекрасно знали, что, если принять, допустим, определенное средство от поноса (полтаблетки) и запить его микстурой, скажем, от кашля (чайная ложка) — повысится сопротивляемость организма к высоким температурам. Важно только не перепутать комбинацию лекарств (средств от поноса и микстур от кашля слишком много) и строго блюсти дозировку, равно как и очередность приемов.
Помимо фармакологов с Сокола, побочные эффекты безобидных таблеток и мазей изучали и ученые при погонах. Плоды их изысканий ни геологи, ни археологи уже не знали. Более того, неизвестны они были и в большинстве родов войск. В частях, где служила Рысь, занятия по фармакологии проводились регулярно. Причем Рысь зубрила не примитивные формулы — полтаблетки пургена смешать с двумя таблетками стрептоцида и т. д., — Рысь вникала в биохимию действия препаратов. В принципе, на гражданке Рысь смогла бы с успехом работать прозектором в аптеке, составлять лекарства из химических и биологических компонентов.
На приготовление средства, стимулирующего работу сердца, а заодно и функционирование всех остальных жизненно важных органов, ушло около получаса. Кое-какие лекарства пришлось растворять в воде, затем кипятить воду и дожидаться, пока кипяток остынет. Зато коктейль из доброго десятка ингредиентов подействовал практически мгновенно — на свою удачу, она отыскала среди лекарств одноразовый шприц и впрыснула стимулятор в вену. Только сейчас она вспомнила, что со вчерашнего утра не ела. И от души этому порадовалась: будоражить составленным ею стимулятором организм лучше всего на пустой желудок. Конечно, потом, через много часов, когда действие лекарств закончится, за вмешательство в естественные процессы организма придется расплачиваться. Но... кто знает, наступит ли для нее это «потом»? А удастся выжить и добраться до Полторака — он поможет. Военные медики умеют нивелировать побочные эффекты и не таких стимулирующих средств.
На лестничной площадке загудели-затрещали двери лифта. Кто-то поднялся на восьмой этаж, и этот «кто-то» не спешил звякать ключами, открывать соседние двери. Осторожно ступая по скрипучим половицам, она вышла в прихожую, подошла к двери, заглянула в глазок и увидела знакомую физиономию Ястреба. Ей показалось, что и он ее увидел, разглядел сквозь выпуклое стекло глазка женщину с пистолетом, но, конечно, то была иллюзия. Ничего он не видел и, что естественно, не слышал, хоть и прикладывался ухом к замочной скважине.