Шрифт:
Агата КРИСТИ
ЧАЙНЫЙ СЕРВИЗ "АРЛЕКИН"
Мистер Саттертуэйт был вне себя. Сбывались самые его худшие опасения. Самое обидное, он ведь прекрасно знал, что доверять можно только старым машинам: надежным и испытанным. Конечно, у них свои недостатки, но они, по крайней мере, известны, предсказуемы и, как следствие, не фатальны. А эти новые автомобили! Сплошные окошки и куча непонятных приспособлений! Чего стоит одна панель! Блестит, конечно, здорово, но пока разберешься, что там к чему... Руки лихорадочно мечутся между бесчисленными переключателями: противотуманные фары, дворники, глушитель и так далее и тому подобное. При этом все - в самых неожиданных местах. И когда это сверкающее
Ха-ха. Очень смешно. Ничего себе младенец! Дожив до преклонного возраста, мистер Саттертуэйт вовсе не собирался нянчиться с новорожденными. Если вы покупаете машину, считал он, это должна быть надежная и проверенная машина, уже обкатанная машина, можно сказать, взрослая машина.
Мистер Саттертуэйт ехал за город к друзьям, чтобы провести у них выходные, но, едва его новенькая машина выбралась из Лондона, как мотор начал сдавать и пришлось срочно сворачивать в ближайшую авторемонтную мастерскую - выяснять, что с ним такое.
Пока его шофер неспешно беседовал с механиком, мистер Саттертуэйт, точно тигр, метался поодаль. Вчера он клялся по телефону, что будет ровно в четыре и ни минутой позже: нет ничего хуже, чем откладывать из-за опаздывающего гостя вечерний чай.
Он мрачно хмыкнул и попытался думать о чем-нибудь приятном. Что толку расхаживать взад и вперед, многозначительно поглядывая на часы, и кудахтать, точно снесшая яйцо наседка?
О чем-нибудь приятном... Было ведь что-то такое совсем недавно. Что-то, промелькнувшее за окном... Что-то, что очень ему понравилось и наверняка запомнилось бы, не начнись тогда вся эта суета с машиной.
Что же это было? Слева - нет, кажется, справа. Да, точно справа, они еще ехали тогда по деревне. Как раз проезжали почту. Он еще подумал, что надо бы позвонить Эдисонам предупредить, что опаздывает. Почта как почта. А вот рядом... Соседняя дверь - нет, скорее, через одну. Что-то до боли знакомое. Он еще вспомнил тогда.., что же он вспомнил? Господи, вот мучение! Какой-то цвет.., даже несколько цветов. Да-да, именно сочетание цветов. И слово. Оно напомнило ему о прошлом. О чем-то очень приятном. Не просто увиденном, а пережитом. Но о чем же, о чем? Где это было? Ответ так и просился на язык. Да повсюду же! На островах, на Корсике; в Монте-Карло, когда он наблюдал, как крупье крутит колесо рулетки; за городом, наконец. В разных-разных местах. С ним еще был кто-то... Да, кто-то еще. Без кого ничего бы и не случилось...
Наконец-то! Он вспомнил. Если бы можно было... Его мысли прервал появившийся шофер. За ним следовал механик.
– Это не займет много времени, сэр, - бодро заявил шофер.
– Минут десять двадцать... Около того.
– Ничего серьезного, - сообщил механик тягучим голосом деревенского жителя.
– Просто машина еще не обкатана. Я бы сказал, сэр, ха-ха, у нее режутся зубки.
Мистер Саттертуэйт даже не хмыкнул. Изданный им звук был самым настоящим скрежетом зубовным. Выражение довольно распространенное, но истинное его значение он понял только с годами - когда разболталась верхняя пластинка. Зубы: молочные, потом постоянные, затем больные, под конец и вовсе искусственные, а теперь - вот - машинные. Поистине, вся жизнь вертится вокруг зубов.
– Отсюда до Довертон-Кингсбурна рукой подать, - сообщил шофер, - Возьмите такси, сэр, они здесь есть. А я пригоню машину, как только будет готова.
– Нет!
– неожиданно взорвался мистер Саттертуэйт. Его глаза горели, а в голосе звучали такая власть и сила,
– Пойду, - уже спокойнее продолжил мистер Саттертуэйт, - прогуляюсь. Когда сделаете, найдете меня в трактире "Арлекин". Мы его проезжали по дороге. Он ведь так называется?
– повернулся он к механику.
– Да, сэр, только... Только это не очень хорошее место, - пробормотал тот.
– Тем лучше, - величественно изрек мистер Саттертуэйт и, развернувшись, решительно зашагал прочь.
Оставшиеся проводили его недоуменными взглядами.
– Вообще-то он у меня тихий, - извиняющимся тоном проговорил шофер. Просто не понимаю, что на него нашло, Лучшим в селении Кингсбурн, определенно, было его название. Остальное представляло из себя маленькую деревеньку с одной улицей, несколькими домами и парой магазинов, причем разницы между всеми этими сооружениями, не считая вывесок, не было ни малейшей. Обычная мирная деревенька. Ни красот, ни достопримечательностей. Естественно, любое яркое пятно сразу бросается в глаза и надолго запоминается. Мистер Саттертуэйт подошел к почте. Ничего особенного: ящик для писем, стандартный набор газет и открыток. Но рядом... Рядом было то, что привлекло его внимание раньше и привело сюда теперь. Трактир "Арлекин". Неожиданно мистер Саттертуэйт занервничал и сам себе удивился. Так разволноваться из-за какого-то там названия! Что-то уж больно впечатлительным стал он под старость. "Арлекин". Ну, собственно, и что?
Механик оказался прав. Внутреннее убранство трактира совершенно не способствовало аппетиту. Пожалуй, там еще можно было перекусить или выпить кофе - но не более того. Мистер Саттертуэйт хотел уже было развернуться и уйти, как что-то привлекло его внимание. Половина помещения была отдана под магазин керамики. Не унылый и серый антикварный магазин с никому не нужными вазочками, пылящимися на стеклянных прилавках, а вполне современный магазин с выходящей на улицу витриной, переливающейся всеми цветами радуги. Среди прочего там красовался чайный сервиз. Большие разноцветные чашки и блюдца: синие, красные, желтые, зеленые, розовые, фиолетовые.
– Настоящий парад красок, - подумал мистер Саттертуэйт.
Так вот что отпечаталось в его памяти, когда они проезжали по этой улице! На ценнике значилось: "Чайный сервиз "Арлекин".
Ну конечно же: "Арлекин"! Именно это слово он и пытался вспомнить. Веселые цвета, цвета арлекина.
"Уж не знак ли это?" - подумалось вдруг ему.
Знак свыше. Глупо, конечно, но как увлекательно! А вдруг здесь и вправду окажется его старый друг, мистер Арли Кин? Сколько же воды утекло с тех пор, как они виделись в последний раз? Ох, много! Тогда мистер Кин исчез, растворился на неприметной сельской тропинке, которую все называли "Дорогой влюбленных". Мистер Саттертуэйт давно уже привык, что судьба дарит ему одну иногда две - встречи с мистером Кином в год. В этом году надеяться на встречу, похоже, уже не приходилось.
И тут, в убогом трактире, в глухой деревушке Кингсбурн им вдруг овладело предчувствие, что он может все-таки встретить мистера Арли Кина.
"Глупость какая, - сказал он себе.
– Даже странно. Вот уж действительно: с годами начинаешь потихоньку выживать из ума".
Он никогда не скрывал от себя, что ему мучительно недостает мистера Кина, олицетворявшего для него чуть не все лучшее и значительное из прожитой жизни. Ему не хватало этого человека, который мог появиться где угодно, когда угодно, и чье появление всегда означало, что с мистером Саттертуэйтом вот-вот произойдет нечто захватывающее. В общем-то не совсем даже с ним, но что без него никогда бы и не случилось. Это-то и было самое интересное.