Часограмма
Шрифт:
— Погоди-погоди, — прервала его бессвязную речь Василиса. — Так Фэш не с тобой?!
— Нет, а разве… Но он же погнался за тобой! — в отчаянии взвыл Ник. — Я же видел, как он исчез за поворотом лестницы.
— Быстро наверх, — скомандовала Василиса. — Надо найти его!
К счастью, они обнаружили Фэша в самом верхнем помещении башни — внутри того самого высокого шатра со стрельчатыми прорезями арок. Он сидел прямо на железном полу, уткнув голову в колени.
Василиса осторожно тронула друга за плечо и чуть не получила от
— Эй, ты чего?! — Она отпрыгнула в сторону, чудом избежав удара.
В гневном взгляде Фэша появилась осмысленность.
— Что это было? — Он оглянулся, дернулся, заметив Ника, и вдруг вскочил.
— Куда он делся?!
— Кто? — одновременно спросили Ник и Василиса.
— Да я сам… — нехотя отозвался Фэш. — Этот маленький гаденыш вдруг набросился на меня и стал требовать вернуть ему монетку… Драться начал, вот нервный пацан!
— Это ты про себя, маленького? — уточнила Василиса.
— Да это же не я, а эррантия! — мигом взорвался Фэш. — Дал мне по шее и отключил меня… Правильно рубил — точнехонько в сонную артерию целился, я заметил.
— Ты в шесть лет знал такие приемы? — удивилась Василиса.
— Отец научил кое-чему… Правда, эррантии почти всегда ведут себя агрессивно — ведь, по их мнению, ты украл у них судьбу. Ну а вы где были?
— На Ника тоже напал он сам, а я видела какого-то рыжего мальчишку, всего в веснушках. Он тоже просил у меня монетку.
— Вообще обнаглели, — покачал головой Фэш. — Даже деньги стали требовать!
— Я отдала ему монетку, — продолжила девочка, стараясь игнорировать недоуменный взгляд Фэша. — Рунис, так он назвался, выглядел очень несчастным… Представляете, взамен он подарил мне это…
И она положила на пол подарок рыжего Руниса.
Конечно, старинный часольбом произвел на ребят неизгладимое впечатление.
— В нем абсолютно пустые страницы. — Ник аккуратно потрогал шероховатую поверхность листа. — Вернее, рамочки для часограмм, да, Фэш?
— Меня другое удивляет, — откликнулся тот. — Почему эррантия сказала тебе свое имя? Они редко так поступают… Может, это твой брат? Двоюродный или троюродный… Он ведь рыжий.
— Ну да, и все рыжеволосые люди в мире мне братья и сестры, — иронично отозвалась Василиса. — Вообще он какой-то странный был, точно не из нашего времени… Старомодный. И одежда порванная вся…
Фэш пренебрежительно фыркнул.
— Главное, мы хоть что-то нашли, — с некоторой обидой заявила Василиса, захлопывая часольбом.
— А это ли мы искали? — не унимался Фэш. Судя по всему, встреча с собственной эррантией весьма отрицательно сказалась на его настроении. — Ты ведь отдала этому рыжему монетку! Вот почему мантисса привела тебя к альбому — подарку этого мальчишки.
— Вообще-то, я проводила тиккеровку над тремя вещами, — не согласилась Василиса. — Во-первых, ржавый обломок стрелы, во-вторых, карта… О-о-о…
Она так и застыла с открытым ртом, не в силах поверить
Ничего не объясняя удивленным друзьям, Василиса поставила часольбом на пол и, вытащив из медальона драгоценный ржавый кусочек, приставила к застежке-трилистнику.
Обломок подошел идеально — острие от якобы часовой стрелы оказалось листком стилизованного трилистника ржавой кованой застежки переплета.
— Посмотрите! — Василиса поманила шар-светильник, чтобы тот приблизился и лучше осветил переплет.
— Не может быть, — первым пришел в себя Ник. — Неужели этот альбом… э-э… оружие против Астрагора?
— Угу, если подкрадешься к нему да как двинешь по башке…
Несмотря на свою ехидную тираду, Фэш внимательно оглядел обе застежки — верхнюю и нижнюю, провел пальцем по линии соединения вновь целого листка трилистника и наконец со вздохом признал:
— Да, пожалуй, это отсюда… Ну и что ж такого необычного в альбоме с пустыми страницами?
Василиса забрала обломок, чтобы вновь спрятать его в медальоне. И лишь потом осторожно захлопнула часольбом.
— Я положу его в часолист, в хранилище, — сказала она друзьям. — Сейчас давайте выбираться, а потом уже подумаем, огреть кого-то им по башке или не стоит.
И она выразительно посмотрела на Фэша.
— Уматываем отсюда, — умоляюще произнес Ник. — Признаться, я бы дорого дал, чтобы больше не встречаться с самим собой.
— Вот-вот, в этой башне полно эррантий! — содрогнулся Фэш. — А встретить собственную эррантию особенно неприятно… Вы как хотите, а я больше в саму башню не полезу. Предлагаю взять старт отсюда.
Он подхватил Ника под мышки и, моментально вызвав крылья, шагнул с ним в открытый арочный проем шатра. Василиса молча последовала за ними, гадая, смогут ли они без проблем вернуться в Зеленый Ларец. Главное, чтобы вавилонские свечи еще не погасли…
ГЛАВА 21
ЗОЛОТАЯ КОМНАТА
Над старинным зеркалом в тяжелой раме из почерневшего серебра поднялась густая пыль, замельтешила бледно-серыми всполохами в свете огня толстых свечей, установленных на каминной полке. Где-то за шкафами зашуршали крысоугли — маленькие призраки брошенных жилищ, под потолком прошмыгнула разбуженная летучая мышь, сквозняк пролетел воздушным змеем, по пути сбрасывая с полок несколько ветхих бумаг.
В зеркале, выплывая из черной глубины Зазеркалья, появилось лицо — молодое, нахмуренное, сосредоточенное. Черные глаза в обрамлении длинноватых пепельных волос приблизились к самой грани, отделявшей хрупкий мир временных переходов от реальности. Тонкие губы сложились в подобие улыбки. В неровном свете огня лицо этого человека словно покрылось сетью морщин, делая его похожим на глубокого старика.
Но нет — это был очень молодой человек, парень. Он шагнул из зеркала на каминную полку и — легко спрыгнул вниз.